⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Как-то раз пошли два брата по землянику в лес, набрали полные туески ягод, устали, проголодались. Нашли хорошее место на солнцепёке над речкою, сидят, едят, скорлупу от вареных яиц в воду бросают. Качаются скорлупки на волнах, словно белые кораблики. Вдруг младший брат старшего как пихнёт в бок: — Глянь! Тот посмотрел и не поверил глазам: в самой большой скорлупке сидит девочка в белой сорочке, да какая пригожая! Волосы светлые, как лён, кудрявые, глаза голубые. Опустила белые ручки в воду, плещется и тихонько поёт: — Меня мати породила, некрещёной схоронила! Меня мати породила, некрещёной схоронила! — Как тебя зовут? — громко спросил старший брат. — Сама не знаю! — ответила девочка, грустно улыбаясь. — И я не знаю! И я! — раздалось множество голосов, и братья увидели, что теперь в каждой скорлупке сидит маленькая девочка. В этот миг ветер подул. Белые скорлупки быстро-быстро понеслись
Мне было шесть лет. Жили мы втроем — я, сестра (тогда ей было 12) и наш отец в доме, которому на тот момент было около 120 лет. Чтобы попасть к нам в квартиру, нужно было миновать две двери. Первая нижняя дверь имела тогда странный замок, который можно было открыть любым ключом, и поэтому на ночь она, как и верхняя вторая дверь, закрывалась на большой кованый крючок. Тот вечер был одним из обыденных вечеров. Сестра ушла ночевать к бабушке, а отец ушел на работу — у него была смена с 16.00 до 00.15. Конечно, мне были даны строгие инструкции — обе двери закрыть на крючки и не открывать, пока я не услышу, что в окно бросили камушек и позвонили три раза. Этот ритуал отец проделывал каждый раз, когда я ждала его с работы. На часах было 23.30. Я сидела в большой комнате и смотрела всякую ерунду по телевизору (времена были советские, следовательно, ночью, кроме новостей и спортивных
Историю рассказал мне дед в свое время. В середине 90-х годов в их деревню ночью внезапно завалился отряд солдат, причем все перепуганные просто до седин, с выпученными глазами и трясущимися руками. Потребовали самогона. Сам я присутствовал там в малосознательном возрасте, поэтому мало что помню — кажется, многие из наших подумали, что началась война. Когда солдат расспросили, что случилось, они рассказали следующее. Солдаты остановились в глухом лесу переночевать (вроде учения какие-то были). Так вот, ночью из леса внезапно вышел человек весь в белом и направил на солдат пистолет. По нему, конечно, открыли огонь, даже не спрашивая — а ему хоть бы что. Один солдат подбежал и попытался прикладом огреть — «как по камню ударил», а пули, говорят, просто исчезали. Солдаты перепугались (естественно, от такого поворота событий даже взрослый мужик с оружием потеряет голову) — побросали все,
Решили мы как-то с друзьями половить рыбу. С удочкой никто из нас сидеть не хотел, а вот идея поставить сеть на ночь показалась отличной. Летним вечером вчетвером поставили сеть с лодки в небольшое озеро. Договорились дежурить по двое. Оставив первых двоих дежурных, смена, в которой был и я, уехала домой спать. Приехав ночью в лес, мы с моим выспавшимся напарником обнаружили друзей трезвыми и очень напуганными. Они прижимались друг к другу, смотрели в темноту, не мигая, и держались за топор в четыре руки. Нам стало не по себе — так напугать двух крепких парней могло только что-то серьезное. И был это явно не рыбнадзор и не рыбаки-конкуренты. Начали расспрашивать. Сторожившие сеть парни рассказали, что после наступления ночи в пруду начало что-то плескаться. Поначалу они на это не обращали внимания, так как считали, что это просто крупная рыба выпрыгивает из воды. Но когда оказалось, что
Я проснулся посреди ночи. Сильно хотелось пить. В полудреме я прошел на кухню и на автомате наполнил стакан водой... — Что ты делаешь? — голос младшего брата заставил меня подпрыгнуть на месте. — Идиот! Я воду из-за тебя разлил! — громким шепотом отругал я Сашу. — Давай играть? — Ты совсем рехнулся? Третий час ночи... — я оглянулся на брата. Что-то меня в нем напугало — то ли странное поведение, то ли то, что он широко улыбался, слишком широко, и не моргая, смотрел на меня. — Иди спать уже... Я зевнул, потянулся и отправился к себе. Как только я вошел в комнату, меня пробил холодный пот. В панике я залез под одеяло. Стало тяжело дышать, но возвращаться на кухню я не хотел. Я слышал, как он там бродит. Такие тихие детские шажки. Спросонья я не сразу вспомнил, что мой брат погиб три дня назад...
