Произошло это в 2010 году. Был вечер, и мы с моим другом поехали по дороге на море. Там мы остановились, в машине громко играла какая-то музыка. Телефоны находились на заднем сидении. Мы вышли из машины и пошли смотреть на закат. Вдруг музыка прекратилась, и я услышала звонок своего телефона. Конечно же, я пошла к машине и взяла телефон. Вызов шел от моего друга, который находился рядом со мной. Телефона в руках у него не было. Звонок шел около минуты, потом я все же взяла трубку. В телефоне было слышно чье-то тяжелое дыхание, затем связь оборвалась и пошли какие-то короткие гудки. Я бросила телефон в сумку, и мы уехали с того места подальше. Самое странное то, что в телефоне моего друга не отображались звонки с него. Что тогда произошло — неизвестно. Возможно, это какой-то «глюк» телефона или что-то сверхъестественное — я точно не знаю.

Публикуем на сайт рассказ известного британского писателя Нила Геймана из сборника «Дым и зеркала»: ------ Питер Пинтер никогда не слышал про Аристиппа Киренского, малоизвестного последователя Сократа, который утверждал, что избегание неприятностей — высшее из доступных благ, однако свою лишенную треволнений жизнь Питер прожил согласно этой рекомендации. Во всех отношениях, кроме одного (неспособности пропустить покупку со скидкой, а кто из нас полностью лишен этой слабости?), он был очень умеренным человеком. Он не бросался в крайности. Его речь была сдержанной и правильной. Он редко переедал. Он пил ровно столько, чтобы не нарушать компании, но не более того. Он был далеко не богат, но никоим образом не беден. Люди нравились ему, и он им нравился. Учитывая все это, кто бы подумал, что его можно застать в убогом, вульгарном пабе в самом неприглядном закоулке лондонского Ист-Энда за

Когда я была маленькой, мы жили с мамой в частном доме на краю одного якутского села. У нас все время обитали какие-то люди, никогда без гостей не обходилось. И вот однажды зимним вечером к нам постучалась какая-то женщина. Село было небольшое, все друг друга знали. Вот и эту женщину, хоть и не разговаривали с ней, но видели не раз. Звали ее Катерина. Они с мамой просидели на кухне всю ночь, о чем-то толкуя, и с этого дня она начала жить с нами. Я уже привыкла к такому обороту дела, потому несильно удивилась. Только вот странная она была, Катерина. Ночами не спала, ходила по всему дому, что-то шепча себе под нос. Внешность у нее тоже была примечательная: высокая, худая, некрасивая. Малюсенькие глазки с обвисшими веками, ресницами природа ее обделила, кожа грязновато-серого света, длинное унылое лицо, к тому же почти полностью отсутствовали зубы, остались черные обломки, что не

Куклу Настюшу подарили нашей дочке Оксане на день рождения — ей тогда исполнился годик. На коробке так и было написано — «Настюша», дочь же, немного научившись говорить, сократила ее имя до более оригинального и удобного — «Тюша». Так и повелось. Тюша была обычной куклой советского производства: пластмассовое туловище, приделанные к нему резиновые ручки, ножки и голова, светлые кучерявые волосы, голубые глаза, которые закрывались, стоило придать игрушке горизонтальное положение, белое платье в красный горох… Но, несмотря ни на что, эта белокурая барышня сумела стать для нашей Оксанки настоящей любимицей. Малышка буквально не расставалась с куклой: с ней спала, с ней ела, и даже в детский сад с собой норовила утащить. Беда пришла откуда не ждали. Как-то летом, во время очередной поездки к бабушке, Оксана (ей в то время было уже четыре) так утомилась за день, что ушла спать, оставив свою

Прошло уже три года, как эта гостиница стала заброшенной. Сносить её, я так понимаю, никто не собирается. А зачем? Никому не мешает, даже территория никому не нужна. А это и не удивительно, потому как она стоит в плохом микрорайоне, где живут только алкоголики, наркоманы и бомжи. А проработала она совсем немного, пока, видно, владельцы не поняли, что клиенты десять раз подумают, прежде чем заселяться туда. Даже те, кто проездом был, обходили весь район стороной. Дело не в том, что гостиница была плохо построена или недостаточно оборудована, все дело в том, где она стояла. А через год, когда хозяевам надоело понижать цены на комнаты, они просто ее закрыли. Теперь никому до нее нет дела. Там собирается и молодежь, и наркоманы, и даже бомжи живут. Все лучше, чем на улице. Я часто посещаю это место. По своей натуре я люблю такие места. Оно мне напоминает что-то, но не могу вспомнить, что

