Уже под конец рабочего дня Терентий отчаянно скучал за ворохом ненужных бумажек, погребших под собой рабочий стол, когда его позвали на второй этаж быть понятым при просмотре видео с банкомата, что на соседней улице. Пока он шагал по коридорам, разминая затекшие ноги, стажер полиции Толик объяснил ситуацию: какой-то мужик захотел снять с карточки зарплату, а банкомат выкинул такую штуку: денег не дал, зато чек с обнуленным балансом выплюнул исправно. Фортель этот мужик оценил очень негативно, поднял на уши всех, кого положено в таких случаях, и вот пленка у них, в полиции. Если всё, как пострадавший рассказал, зафиксировано — будет ему счастье. А то бедняга совсем не в себе... Отчего обманутый коварным банкоматом мужик не в себе, стало понятно с первого взгляда. На вид обычный работяга, отпахавший смену по полной, даже не переоделся: руки в мазуте, комбинезон в пятнах, запах

ВНИМАНИЕ: история содержит ненормативную лексику и жаргонизмы. ------ Летний дождь хлестал за окном, порывами шёл, занавеска нашей спальни вздымалась пузырём и опадала от сквозняка. В комнате стоял запах свежести, мокрой травы и мокрой земли, такой приятный после недельной жары. — Лен, есть будешь? — я пошёл на кухню. Ленка перещёлкнула телеканал: — Всё одно и то же... Не, не буду. И мне на кухне тоже расхотелось — кусок сыра зажевал так, без хлеба, закинул в кипяток чай в пакетиках. Сегодня... предчувствую, снова за несколько лет... и уже не боюсь. Когда выходил из кухни, подёргивая за ниточки пакетики чая в кружке — чтобы заварился быстрее, со стороны зеркала, висевшего над кухонной раковиной и снабжённого маленькой полкой, что-то брякнулось в эту самую раковину. Я взглянул — так и есть: сегодня Это было серого цвета, как дождливое небо за окном. Нечто клубилось в зеркале, среди серой

Она сидела прямо на тротуаре, спрятав лицо в ладонях. Прохожие поглядывали на нее, но никто и не думал спросить, что случилось, с чего это девушка сидит на поребрике одна-одинешенька. Впрочем, сегодня был особенный день, люди успели насмотреться и не на такое. — Эй, с тобой все хорошо? — Андрей присел рядом с девушкой. Он поморщился и оттолкнул ногой пустую «полторашку» из-под пива. Стоял один из последних деньков лета, и жара была невыносимая, а значит процветали продавцы мороженного, пива и прочих прохладительных напитков. Сегодня же ко всему прочему народ праздновал День города, так что улицы были завалены пивными банками, пластиковыми бутылками и промасленными обертками из-под еды. — У тебя все хорошо? — снова спросил парень. Нет ответа. Андрей вдруг разозлился: сидит, теряет время с этой дурой, судя по всему накуренной или «обдолбанной» до полного отключения от реальности. Да даже

Прочтя несколько историй про ложные и странные воспоминания, вспомнила случай примерно из той же серии, произошедший со мной лет десять назад. Сразу оговорюсь — я не пью и не употребляю наркотические вещества, и уж тем более не могла делать этого в период нижеописанных событий, поскольку мне тогда было 8-9 лет. Нет, никаких странных существ и монстров я не видела. У меня в памяти всего лишь отпечатался уютный вечер, проведённый в кругу семьи. Мы отмечали на даче день рождения кого-то из многочисленных родственников. Из-за плохой погоды решили не ехать домой ночью, тем более что отец уже не был достаточно трезвым, чтобы вести машину. Было принято решение заночевать на даче. Я отчётливо помню хорошо освещённую маленькую комнатку в дачном доме, в которой нередко бываю до сих пор. Горела голая лампочка и небольшой светильник, мы всей семьёй сидели за столом. Мы — это дедушка, бабушка, мои

Всё началось с двойника подруги. Был промозглый и мокрый июльский вечер. Нет, даже не так. Была ночь. Я возвращалась от подруги навеселе и в приподнятом настроении. Весь вечер и полночи мы пили, веселились и ржали до колик в животе, и вот сейчас, во втором часу ночи, в этой промозглой и довольно прохладной июльской мгле я иду и наслаждаюсь темнотой и отсутствием людей на улицах. Сейчас завалюсь домой, сделаю себе чай с лимончиком, перекушу какими-нибудь печеньками и баиньки… Мысли были приятными и не обременяющими. Я зашла во двор и удивилась, увидев, что на качелях кто-то катается. Обычно поздней ночью, когда никто не видит, люблю кататься именно я. Меня немного позабавил тот факт, что кто-то делает так же. Но ещё больше я удивилась, когда разглядела в девушке на качелях знакомые очертания моей подруги. И это никак не могла быть она, потому что я только что от неё. До приятных мурашек

