Я, пожалуй, подорву мою репутацию, если буду всем все объяснять. Дойл. Приключения Шерлока Холмса -- — Если и брать в рот, то что-нибудь толстое и фундаментальное! — заявил демонолог, раскуривая сигару. — Все равно от наследия нашего Великого Дедушки не убежишь. Все мы латентные пидарасы. Кроме тех, кто уже опидарасился. Они уже не латентные. — Еще солнце не встало, а тебе уже кто-то убил настроение? — майор Белкин по привычке достал пачку сигарет. Но, подумав над словами хозяина Ховринки, решил не закуривать. — Вы-с, вы-с и убили-с. Приперли-с до восхода солнца. Сорвали мне встречу рассвета. Где вас позавчера вечером носило, когда толпа вооруженных фанатиков забралась на территорию больницы и устроила погром, переходящий в оргию? — Так! Значит, не толпа, а два мирных активиста антифашистской организации. Не вооруженных, а с плакатами в руках. Не погром, а молчаливые одиночные пикеты. —

Решила я на выходных поехать на дачу. Предложила эту идею своим домашним, но никто из них меня не поддержал. А мне уж очень хотелось съездить, так что поехала сама. Дачка маленькая, но сад, который ее окружает, очень густой и тенистый. Участок стоит на краю дачного поселка. Целый день прошел в приятных хлопотах. Наступил вечер. Я приняла душ после трудовых мероприятий, стала сушить голову и услышала стук в дверь. Сначала я подумала, что приехал муж, так как только у него были ключи от калитки — я точно помнила, что ее запирала. Открываю дверь, а на пороге соседка по дачному поселку стоит. И только я хотела спросить, как она калитку открыла, она без всяких слов приветствия затребовала: — Дай соли! Но я же знаю, что соль нежелательно одалживать, особенно малознакомым людям. На ней вся пакость в виде заговоров, порчи и делается. А эта соседка всегда казалась мне подозрительной личностью. —

Это будет долгая история. Происходила она со мной на протяжении более десяти лет и косвенно происходит до сих пор. Рассказ я постараюсь выстроить более-менее хронологически, но, тем не менее, буду перемежать чужие рассказы с тем, что видел сам лично. Сам я из небольшого городка в Нижегородской области. Да, история не деревенская, но в данном случае это неважно. У города есть одноэтажный придаток, вроде как та же деревня, и действо завязалось именно там. Моя мама как раз выросла в этом деревенском пригороде, и начало этой истории исходит из рассказов о её молодости там. На улице, где жила моя мама — точнее, на улице, ей перпендикулярной, но совсем рядом — жила одна бабка. В сущности, в то время её бабкой назвать было нельзя, это скорее была тётка. Но только все знали, что с этой тёткой что-то нечисто. Моя бабушка по материнской линии рассказывала, что с этой тёткой боялись разговаривать,

Институт я закончил еще в прошлом году, но работу нашел только два месяца назад (что поделать, высшее образование ныне не дает никаких преимуществ при поиске работы). Решив, что теперь я достаточно взрослый для самостоятельной жизни, я снял однокомнатную квартиру 20 минутах от родительского дома. Зеленый и уютный (а главное — относительно тихий, за три недели я видел только одного вечно пьяного мужика с соседнего подъезда), дворик, лавочки, играющие дети — красота, да и только. И только одно портит общую идиллию: ОН. Это довольно-таки симпатичный мужчина лет тридцати. Он постоянно стоит на одном месте напротив соседнего подъезда, опираясь на черную трость, и безразлично смотрит на проходящих мимо людей. В любую погоду (в жару и дождь) и в любое время суток (окна моей съемной квартиры выходят во двор, поэтому я постоянно вижу этого мужчину: и днем, и утром, и даже ночью пару раз удалось

ВНИМАНИЕ: история содержит в умеренных объемах жаргонизмы. ------ Не знаю даже, с чего начать. Мутная история — и больше странная, чем страшная. Для начала расскажу чуток о себе. Заранее извиняюсь за показательный жаргон, но иначе, увы не умею. Родился и вырос я в Нижнем Новгороде, в одном из таких спальных районов, где «воровская тема», блатнячок и стрижка «под ноль» — верный показатель правильных пацанов, а все остальное расценивается как стопудовый показатель чертилы или педрилы. Сам я от «тюремной романтики» далек, решил стать работягой, как и мой покойный батя. Школу закончил на твердые тройбаны (мог бы и лучше, че, но пацаны бы ботаном посчитали), подался в техникум. Вот после второго курса технаря со мной эта мутная тема и приключилась. Был у нас в доме один парняга странноватый — неразговорчивый, все время лохматый, круглый год в берцаках и военке, по пустырям всяким на постой

