Я тогда только вернулся из армии, а мой старший брат Олег только женился. Молодая семья пригласила меня к себе в гости. На тот момент они только переехали в съемную квартиру. В общем, в тот вечер я засиделся у них и по настоятельным просьбам хозяев остался у них ночевать. Молодая сноха Оксана постелила мне на полу, потому что дивана в зале не было. В общем, покидали подушки с кресел, а для пущей мягкости сверху постелили какой-то маленький матрасик. И вот все благополучно заснули, но я так и не успел погрузиться в сон. Внезапно мне стало трудно дышать. Я почувствовал какую-то тяжесть у себя на груди, и тут же на своей шее я ощутил чьи-руки. Затем над моим ухом раздалось едва слышимое неразборчивое бормотание. Мне по-прежнему было невыносимо трудно дышать, и я никак не мог избавиться от этого удушающего наваждения, а через секунду эти руки начали меня бить по лицу с необыкновенной силой,

Ехал как-то автостопом между Томском и Кемерово, уж в какую сторону — не помню. Не шибко получалось машины ловить, а дело было поздно вечером. На трассе ночью всё обстоит совсем не так, как днём, мало ли что может случиться... Пока я так размышлял, остановилась чуть впереди машина, я лёгкой рысью погнал, и, поблагодарив от души водителя, с удовольствием погрузился в уютное сиденье. Перекинулись несколькими фразами с водителем (имени не спросил, потому буду так его называть), дальше ехали молча. Видно, водитель сам устал в дороге: сбавил скорость, покрутил радио, не найдя ничего, выключил. А я сижу, думаю о знакомых, от которых ехал, о девушке — в общем, о чём-то своём. В полудреме смотрю на светлое пятно от фар, периодически выхватывающих из темноты яркие дорожные знаки. Встречных машин как-то не было давно, небо только далеко-далеко светлое, а здесь над нами уже и ночь спустилась.

Женщина в дни поминовения усопших пришла на могилку к сыну. Был уже вечер, часов около семи, и, поскольку дело было весной, солнце уже практически село. Но, несмотря на это, на кладбище было довольно много людей. Женщина различала в сгущающихся сумерках то там, то тут сидящие на кладбищенских лавочках силуэты. «Ну что ж, — подумала она. — У людей из-за работы нет возможности прийти сюда днем...». Подошла она к могиле своего сына и обратила внимание, что напротив оградки на каком-то то ли пне, то ли поваленном дереве сидит женщина, странная такая — то ли больная, то ли во хмелю. Одета в какой-то допотопный костюм в клетку, слишком легкий для такого времени года, с каким-то нелепым искусственным цветком... «Ладно, пусть сидит. Кладбище все-таки — может, горе у человека, только похоронила кого», — с этой мыслью женщина вошла в оградку могилы сына, стараясь не обращать внимания на странную

Я живу в нашей нынешней квартире вместе с родителями около трёх лет, но ничего странного и уж тем более страшного не происходило с нами до определённого момента. Мы живём на 4-м этаже, наверху живут соседи, которые постоянно ругаются, кидаются тяжёлыми предметами, плачут, кричат и т. д. Сначала я не обращал на это внимания, но потом у меня началась бессонница, и я часто слышал по ночам, как в этой квартире наверху кто-то тихонько плачет, как маленький ребёнок. Если честно, меня это начало раздражать. Я спросил у отца, кто там живёт. Он ответил, что точно не знает, но вроде как отец, мать, и у них есть ребёнок, но сколько лет ему, он не знает. Я подумал, что ребёнок маленький, вот и плачет, а родители пьяницы. Потом днём я начал замечать, как у соседей ругаются взрослые — такое ощущение, что дочь с матерью ругаются, — потом падает что-то тяжёлое, и всё затихает. А по ночам опять слышен

В конце четвертого курса меня выставили из общежития за пьяную ссору с комендантом. Во время срочных поисков недорогого жилья мне подвернулся неплохой вариант с коммунальной квартирой недалеко от университета. Недолго думая, я отдал последние деньги за скромную комнату, в которой не было ничего, кроме кровати. Выбирать не приходилось, я был рад тому, что не остался на улице. Трое соседей по коммуналке — двое мужчин и женщина — оказались одинокими пожилыми людьми. Жили в той квартире они уже довольно давно и дружно, поэтому походили на одну семью. Егор Степаныч, бывший баянист сельского дворца культуры, был у них заводилой. Периодические совместные ужины с приглашенными гостями — ровесниками моих соседей — часто заканчивались танцами под баянную музыку. Я охотно соглашался ужинать вместе с ними, но после того, как наедался, делал вид, что мне надо заниматься уроками, и уходил в свою

