…Лет двадцать тому назад мне пришлось объехать — в качестве частного ревизора — все, довольно многочисленные, имения моей тетки. Приходские священники, с которыми я считал своей обязанностью познакомиться, оказывались личностями довольно однообразными и как бы на одну мерку сшитыми: наконец, чуть ли не в последнем из обозренных мною имений, я наткнулся на священника, не похожего на своих собратьев. Это был человек весьма старый, почти дряхлый; и если бы не усиленные просьбы прихожан, которые его любили и уважали, он бы давно отпросился на покой. Меня поразили в отце Алексее (так звали священника) две особенности. Во-первых, он не только ничего не выпросил для себя, но прямо заявил, что ни в чем не нуждается, а во-вторых, я ни на каком человеческом лице не видывал более грустного, вполне безучастного, — как говорится, — «убитого» выражения. Черты этого лица были обыкновенные,

Это произошло со мной без причины, без каких бы то ни было логических объяснений. Получив вполне весомое повышение по службе, я купил неплохую квартиру в новостройке. Квартиры в этом доме, признаюсь, дорогие, поэтому в нашем подъезде, кроме меня, обитало максимум трое человек. По ритму жизни я сова, поэтому для меня неудивительно до утра бодрствовать. И вот, в один из таких дней, совершенно обычных, я услышал звонок в свою дверь. Удивился, но открыл. Ни души. Приглядевшись, я понял, что «душа» была — прямо напротив моей двери сидела кошка. Она посмотрела на меня внимательными желтыми глазами, вальяжно встала, потерлась о ногу и коротко вопросительно мяукнула. Я люблю кошек, очень люблю, поэтому решил накормить свою неожиданную соседку. Я долго думал над тем, кто подкинул мне животное — не охранник же Шурик, в самом деле. Кошка чувствовала себя как дома, очень кстати она была в моей

Началось все, когда мой муж, сидя перед телевизором вечером, наткнулся на это странное объявление в газете. Оно было размещено в разделе различных оккультных услуг: «снять порчу», «предсказать судьбу», «излечить от неизлечимых болезней», «приворожить»... Оно содержало лишь заголовок: «Отвечаем на извечный вопрос» и телефонный номер под ним. У нас сразу же возник интерес позвонить туда и поинтересоваться, какая именно услуга предлагается. Позвонил муж. На том конце провода, после пары гудков, кто-то поднял трубку. Муж поздоровался, но ему никто не ответил. Несколько секунд в трубке была тишина, потом раздался громкий треск. Муж вздрогнул и повесил трубку. Ночью, когда мы уже спали, где-то часа в два зазвонил телефон. Он звонил долго, и муж вынужденно встал и взял трубку. На автоопределителе высветился тот самый номер. В трубке послышался какой-то женский голос — я не разобрала, что она

Рассказываю со слов отца, он любит эту историю по десятку раз рассказывать всем, кто рад слушать. Он преподавал тогда физику и каждый день ездил в метро. Дело было давно, тогда наше метро еще Ленинградским называлось. Ехал он как-то после работы, и тут поезд остановился в тоннеле. Пассажиры не паникуют, все своими делами занимаются. Только стал слышен звук, будто то ли вода где-то журчит, то ли сквозняк тоннельный. По громкой связи сказали, что поезд скоро возобновит движение. И тут погас свет. Мобильников, чтобы подсветить, тогда не было, и люди в темноте начали волноваться. Кто-то зажег зажигалку, но толку от нее было мало. В вагоне начала плакать девочка. Люди понемногу стали тревожиться и ворчать, дескать, что за безобразие. Сквозь ворчание отец различал звуки из тоннеля: журчание стало громче. — Пути подтопило, — со знанием дела сообщил какой-то пассажир. — Долго стоять будем. Люди

— Арестуйте меня! — с нажимом произносит девушка и протягивает мне свои тощие запястья. Я выщелкиваю из пачки сигарету, закуриваю, вглядываясь в ее лицо сквозь сизый дым. Довольно изящные черты лица, темные волосы, карие глаза. Ничего особенного. — Арестовать? — Ну да, вы же… Полицейский, жандарм, страж закона, инспектор, или как вам угодно. — Мне угодно «детектив», — отвечаю я, приглаживая рубаху на животе и поправляя галстук. — И я давно уже не страж закона, я работаю как частное лицо. — Тогда арестуйте меня как частное лицо! Что для этого надо? Я готова дать показания у вас в офисе!— не сдается незнакомка. — Для гражданского ареста требуются веские основания. Впрочем, если вы хотите, я могу выяснить, изменяет ли вам ваш возлюбленный. — О, детектив, в этом как раз больше нет нужды! — смеется девушка, глядя мне прямо в глаза. — Сегодня утром я убила его. Только многолетний опыт работы