То, что со мной происходит, ужасно, и этому не должно было быть места в нашем мире. Но не буду забегать вперед — расскажу всё по порядку. Жил я вдвоем с матерью. Мой отец умер, когда мне был один год, поэтому я совсем не помню и не знаю, каким человеком он был. Мать не спрашивал, потому что не хотел напоминать ей об этом, так как ей пришлось и так тяжело после смерти отца. Мать очень часто работала, и мне пришлось рано повзрослеть и многое учиться делать самому. Из родственников у нас остался только один дед по отцовской линии. Он нам чем мог, тем помогал, хотя виделись мы с ним крайне редко. Он был доктором химических наук и вел курсы в институте на вечернем отделении. Дед был со своими причудами, но мне тогда казалось, что с возрастом у всех появляются свои причуды. В 16 лет у меня появились головные боли, бессонница по ночам и начали болели суставы. Было такое чувство, что в 16 лет я

Вспомнился один случай из детства. Не скажу, что космический ужас из воспоминаний до сих пор преследует меня в кошмарных снах, ибо история не шибко-то и страшная, но осадок остался. Я в детстве частенько развлекался тем, что фантазировал себе всякие истории — например, что я великий волшебник или кунг-фу мастер, борец с мировым злом. Часами прыгал по квартире, то вскакивая на облучок дивана — вроде как скачу на коне, — то размахивая шваброй-мечом, карая грязных орков. И вот однажды я, как обычно, скакал по комнате, как обезьяна, и бил воздух, и вдруг мой кулак наткнулся на что-то реальное. То есть на какой-то физический, но невидимый объект, как будто я кого-то действительно ударил. Вскриков, охов или какого-нибудь ощущения, что за мной следят, не было. Я в оцепенении пялился в то место, где мой кулак соприкоснулся с невидимой преградой, а потом быстренько вышел из комнаты, плотно

Дело было где-то в четыре часа дня. Я, как обычно, шел домой. Погодка была не ахти, и я ругался про себя, когда не замечал одну из многочисленных луж на дорожке и наступал в нее. В наушниках играло что-то жутковатое. До дома оставалось метров триста, когда передо мной сгустился туман. Учитывая погодные условия, я не особенно удивился этому и смело шагнул в молочную пелену, в неизвестность. Как только туман скрыл дорожку за моей спиной, началось что-то странное. Шум шоссе (должен сказать, дорожка, по которой я шел домой, находится рядом с оживленной дорогой) внезапно стих. Поначалу я не обратил на это внимания (да в наушниках и не мог) и спокойно шел дальше. Потом вырубились наушники. Я вынул в недоумении телефон и увидел, что нет сигнала сети. На экране всплыла надпись «Зарядите аккумулятор», и мобильник выключился. Списал на «глюк» телефона и пошел дальше, немного озадаченный. Потом

Я живу в Пенсильвании, рядом с городом Рединг. В здешней округе много густых лесов, но ничего такого очень уж особенного. Здесь повсюду стоят поместья, дальше идут магистрали и угодья фермеров. Сам я живу на холме, на самом краю нашей маленькой общины. Лес расположен буквально через дорогу от моего дома. В общем, около двух лет назад мы с моим отцом стояли на крыльце и обсуждали некоторые мрачные вещи, которые случились в доме немногим ранее, когда из леса до нас донесся странный шум. Мы оба замолкли и посмотрели через дорогу. — Не думаю, что олень вышел бы в такое позднее время, — сказал я. Отец промолчал, с непониманием глядя в чащу. Тут мы услышали, как кто-то протяжно кричит: «ПОМОГИИИТЕ, У МЕНЯЯЯ КРОООВЬ!» — или что-то вроде того. Отец тут же велел мне зайти в дом. Мы ввалились в прихожую. Отец побежал вверх по лестнице за своим пистолетом. Мой отец крепкий мужик — он хватался за

— Кошмарная история, о которой я хочу поведать вам, приключилась в деревне Садыганово Кировской области. Там живут мои родственники. Вот с их-то слов я и знаю обо всех деталях невероятного происшествия. Подчеркну, что мои родственники — самые обычные и при этом очень скромные люди, крестьяне, землепашцы. Их никак нельзя отнести к той породе людишек, которые любят приврать ради того, чтобы хотя бы ненадолго привлечь к себе внимание — чтобы все вокруг заохали, да заахали, дивясь их удивительным новостям, рассказам… Если мои родственники говорят — мол, это было на самом деле, значит, это было на самом деле. И точка. А было вот что. Родственники А. Слепнева жили и по сей день живут на окраине деревни. В соседней избе жила, но сейчас уже там не живет, одна дружная семья. Самым старшим по возрасту в той семье был восьмидесятилетний старик — невысокий, худощавый, с короткой седой бородой. Все