Мы недавно переехали в новую квартиру. Вещи на момент событий, описанных ниже, ещё не разобрали. В новом жилище у меня была отдельная комната, и в первую ночь я спала там одна, на полу. В той комнате висела люстра — вполне такая новенькая, красивая, блестящая, стилизованная «под старину». Она мне очень понравилась. Ночью что-то заставило меня проснуться. Лениво потирая глаза, я присела и стала оглядываться в поисках того, что стало причиной моего пробуждения. Мой взгляд упал на люстру, и я чуть не умерла от ужаса: никакая это была не люстра! Под потолком висел изуродованный труп девушки. Я от шока даже не смогла закричать или убежать. И тут нить, на которой висело тело, оборвалась. Девушка упала на пол и поползла ко мне, дёргаясь всеми членами. Я, не помня себя от ужаса, вжалась в угол комнаты, но бежать было некуда. Всё это время в комнате стояла гробовая тишина. Изувеченная девушка
Студенткой я была на практике в родильном доме. Нас повели в отделение реанимации новорождённых. За час до нашего прихода там скончался новорожденный ребёнок. Когда в больнице умирает человек, полагается два часа его держать в отделении, констатировать биологическую смерть и уже потом увозить в патолого-анатомическое отделение. Как правило, через два часа тело коченеет. Подходим мы через положенное время к ребёнку вместе с медсестрой, она его осматривает, чего-то пугается и начинает звать врачей. Мы не можем ничего понять. Тогда она говорит: «Весь ребёнок закоченел, а шея и голова — нет!». А это, по её словам, означает, что ребёнок «смотрит по сторонам, кого бы ещё забрать с собой». Только она это произнесла, как рядом в реанимационной палате «даёт остановку сердца» другой новорождённый ребёнок. Все бегут к нему, начинают реанимировать. Ещё рядом в кувезе лежал 26-недельный малыш. У
Рядом с университетом, где я учился, есть так называемый «остров». Собственно, он остров и есть — клочок земли посреди реки, почти полностью заросший деревьями. Туда водят студентов на физкультуру, гуляют жители близлежащих домов, собираются пьяные компании — в общем, всё, что обычно для оставшейся в городе зелёной зоны. Но в то промозглое октябрьское утро на острове было безлюдно, оно и понятно. Я же как раз любил гулять именно в такую погоду. Высокие деревья там глушат все звуки города; да что там, на узеньких тропинках домов даже не видно, создаётся полная иллюзия, что ты в настоящем лесу. Самое то, чтобы предаваться мыслям о бренности бытия, чем я и занялся, механически наматывая круги по дорожкам. Через некоторое время я свернул на очередную тропинку, довольно широкую, прямую и длинную. Смотрел я в основном под ноги, но периферическим зрением заметил, что с другой стороны мне
Я недавно переехал в новую квартиру. Живу на верхнем этаже, поэтому из окна хорошо видны крыши соседних многоэтажек. Обычным утром встал и пошёл на кухню, начал себе чай греть. Привычно взглянул в окно и обомлел: на соседней крыше, прямо на самом краю, стоял человек. Мысли сразу об одном — наверное, будет прыгать! И только я об этом подумал, он шагнул вперёд и полетел вниз. Я хватаю куртку, мобильник — и бегом на то место. На бегу звоню «скорой», говорю адрес, рассказываю, что человек прыгнул, хотя осознаю, что если упасть с такой высоты, то ни одна скорая не поможет. Выхожу на улицу, бегу к тому месту, где он должен лежать... А его там нет. Ни следов падения, ничего. Я осмотрелся, даже здание обежал, а его нет. У прохожих спрашивал, видел ли кто-нибудь, как человек прыгал — на меня все как на больного смотрели. Потом ещё пришлось за ложный вызов «скорой» платить. Пытался рассказать
Встречалась я с парнем около года — даже жить стали вместе. Естественно, стала задумываться о дальнейшей жизни, строить планы, он тоже выражал серьезность намерений. Но однажды вечером он сообщил, что, возможно, летом (а дело происходило весной) ему придется уехать к себе — так у него складывались обстоятельства. Возвращаться в Москву он не собирался, и с собой меня звать не спешил. Весь вечер я проплакала, а когда он со спокойной совестью лег спать и заснул сном праведника (виноватым он себя никак не считал), я решила выйти покурить в подъезд. Я курила тогда очень редко — мне не хотелось, чтобы мой парень знал об этом, так как к курящим девушкам он относился пренебрежительно. Но в тот вечер я сильно перенервничала, и мне хотелось хоть немного успокоить нервы. Было часа три ночи. Я взяла ключи и вышла в подъезд. Дом наш панельный, девятиэтажный, и, как обычно бывает в таких домах, между