В медкорпусе, как всегда, царили теплота и уют. На столе стояла чашка полная горячего чая с молоком, рядом — вазочка с сахарным печеньем. Надя забралась с ногами на стул и куталась в казённое одеяло. Сейчас она жалела только о том, что ей не дали принять душ. Выбрав прядь волос, Надя понюхала её и поморщилась от речного запаха. Кто-то считал его свежим, но Надя находила в нём только вонь тины и тухлой воды. Она с омерзением убрала волосы назад и обтёрла руки о скатерть. В нижнее бельё набился песок и мелкие камни, девочка пыталась незаметно вытряхнуть их, пока никто не смотрит, но единственным способом избавиться от этого мусора всё ещё был только душ. Чай успел остыть, но Надя так и не притронулась к нему, ей не нравился вкус дешёвой заварки, которую использовали в этом лагере. Заварка эта, по мнению Нади, не имела к чаю вообще никакого отношения. Но не только чай, всё здесь убого. И

Я увлекаюсь криптозоологией. Многие мои друзья и знакомые обсмеяли меня на эту тему, дескать вот, ещё один, пошёл искать Снежного Человека или Лох-Несское чудище. Вот только им невдомёк, что это вполне серьёзное дело – искать животных по пространным описаниям или косвенным свидетельствам. А ведь многие криптозоологи реально находили различную живность, причём довольно редкую, вроде африканских латимерий. Да и надо постараться понять, что за тварь опишет какой-нибудь очевидец. Бывает, читаешь описание, думаешь, что самого чёрта из ада малюют, а потом узнаёшь, что так описали какую-нибудь пёструю птичку размером с муравья. Да и стоит ли винить людей за ограниченность, интернета-то тогда не было, а с образованием было туго, вот и описывали как есть. Моё увлечение разделял мой давний товарищ Макс. Помню, мы ездили за три девять земль, чтобы найти какого-нибудь криптида. До сих пор

Вы когда-нибудь задумывались почему люди боятся темноты? Почему дети боятся темноты? Взрослым кажется что монстры это все плод воображения неокрепшей детское психики. Но если задуматься, если поверить, хотя бы на несколько секунд? Если дети и правда видят то что не могу увидеть взрослые. Эта история началась с криков моей младшей сестры, я проснулся и побежал в её комнату, родителей дома не было. Они были в гостях, а поскольку мне было семнадцать то спокойной оставили меня и мою четырех летнюю сестру одних. Лена (так звали мою сестру) после того как я её успокоил попросила проверить что нет ли кого-нибудь в комнате, я как-будто бы проверял. Знал что ей просто преснился кошмар и в комнате никого быть не может, мне и самому постоянно в детстве казалось что за мной кто-то следит — Здесь никого нет, можешь засыпать — Ты уверен — Конечно, я все проверил, это был просто кошмар — Когда ты

«87… 88… 89...» — Нелли провожала взглядом столбики с цифрами, пока полупустой автобус всё дальше увозил её от города. Солнце слепило глаза, а листья порыжевших деревьев, казалось, светились изнутри. Нелли выкрутила яркость на экране смартфона, открыла заметки и приступила к работе над статьёй. «Автобус, будто ледокол, разрезал густой туман светом фар… (придумать плавный переход)... Его двери разверзлись, и тьма раскрыла свои объятия. Отринув страх я спустилась в неё, а автобус умчался вдаль, отрезая (а не слишком близко к “разрезал”?) путь отступления до рассвета.» — Ну, как-то так, — девушка закрыла заметки и ещё раз сверилась с гугл-картой. Маячок двигался по трассе, неотвратимо приближаясь к конечной точке маршрута — деревне с блёклым названием “Среднесунье”. Нелли вдруг с новой силой ощутила предчувствие встречи с чем-то паранормальным и необъяснимым. Хоть погода изо всех сил

(ИСТОРИЯ СДЕЛАНА ИИ, мне просто стало интересно, что он сделает с кратким пересказом, но почему то у нас теперь мужик, а не девушка главная героиня, почему то есть девушка, нету нормальных фраз, ну сами посудите.) Вечер опускался на город, когда Алексей, открытый и добрый мужчина, сидел в своей небольшой квартире на первом этаже. Последние недели после стресса на работе казались особенно тяжёлыми, и он старался забыться в тишине и привычных делах. Но в этот вечер что-то пошло не так. Ровно в полночь раздался неконтролируемый стук в окно. Алексей подскочил — это было странно, ведь квартира на первом этаже, а за окном никого обычно не бывает. Он подошёл к окну и увидел девушку. Её волосы были мокрые, лицо бледное и неподвижное, глаза, казалось, уставились не на него, а вглубь комнаты, словно видели что-то, что скрывается от взглядов. — Откройте, пожалуйста, — тихо прошептала она. — Мне

