История эта произошла в 2010 году с моим хорошим знакомым. Он является владельцем постоялого двора в Крыму. Также у него есть собственная фирма, занимающаяся стройматериалами в Днепропетровске. Так вот, после очередного ремонта своего постоялого двора он вместе с тремя строителями вез лишние стройматериалы обратно в Днепропетровск. Они вынуждены были задержаться и ехали уже глубокой ночью. В час ночи он позвонил жене, которая была обеспокоена его поздней поездкой, успокоил ее, мол, едем вчетвером, все в порядке и т. д. Последнее, что он помнил — это как положил себе в рот горстку орешков. И все, темнота. Очнулся в 6 часов утра от звонка жены. Во рту всё те же орешки, едут со скоростью 100 километров в час, и что самое странное, едут в противоположную Днепропетровска сторону. То есть не из Крыма, а в Крым. Как машина с груженым прицепом развернулась на узкой извилистой горной дороге

Вы можете верить тому, что я расскажу, можете не верить. Я же искренне надеюсь, что вся эта история была лишь сном. Отец мой умер вскоре после моего рождения, оставив нам довольно просторную квартиру и военную пенсию. Так что нельзя сказать, что мы были уж очень бедными. Мать моя была довольно молодой, но так и не нашла себе никого на замену. Родителем она была от Бога, мы с ней всегда жили, как говорится, душа в душу, практически никогда не ссорились. Она работала бухгалтером в банке, но, несмотря на большую занятость, всегда находила время для меня и моих дурацких игр и выходок. Всегда терпела мои шалости, много смеялась, любила меня обнимать. Я, конечно, подумывал о переезде на съемную квартиру, так как, устроившись в хорошую компанию, как по волшебству, начал довольно неплохо зарабатывать. Но все тянул время, не мог, да и не хотел я оставлять мать одну. Но мне пришлось. Вот что

Шесть дней назад мне позвонил друг. Позвонил в два часа ночи и сказал срывающимся от злости и какой-то растерянности голосом: «Хватит, ну хватит придуриваться!». На мои слова о том, что звонок посреди ночи — это и есть «придуриваться», он закричал, как мне показалось, нетрезвым голосом: «Скажи еще, что не звонила мне, скажи, что вы не сговорились! Оставь меня в покое!». Он бросил трубку, а мне что-то не по себе стало, как говорится «повело». Потому что показалось — не от алкоголя у него голос дрожал. От страха. Бросилась ему звонить — занято. Через минуту — занято. И через пять минут, и через десять. Думала — не поехать ли проведать? Не поехала. Может, потому и жива. За полночь Вадиму позвонил его брат. В трубке раздалось: «Иду. Уже иду». Брат мог нагрянуть и ночью, и Вадим, не сильно удивившись, спросил: «Где ты? Тебя встретить? Ты в подъезде?», на что звонивший ответил: «В подъезде».

Было одно время, лет пять назад, когда мама по утрам жаловалась на звонки в дверь. Звонили ночью, между 2 и 3 часами. Настойчиво, требовательно. Мама говорила, что каждый раз удивлялась, что кроме неё их никто из домашних не слышит, и она поднималась, шла в прихожую и спрашивала: «Кто там?». И ответом ей каждый раз служила тишина. Дверного глазка у нас еще тогда не было (его сделали во время ремонта два года назад), поэтому она внимательно прислушивалась, думая, что услышит шаги или шорох за дверью. Но тщетно — снова звонили, и снова не отзывались. И каждый раз мама не решалась открывать и возвращалась в кровать. Утром перед уходом на работу она жаловалась мне и отцу, что снова кто-то приходил ночью, настойчиво звонил в дверь и не отзывался. Отец, по натуре своей скептик и юморист, говорил, что это приходила к маме из небытия совесть или призрак повышения зарплаты. Сама мама не решалась

Я снимаю квартиру в трехэтажном кирпичном доме советской постройки, расположенном в спальном районе одного областного центра. Засиживаюсь я допоздна и завёл привычку ночью выходить курить на балкон. С некоторых пор я стал замечать, что на детской площадке перед домом по ночам стоит старушка с детской коляской на веревочке. Хоть и в разных местах каждую ночь, но она непременно бывала на площадке. Меня это удивляло, но не особо тревожило: мало ли какие сумасшедшие бабули бывают. Той ночью, ставшей переломной, я снова курил в темноте на балконе и наблюдал за ней. В какой-то момент она вдруг повернулась и посмотрела прямо на меня. По моей спине побежали мурашки. Что-то в ее облике в свете фонаря показалось мне жутким, и не просто жутким, а по-настоящему кошмарным, хотя что-то именно, я затрудняюсь сформулировать. Не человеческое было это лицо, хотя и старалось быть похожим на него. Я дал