«Карта памяти заполнена» — замигало на экране фотоаппарата. Я лениво зевнул, топнул ногой, разогнав усиленно позирующих в ожидании подачки голубей, — и начал возиться с заменой карточки. Через минуту я уже снова крутил головой в поисках подходящей модели для съемки. Парк был мной исхожен и исщелкан вдоль и поперек, птицы не вызывали у меня приступов умиления — а местные жители уже давно набили оскомину своей удивительной похожестью друг на друга. Это был маленький городок, один из тех, что возникали в Казахстане на месте старых военных баз, которые, в свою очередь, дислоцировались на месте еще более старых поселений. Я приехал сюда на каникулы к родственникам и не намеревался задерживаться надолго. Нет, природа тут была красивая, не буду врать. И сам городок уютный. И люди не противные. Но было тут невыразимо скучно, затхло и, как выражается моя племянница, — «паутинно». Вдруг вдалеке

Это был самый обычный вечер. Единственное, чем он грозил запомниться — это поездка с любимым в гараж. «Делов на пятнадцать минут, не больше. Ты мне просто фонарем посветишь. Давай, через двадцать минут буду ждать тебя внизу». Собрав волосы в пучок на затылке и скрепив их заколкой в форме рыбки, я вышла из квартиры. На лестнице, как всегда, было темно. Сосед тиснул лампочку. Уж сколько раз мы с ним на эту тему ругались! «Ну ничего, вернусь, заставлю вкрутить обратно», — так я подумала. Парой этажей ниже веселилась местная гоп-компания. Приехал лифт; скрипя дверями, он запер меня в своем чреве. Лифт уже не молод, поэтому я ничуть не удивилась, когда по ходу движения он как будто бы запнулся и на секунду погас свет. На выходе из парадной что-то показалось мне странным. Что-то такое неуловимое, о чем не сразу догадаешься. Вроде как когда заходишь в комнату, все знакомо, но что-то не так.

Таня всегда была странной. Или, лучше сказать, немного не в себе? По крайней мере, не настолько, чтобы однозначно можно было порекомендовать ей психиатрическую помощь. Хотя, возможно я просто всегда находила приемлемые оправдания её нелепым выходкам? Всё началось ещё в детском саду. Веранда и территория перед ней, где ежедневно выгуливали нашу группу, вечером служила доступным баром для местной молодёжи. Осколки, сигаретные пачки, винные и пивные этикетки встречались повсюду. Таня обожала подолгу разглядывать бумажные клочки, содержавшие хоть какой-то текст, сквозь цветные битые стекляшки. Читать она ещё не умела, но убедительно излагала свою версию сути написанного. Так родилась её любимая игра — «призрачные детективы». На каждой прогулке мы устраивали авторские спиритические сеансы: запасались лупами-стёклышками, сосредоточенно водили ими по сигаретным пачкам, силясь «прочесть»

Начнём с того, что Питер Терри сидел на героине. Мы дружили в колледже, и продолжали дружить после того, как я выпустился. Заметьте – «Я», потому что он бросил его, после того как два года просто прогуливал его. После того, как я переехал в небольшую квартиру, я особо не видел его. Но мы много разговаривали в онлайне тогда и сейчас (AIM тогда рулил, в дофэйсбуковые времена). Однажды его не было в онлайне пять недель подряд. Я не переживал, ведь он был наркоман, так что я подумал, что он просто на это забил. Но в одну ночь я увидел, как он залогинился. И не успел я завязать разговор, как получил от него сообщение: «Дэвид, чувак, есть разговор» В тот раз он рассказал мне о ДомеБезКонца. Я так его назвал, потому что ни один человек ещё не находил оттуда окончательного выхода. Правила были предельно простыми, и даже банальными: Выйди из дома, и получи 500 баксов. В общем, там было девять

Почему-то вспомнилось, как в детстве (ну, года полтора-два, видимо, было) дома играл с какими-то круглыми белыми шариками, размером с пять копеек. Потом позже даже фотографии видел себя, играющего с ними. Ещё позже стало интересно, спросил родителей: а что за шарики, куда подевались, выкинули? Отец удивился: мол, что за шарики, это не шарики, а дефекты фотографии. * * * У нас на кухне стоял белый сервант. Там, за стеклом, были разные баночки с приправами, бумажки какие-то, много всякой ерунды. Сервант был старенький, подкашивался и осыпался потихоньку. Потом я уехал в другой город, поступил в универ. Где-то через полгода приехал домой, а серванта уже не было. Подумал, выбросили. Потом как-то разругался с родителями. Не помню, из-за чего, вроде стол выбросить хотели из моей комнаты, и купить новый. И привёл в пример сервант: мол, сервант выбросили, а взамен так ничего и не купили. А они