Он появился здесь без предупреждения — просто шел по дороге, когда солнце начало клониться к закату. Небо сразу покрылось тяжелыми тучами, и деревня, на которую он наткнулся, показалась ему – так и есть – последним приютом перед сумерками. Деревня была странной. Неправильной, будто выпавшей из времени. Дома с покосившимися крышами и дверями, которые скрипели даже без ветра. Ни одного человека на улице, только редкие хозяйские ограды, проросшие дикими шиповниками. Он попытался поймать попутку. Сигналил, махал рукой, как учил из старых фильмов, — вдруг кто остановится. И вот на краю улицы появился человек. Мужчина среднего возраста, немного сутулый, с тяжелым рюкзаком и пустым взглядом. Без слов он поднял большой палец, словно подтверждал, что готов помочь. Молодой парень расслабился, улыбнулся, но, когда тот начал указывать, куда ехать, чувствуя облегчение, мужчина внезапно резко толкнул

Только закончились школьные контрольные, и душное лето начало брать свое – хотелось на речку, мороженого и ничего не делать. Родителям возиться со мной весь отпуск решительно не хотелось. Поэтому меня, не успевшего почувствовать летней свободы, отправили в санаторий имени какого-то полузабытого героя. Его название я давно забыл, но вы можете самостоятельно покопаться в закромах своей памяти и выудить оттуда имя какого-нибудь солдата-освободителя. Вспомнили? Хорошо. Мой же герой будет, скажем, Артем. Вы много помните героев Артемов? Вот и я назову уж точно штук 5. Условимся, что теперь Артем – имя нарицательное, а санаторий, где произошли эти истории, будет Артемовск. Артемовск состоял из двух зданий. Жилым корпусом служила усадьба, построенная давным-давно зажиточным помещиком: лепнина на 3х метровом потолке, гранитные колонны, просторные коридоры и зал для балов, который сейчас

Вышел вчера с работы, иду к метро. Темно. С неба, то ли снег, то ли дождь сыпется. И тут, пред глаза мои является витрина яркая, неоновая. Магазин с алкашкой. Так и манит. Не удержался, от искушения сего, зашел, долго выбирал. Присмотрел себе бутылку пива на кукурузе замешанного, зеленую, с иероглифами, 3,5%, 0,65л, за дорого. Сухариков взял. Вышел, свернул за угол, с глаз долой. Крышку о заборчик металлический открыл, бутылку к носу поднес, стою, наслаждаюсь ароматом, предвкушая дегустацию (давно не пил). И тут, проходящая мимо девушка, выхватывает у меня из рук бутылку и в один заход выпивает половину содержимого. Я так оторопел от такого беспредела, что, не осознавая своих действий, открыл сухарики и протянул ей. А она, без перерыва, берет и выпивает оставшееся. Берет один сухарик и уходит. Сказать, что я охренел – не сказать ни чего! Ну, делать нечего, возвращаюсь в магазин.

Ходит легенда что на улице рублёвской, в доме 45/1, есть 15ая квартира. входя в коридор этой непримечательной квартиры, у каждого входящего пойдут мурашки. мороз коридора пробивает до самых костей, а сердце сжимает чувство непонятной тревоги. Вроде непримечательный коридор с цветочными обоями, серым паркетом, неприметным зеркальцем, и маленькой лампочкой что освещает мрак вокруг, но что-то все равно кажется не так. Лепестки цветов на обоях кажутся серыми и почти увядшими, обычный потёртый паркет чувствуется как жидкий цемент, который так и норовит утащить тебя в бетонную могилу, маленькая лампочка что должна спасать от тревоги и мрака, предательски моргает, словно насмехаясь над страхом прибывшего, а в зеркале блики света кажутся силуэтами людей, что отчаянно пытаются разбить стекло и выбраться наружу. Долго прибывая в этом холодном коридоре, чувствуя себя не уютно и сжато, рано или

Габриэль Джеймс Андерсон... Так меня называли раньше,но сейчас,люди называют меня- Кеттен. Я самый опасный маньяк нулевых в городке Мистелер. Но как-же я им стал? Детство... Я родился в 1975 году в городке Мистелер,штат Флорида. Моя мама- Диана Аливер,работала криминалистом,на момент моего рождения ей было 22 года. Мой отец- Адриан Джеймс,работал биологом,на момент моего рождения ему было 23 года. Меня назвали Габриэлям,мои волосы с рождения были белыми,я с детства болею гетерохромияй,мой левый глаз красный а правый зелёный. С детства я любил опаты и науку. Когда мне было восемь лет,мои родители стали часто ссорится,и это продолжалось ещё пол года,пока однажды... Я седел в своей комнате и рисовал кота... Именно кота,запомните. И вот я слышу как они спорят и орут друг на друга,как всегда... Я просто сижу... Сижу... Сижу... И в друг я слышу выстрел,крик мамы... И затишья... Я напрягся и