Встречался я как-то с домовым. По крайней мере, я так думаю. Дело было в условиях городской однокомнатной квартиры, в которой я проживал в отсутствие тетки. Водил туда девок, так как был еще холост. Ну, это присказка. Лег спать абсолютно трезвым, потому что с утра предстояла рабочая смена. Среди ночи почувствовал, как огромная кошка, мягкая и пушистая, ворочается за спиной, прижимается ко мне, будто пытаясь согреться. Какое-то время лежал так не в силах пошевелиться, с ужасом понимая, что в квартире кроме меня никого быть не должно. Пересилив себя, спустил ноги с дивана, сделал два шага до выключателя, словно пробиваясь через воздух, который приобрел вязкость киселя. Поднял руку, чтобы включить свет... Все. Проснулся утром от звонка будильника, с чувством ужаса и восхищения понимая, что это был не сон — слишком четко и ясно все врезалось в память. Было что-то такое, что словами не

Однажды ехал ночью по долгу службы по трассе Москва — Волгоград. Ехал быстро, так как хотел попасть домой засветло. В Тамбовской области, где трасса пролегает через лес, я остановился поужинать в придорожной кафешке. В кафе никого не было, только молодая пара лет двадцати пяти и хозяйка кафе. Я поздоровался с хозяйкой и заказал окрошку, шашлык на косточке и чай. Сижу, пью чай, и тут подходит хозяйка и говорит: «Отвези моих родственников до посёлка, тут недалеко — километров тридцать. А я тебя бесплатно угостила, будем считать». Я согласился. Посадил их, едем. Где-то на десятом километре один из парней заявил, что они хотят сходить в туалет. Я остановил машину, и все пассажиры вышли. Я остался ждать. Прошло десять минут, двадцать минут... Никто не возвращался, и я сам не заметил, как задремал. Когда проснулся, оказалось, что уже прошло 40 минут, а салон по-прежнему пустой. Я недоумённо

Есть у меня дальние родственники в одной глухой деревне. Первый раз я туда приехал в 14 лет. Ну, познакомили меня родители с родственниками, застолье, то да се — в общем, просидели до ночи. Тот, кто хоть раз был в глухой российской деревеньке, где стоит 7 домов и нет ни одного фонаря, прекрасно помнит ту непроглядную темень, когда вытягиваешь руку и не видишь кончиков собственных пальцев. Именно такая была та ночь. Где-то около двух-трех ночи я вышел из дому на улицу, ибо все удобства, естественно, были во дворе, и уже возвращался обратно, когда увидел у калитки человека. Парнишка моих лет стоял у забора и манил меня рукой. Меня удивил факт, что в темноте я себя-то не вижу, а парня детально различаю. Я ему говорю: «Привет! Ты кто?» — а он мне в ответ: «Я не могу сюда войти». Я почему-то вышел к нему за калитку. Он положил мне руку на плечо, посмотрел так серьезно и говорит: «Ты уезжай

Как-то раз я был в гостях у друга — он живет на шестом этаже. Посидели, выпили пива, он лег спать, а я пошел курить на лоджию. Покурив, думал уже возвращаться и лечь, но заметил, что у него на подоконнике бинокль лежит, а в пятиэтажке напротив несколько окон светятся. Решив «поиграть в шпиона», я взял бинокль и начал разглядывать окна. Большинство окон были расположены под очень неудобным углом, поэтому в них было ничего не видно. Исключение составляло одно окно на пятом этаже. Заглянув туда, я понял, это кухня: какой-то очень жирный мужчина сидел за столом спиной к окну и что-то увлеченно ел руками. Движения его были быстрыми и дёргаными, какими-то неестественными, будто он очень спешил всё съесть. После каждого движения его рук вверх-вниз я даже словно замечал, как вокруг него какие-то брызги летают. При этом, заметьте, время уже глубоко за полночь — у мужчины ужин получился весьма

ВНИМАНИЕ: история содержит экспрессивные выражения и жаргонизмы. ------ На последней неделе августа Серегу Хвощева, среди своих сверстников известного как Хвощ, привезли обратно в детдом. Стояли теплые, полные ласкового солнца, дни, и большинство воспитанников, вернувшихся из загородных лагерей и предоставленных самим себе, проводили все свободное время на улице. Горб, Рыжик и Муха играли в футбол во дворе, и прекрасно видели, как у ворот остановилась машина, и из нее вышел Хвощ с какой-то незнакомой женщиной. — Хрена... — пробормотал Рыжик, беря мяч в руки. — По ходу, его назад прислали. — Ну, дык, не стали бы они его там все время держать, — пожал плечами Горб. — Кормить надо, расходы всякие, кому он нужен... Муха, прищурившись, рассматривал новоприбывших, идущих по асфальтированной дорожке к входной двери. Когда они скрылись, он обернулся к друзьям: — У Хвоща рожа как у сраного