Я работаю психологом в одном средней паршивости городе. Народа в нем не много, но и не мало, у каждого свои проблемы, свои неразрешенные вопросы. Многие из них обращаются ко мне за помощью, рассказывая свои истории, раскрывая свою душу. Так ко мне пришел и он. Раскрывать его имя было бы неправильным с точки зрения этики. Впервые он пришел ко мне погожим летним днем. Изможденный мужчина лет пятидесяти. Седые волосы, сеточка морщин и тяжелые мешки под глазами. Усевшись в удобное кожаное кресло, он долго смотрел на меня, а затем начал свой рассказ: — Прошу вас, выслушайте меня. Я знаю, вы мне не поможете, но вы сможете написать об этом, что уже немало. С детства меня мучают кошмары. Родители водили меня к психиатрам, знахарям, гадалкам — ничего не помогало. Я продолжал видеть их, жить их жизнями и... умирать их смертями. Каждую ночь, засыпая, я проживал жизнь неизвестных мне людей. Я не

История написана на основе дневника, найденного мною в квартире, куда я переехал. Верить в это или нет, я не знаю. Немного предыстории. Судя по дневнику, это случилось в 1998 году, когда технологии были не чета нынешним. Автор был обычным подростком, учился в 9-м классе, по будням учился в школе, а по выходным устраивал «вечеринки» с друзьями на всю катушку — благо, график работы родителей позволял делать это. Друзья собирались у него в квартире и по видеомагнитофону смотрели различные фильмы. Настал момент, когда они пересмотрели все кассеты, имевшиеся в наличии, и нужно было покупать новую. Договорились скинуться на видеокассету, кто сколько может. Собственно, с этого история и начинается... * * * 11 МАЯ Я решил прогулять школу и пойти поглядеть на новинки кино. К моему великому разочарованию, магазин, в котором они продавались, оказался закрыт. Я с тоской на сердце побрел вдоль

У меня умерла мама. Муж болел, и все хлопоты, связанные с похоронами, легли на мои плечи. Двое суток я совсем не спала, очень устала. В день похорон не было сил даже плакать. Просто сидела над гробом, опустив голову, тупо уставившись в одну точку, никого не слыша и ничего не видя. А когда подняла голову, вдруг увидела, что рядом с гробом на стуле для родственников сидит ребенок и грызет семечки. Наверное, громкое щелканье и вывело меня из транса. Ребенок выглядел несколько странно, хотя в чем именно странность, описать было трудно. В лице было что-то, вызывающее мысли об умственной отсталости или душевной болезни. Вначале я решила, что это девочка, но потом показалось, что это все-таки мальчик. Мальчик сидел на стуле, с любопытством смотрел на покойницу, щелкал семечки и сплевывал шелуху чуть ли не в гроб. При этом то ли улыбался, то ли скалился и делал какие-то не скоординированные

Произошел этот случай еще в ту пору, когда мы с моей подругой были беззаботными школьницами. Мы с ней учились в одном классе и были закадычными подругами, часто любили оставаться друг у друга на ночь. Наутро после очередной ночевки у нее дома мы быстро собрались, покушали, взяли свои портфели и уже собрались выходить. По привычке Таня крикнула: «Мам, закрой дверь!». Мы четко услышали, как тетя Лариса ответила: «Ага». Мы смотрели друг на друга несколько секунд, потом со скоростью пули вылетели в подъезд, закрыв за собой дверь. Как добежали до школы, я уже не помню. В тот день мама Тани ушла на работу раньше нас...

Нынешний сентябрь не порадовал опятами. А в 1994 году молочных грибков-крепышей пособирали на славу. Причём, даже не надо было тащиться далеко от города. Отъехал несколько станций на электричке и коси — не хочу. В те годы, по молодости, я упирался рогом на четырёх-пяти работах параллельно, и времени на длительные лесные прогулки не было. Поэтому выкраивал свободные часы таким образом: в будние дни часов в пять вечера садился на электропоезд, следующий от тагильской станции «Смычка» на север, в сторону Серова, и ехал минут сорок-сорок пять. Потом выходил на каком-нибудь лесном полустанке и шлёпал по грибы. Часа через полтора уже с полным ведром-двумя возвращался обратно. Вот так же, в один из солнечных сентябрьских деньков бабьего лета, выехав с работы на электричке в пять, решил забраться на пару остановок подальше обычного. Сошёл на полустанке без названия. То был даже не полустанок, а