Я снимаю квартиру в трехэтажном кирпичном доме советской постройки, расположенном в спальном районе одного областного центра. Засиживаюсь я допоздна и завёл привычку ночью выходить курить на балкон. С некоторых пор я стал замечать, что на детской площадке перед домом по ночам стоит старушка с детской коляской на веревочке. Хоть и в разных местах каждую ночь, но она непременно бывала на площадке. Меня это удивляло, но не особо тревожило: мало ли какие сумасшедшие бабули бывают. Той ночью, ставшей переломной, я снова курил в темноте на балконе и наблюдал за ней. В какой-то момент она вдруг повернулась и посмотрела прямо на меня. По моей спине побежали мурашки. Что-то в ее облике в свете фонаря показалось мне жутким, и не просто жутким, а по-настоящему кошмарным, хотя что-то именно, я затрудняюсь сформулировать. Не человеческое было это лицо, хотя и старалось быть похожим на него. Я дал

Полумрак не скрывал ни грязи на полу, ни толстого слоя пыли. Иван Иванович быстро одевался, стараясь не шуметь. — Что, на работу собрался, импотент вшивый? — послышался сзади голос, похожий на хрюканье, рычание и сопение одновременно. Иван Иванович обернулся и посмотрел на толстую, обрюзгшую морду, похожую на рыло жирной свиньи, за которой никогда не ухаживали хозяева. На бочкообразное, студенистое тело. Открылся огромный рот, из которого жутко воняло. Женщине было сложно подняться с кровати, чтобы почистить зубы, так что по утрам Ивану Ивановичу приходилось самому выскребать остатки пищи с гнилых обрубков. А потом умывать супругу, вытирать и сбрызгивать парфюмом. Этот запах подходил благоверной Ивана Ивановича так же, как вшивой дворняге — кабриолет. Существо, только отдаленно напоминавшее человека, передвигалось по коридору, опираясь на стены. Сахарный диабет, гипертония, недержание и

Как-то раз я был в гостях у друга — он живет на шестом этаже. Посидели, выпили пива, он лег спать, а я пошел курить на лоджию. Покурив, думал уже возвращаться и лечь, но заметил, что у него на подоконнике бинокль лежит, а в пятиэтажке напротив несколько окон светятся. Решив «поиграть в шпиона», я взял бинокль и начал разглядывать окна. Большинство окон были расположены под очень неудобным углом, поэтому в них было ничего не видно. Исключение составляло одно окно на пятом этаже. Заглянув туда, я понял, это кухня: какой-то очень жирный мужчина сидел за столом спиной к окну и что-то увлеченно ел руками. Движения его были быстрыми и дёргаными, какими-то неестественными, будто он очень спешил всё съесть. После каждого движения его рук вверх-вниз я даже словно замечал, как вокруг него какие-то брызги летают. При этом, заметьте, время уже глубоко за полночь — у мужчины ужин получился весьма

У моей бывшей девушки постоянно «срывало крышу». То она вечером от ночника рядом со своей тенью видела еще одну, то слышала, как ночью в ванной без света кто-то включает воду, хотя ее мать всегда свет включала, то у нее ночью часы переставали тикать. Я сначала на это дело смотрел с тревогой, но как-то после совместного чаепития с ее матерью узнал, что девушка пережила в детстве психическую травму — ее ночью покусала собака в каком-то сарае в деревне, и с тех пор у неё бзик на подобные вещи. Бояться с той поры я перестал, но на ее жалобы отвечал с пониманием, делая вид, что верю в реальность этих ее «глюков». Потом её мать уехала на две недели куда-то в Самару, и девушка стала ночевать у меня, потому что очень боялась оставаться одна в квартире. Дня два все шло, как по маслу — фильмы, поцелуи, секс, выпивка... На третий день вышло так, что мы сидели у нее на квартире и там же решили

Мистер Бенедикт вышел из своего домика. Постоял на крыльце, мучительно стесняясь солнца и чувствуя себя приниженным перед ближними. Мимо протрусила собачонка с умными глазами — такими умными, что мистер Бенедикт не решился встретиться с ней взглядом. В кованые железные ворота кладбища у церкви заглянул мальчишка, и рассеянно-цепкое любопытство ребенка заставило мистера Бенедикта содрогнуться. — Вы — похоронщик, — произнес мальчик. Мистер Бенедикт, внутренне съежившись, ничего не ответил. — Эта церковь ваша? — поинтересовался наконец ребенок. — Да, — сказал мистер Бенедикт. — И все это место, где хоронят? — Да, — растерянно подтвердил мистер Бенедикт. — И дворики, и все могилы, и надгробия? — Да, — не без гордости согласился мистер Бенедикт. Это было чистой правдой. Просто на удивление. Удача улыбнулась ему после того, как он долгие годы тянул лямку, не зная ни сна, ни покоя. Сначала он