День намечался на редкость тяжелым. С самого утра навалилось столько дел, что я даже не знал, с чего начать. Нужно было съездить в другой город за запчастями к машине, потом заскочить к одному знакомому и забрать тетрадь с лекциями по истории, затем заглянуть в парикмахерскую, а остаток дня провести с любимой девушкой. Начать решил с парикмахерской, затем быстренько заскочил к знакомому, съездил за необходимыми запчастями, и вот, выполнив все свои дела за пару часов, я направляюсь к любимой. На улице стояла прекрасная погода, светило солнце, был умеренный мороз, а хрустящий под ногами снег поднимал мне настроение. На секунду я остановился, огляделся по сторонам — до чего же чудесно! Стрелки часов показывали пять часов после полудня. Я, натянув воротник куртки потуже, продолжил свой путь. А вот и многоэтажка моей девушки показалась. Я набрал две привычные цифры на домофоне. Ответа не

Живу на окраине Варшавы. В прошлом году в доме напротив (у нас общий двор) обнаружили мертвую семью, состоящую из 4-5 человек (точно не помню). 2-й этаж, довоенный кирпичный дом, в доме котельная, в основном живут люмпены. Была об этом случае заметка в газете — списали на угарный газ. А вот мне кажется, что-то там было не то. Выносили тела в непрозрачных пакетах — хотя, может, всегда так делают? Я не в курсе, так как это единственный раз, когда видел что-то подобное воочию. Хорошо запомнилось, что лица официалов были какие-то слишком напряжённые и растерянные, не соответствующие ситуации (хотя, опять же, не наблюдаю регулярно такие события). Но самое главное, что при всем при этом бегал местный полуалкаш в состоянии истерики. Он часто ночью бутылки собирает и по мусорным бакам шастает. Насколько я тогда понял, он утверждал, что видел, как в то окно забралось через форточку (!) какое-то

ВНИМАНИЕ: история содержит некоторое количество откровенных эротических эпизодов. ------ Я познакомился со Светкой на четвертом курсе технического ВУЗа, в котором она училась вместе со мной. При этом она училась на экономиста — и я, как и всякий половозрелый мужлан-технарь, почуял сладенькое в этой фигуристой блондиночке почти сразу. Все экономистки — знатные разгуляйки, и глупо это отрицать. В то время (которое мне сейчас кажется далекой светлой сказкой, хотя я познакомился с ней около шести месяцев назад) я был полон энергии, активен — и очень хотел трахаться. Светка же уже начинала думать о замужестве (хотя гуляла по-прежнему) и, видимо, увидела во мне — успешном студенте-программисте — неплохую кандитуру... Ха, черта с два я бы на ней женился! Мне просто нужна была девушка для регулярного секса, и грудастая Светочка, с детства ходившая на танцы и обладавшая посему прекрасной

Я ждал этого дня так долго. Сегодня я поквитаюсь с ним. Он — это причина всех моих неприятностей: ссоры с родителями, одиночество, неудачи на работе — всё его вина. Я не знал, как ему противостоять. Когда я был маленьким, он ломал мои игрушки и дразнил старших, всегда попадало только мне. В школе он продолжал пользоваться нашим сходством. Один жест, одно слово — и тебя ненавидят. Месяц назад я купил нож в охотничьем магазине. Уехав от родителей, я думал, что расстался с ним навсегда. Я вынес все зеркала, научился бриться на ощупь, лишь бы не видеть его лица лишний раз. Но он не оставил меня в покое. Выследил, появился будто бы случайно, и принялся крушить мою жизнь. Пользовался каждой случайностью, чтобы отпугнуть тех редких друзей, что я находил. Я пробовал прогнать его, но он был слишком силён. Вчера я купил зеркало и повесил его в большой комнате. Впервые за много лет улыбнулся

Как-то раз мы были в лесу около полпервого ночи, испытывали «петарду» — точнее, хотели испытать. Нас было трое — я, жена и наша общая подруга. Девушки стояли на опушке, я устанавливал заряд. Установил, поджег замедлитель и пошел назад, периодически оглядываясь, чтобы не потерять огонек из виду. Выбрал наиболее подходящее для наблюдения место на безопасном расстоянии и позвал по рации девушек. Стоим, смотрим на огонек, и тут он выбросил струйку искр (это загорелась впрессованная в детонатор таблетка пороха) и пропал. Ждём дальше — тишина. Я достал фонарь и пошёл к месту закладки (подходить можно сразу, такова конструкция устройства — если прогорела таблетка и взрыва не последовало, значит, устройство стопроцентно инертно). Пока шёл, голубоватый луч дуговой лампы прыгал по заснеженным кустам, лапам елей, мелким рябинкам и березкам. Пару раз показалось, что вижу какое-то движение —