Лена и Миша жили вместе уже второй год, были помолвлены, уже планировали свадьбу, которую то и дело откладывали. Миша работал бухгалтером в одной малоизвестной компании. Лена была студенткой, училась на заочном, не работала. С ними никогда не происходило ничего паранормального или необъяснимого. В их новой квартире не было злых домовых или неупокоенных душ, которым не по душе нынешние хозяева. Пара была без ума от своего нового дома. Сам дом представлял собой трехкомнатную квартиру с большой гостиной и двумя маленькими спаленками. Рядом с кухней же красовалась бледно-голубая дверь, что вела в кладовку. Остальные двери в квартире были перекрашены в белый цвет. В субботу утром девушка, как обычно, готовила завтрак, тихо напевая какую-то незамысловатую мелодию, что сочинялась сама по себе. Ее жених тем временем убивал время за просмотром телевизора. Он переключал каналы, скептически глядя

Моя сестра Рита уехала три года назад в другой город учиться. Я, соответственно, осталась с родителями, ибо училась всего в десятом классе. Каждые каникулы Рита приезжала домой проведать нас и увидеться со своими друзьями. Это случилось на весенних каникулах. Мы с Ритой спали на одной кровати — она у нас двухместная. За день очень устали, поэтому решили лечь спать пораньше. Всё бы ничего, но сестра меня разбудила стучанием по спине рано утром, в пять часов. Я была сонная, поэтому не повернулась к Рите, лишь спросила, что она хочет. Она ответила мне, что любит меня и всегда будет со мной рядом. Мне это показалось немного странным, так как моя сестра никогда такого не говорила вслух — она не была неженкой. Но мне тогда было не до того, потому что жутко хотелось спать. Проснулась я из-за того, что мама зашла в комнату будить нас, чтобы мы собрались и поехали с ней на рынок. То, что было

Сначала я работала в садике воспитателем (хотя по профессии я психолог), потом предложили пойти в другой сад по профессии. Я решила попробовать. Новое мое место работы было, как ни забавно, самым старым садом в городе. Конечно, заведующая как могла пыталась поддержать в нормальном состоянии 78-летнее здание, но одного взгляда хватало, чтобы понять, что сад дышит на ладан. Скрипящие полы, открывающиеся сами от сквозняка двери, странные звуки — все это было совершенно стандартно. Иногда откроется сзади дверь (мой стол стоял спиной к двери), слышишь, будто кто-то идет, а потом кажется, что даже сказали что-то. Оборачиваешься — никого. Только дверь нараспашку. Сотрудники часто болели и уходили на больничный. Через пару месяцев случилось так, что в одной группе обе воспитательницы слегли с простудой. Заведующая попросила меня остаться на группе. Работа для меня была не новая, да и

Вернувшись после института в родной город, я обнаружила, что в нашем медвежьем углу никто не ждёт с распростёртыми объятиями девушку-программиста. Работы было катастрофически мало. Помыкавшись продавцом-консультантом, я устроилась оператором на АЗС. Работа мне неожиданно понравилась, умение разобраться с компьютером тоже оказалось не лишним. По работе я часто контактировала с нашим экономистом. Зиле, так я буду называть её. Она сразу произвела на меня впечатление: высокая полная женщина лет тридцати с небольшим. Длинные тёмные волосы, карие глаза, приятный голос и милая улыбка. Зиле нравилась мне. Когда она звонила или приезжала на заправку, хорошее настроение сохранялось надолго. Зиле на удивление неплохо разбиралась в программах и оборудовании АЗС, и в её глазах я выгодно отличалась от других операторов. Это помогло моей карьере: когда в офисе понадобилось расширить штат, Зиле

На третьем курсе я, наконец-то, ушёл из общежития и снял комнату у одной старушки (отец договорился через знакомых за недорого). Я был идеальный квартирант: безвылазно сидел у себя в комнате за компьютером, музыку слушал через наушники, не ругался с соседями и чистил после себя унитаз ёршиком. Даже курить я выходил на улицу, так что этот грех мне прощался. Два месяца я прожил у бабки безо всяких происшествий. А потом случилось это… Была зима, ударили морозы, и, как-то засидевшись допоздна в Интернете, я пошёл покурить перед сном. На улицу выходить не хотелось. И я решил по-быстрому покурить в подъезде. Стоя внизу, возле двери, я достал сигаретку и начал чиркать зажигалкой. Коротко опишу обстановку: обычный подъезд пятиэтажной хрущёвки, грязный, воняющий мочой и подвальной сыростью, с разбитыми дверьми и обожжеными почтовыми ящиками. Ночью там стоит непроглядная темнота: лампочки