Когда слышишь шебуршание и бормотание, труднее всего открыть глаза. Открыть глаза нужно как можно быстрей, иначе твари подберутся совсем близко. Это не опасно, у них сил не хватает ничего сделать, но очень противно. Каково, по-вашему, открыть глаза и увидеть, как очередная тварь присунулась к самому твоему лицу и смотрит белыми глазами-плошками? Их лица похожи на человеческие, если хотите знать. Только много меньше, много уродливей и такие, словно череп обтянут белой кожей. Они еще похожи на тех, кем были при жизни. Потому я всегда сперва сажусь на кровати. Ноги не спускаю, иначе с какой-нибудь твари станется опереться на них, как пес, и все-таки заглянуть в лицо. Они могут подняться по моему телу, но ни одна из них не посмеет вспрыгнуть на кровать сама. Однажды одна попыталась всползти к брату, он проснулся оттого, что к нему прижалась мертвая холодная тварь, и загнал ее в ванную со

Произошла эта история в октябре 1998 года. Генри Аллен тогда был капитаном на «Олимпии» — небольшом рыболовном траулере, который занимался добычей сельди в Северном море, расположенном в северо-восточной части Атлантического океана. Уже на протяжении многих столетий Северное море является одним из крупнейших рыболовных районов всей Европы, где ежегодно добывают треску, атлантическую сельдь, креветок, палтус и другие виды промысловых рыб. Именно там находится знаменитая Доггер-банка — крупнейшая песчаная отмель во всем Северном море, представляющая собой особенно богатый рыбой регион. При ловле рыбы на судне использовался пелагический трал — наиболее распространенное орудие лова, представляющее собой большую сеть, горловина которой растягивается двумя траловыми досками за счет давления встречного потока воды. Пригоден пелагический трал и для ловли на промежуточных глубинах, за один

В моем родном городе есть одно странное место. Назовём его Вороновка. Странность его заключается в том, что, несмотря на большую площадь и относительную известность в городе, найти дорогу туда с первого раза без проводника удавалось единицам. Мало того, ни я, ни кто-либо из бывавших там знакомых, не знает никого, кто сам вышел бы с Вороновки после захода солнца. Я сам пытался — пробродил часа два и, в конце концов, вышел назад к лагерю, где меня встретили удивленные взгляды друзей. Мобильные телефоны часто теряют сеть, а иногда попросту отключаются. Несмотря на репутацию мистического, да и попросту опасного места (кругом висят фанерки с надписью «Опасно! Зона обрушения!»), молодёжь любит выбираться «на Вороновку» на пикники. Но история не об этом. Немного расскажу о Вороновке. Когда-то, ещё до революции, на этом месте был посёлочек с усадьбой, несколькими дворами и маленьким кладбищем.

— Папа! — что-то холодное коснулось моего лба. Я открыл глаза. Возле кровати стояла моя пятилетняя дочь Мэгги. — Мэгги? Что случилось, детка? Тебе приснился кошмар? — Нет. Папа, можно я лягу с тобой? — Мэгги посмотрела на меня. В лунном свете она казалась особенно бледной, а её глаза блестели в темноте. Это придавало малютке болезненный вид. — Ну конечно, иди сюда! — Я взял малышку на руки. Её трясло. — Что с тобой, детка? Тебе плохо? — Голова болит, — тихо сказала она. — И холодно очень. — Ложись в постель. Вот так, а я сейчас принесу жаропонижающее. Хорошо? — Да, — Мэгги укуталась в одеяло. Я быстро вернулся с жаропонижающим. Мэгги выпила лекарство и сразу уснула, обняв меня рукой за шею. Я и сам начал засыпать, как вдруг открылась дверь, и кто-то маленький подошёл прямо к моей кровати. Что-то коснулось моего лба. — Папа! — рядом с кроватью стояла моя дочь Мэгги. — С кем ты говорил?

Шаги сверху не являются чем-то необычным, когда ты находишься в подвале. Поэтому я не обратила никакого внимания на тихие постукивания, доносящиеся из прихожей. Подумав, что это мой брат, я продолжила заниматься своими делами. Однако звуки не прекращались, и это стало меня раздражать. Они становились все громче и громче. Я вздохнула, удивляясь, с чего это мой брат не спит поздно ночью. У меня-то была уважительная причина в виде невыученного экзамена. Тем временем топот, казалось, заполонил весь верхний этаж, став невыносимо громким. Я сидела и слушала, как шаги ускорялись и становились какими-то... дикими, что ли. Они ни на секунду не прекращались, попутно формируясь в некое подобие ритма. Вскоре мне стало ясно, что это не человек. Ни один человек не сможет так двигаться. «Какого чёрта?!» — наконец, крикнула я. После этого все звуки стихли. На мгновение воцарилась тишина, а потом я