Казалось, это никогда не закончится. Моя жена вечно будет остервенело кричать в трубку, а я молча её слушать, рассекая такую же бесконечную трассу, что торопливо вырисовывалась из ночной темноты. Когда линия резко оборвалась, я откинул голову чуть назад и с облегчением выдохнул. Хвала Богам – в этой глуши дерьмовая связь. – Эта женщина скоро выжмет из меня все соки. – Чётко и ясно отчеканил голос в голове. С подобными мыслями я погружался в яму неприятных воспоминаний и сожалений. Яркий свет ударил мне в глаза, выведя из тяжёлых раздумий. Светящаяся и мигающая всеми цветами надпись «ОТЕЛЬ ИГИС» красовалось на крыше здания. – Дома ждут. – Громогласно заявил голос. К горлу подступил ком – домой не хотелось. В голове резко вспыхнули образы, как любимая супруга начинает грызть меня прямо с порога, подобно монстрам прячущимся под детскими кроватями. Когда страдальчески сморщенный лоб и

Меня зовут Иван, и я никогда не был большим любителем походов, поэтому наряд выбрал как в фильмах – полная маскировка под лист, тяжелые сапоги и панама с какой-то москитной сеткой. Отказаться было нельзя — мы давно договорились всей компанией. Идея, как всегда, принадлежала Диме. Он у нас главный организатор, всегда строит планы до мельчайших деталей. С нами поехали его девушка Аня, братья Валера и Миша, и Лиза, наша общая подруга. Дима заранее расписал ВСЁ: что взять, что делать и кто за что отвечает. Звучит как бред, я согласен. Его план выглядел больше… как инструкция для выживания в тайге, чем для обычного похода с друзьями. Мы начали путь ещё утром, слава богу я проснулся... Воздух был прохладный, пахло влажной землёй и сосновой хвоей, хоть я жаловался пока ехал, но эта территория леса… В общем так-то мне безумно нравилась. Трава вдоль тропинки блестела от росы, солнце пробивалось

Я ебал этот автобус всем сердцем. Тряска такая, что жопу отбивает, пыль летит в окна, жара липкая. Сижу, смотрю в мутное стекло — и не верю, что вообще поехал сюда. На хуй я согласился? Десять лет не ездил к бабке с дедом, и, честно говоря, жил себе спокойно. Но, блядь, позвонила соседка: — Ты бы приехал, старики уже совсем немощные. И внутри что-то кольнуло. Ну, думаю, ладно, грех совсем забить. Дорога тянулась, как резиновая жила. Сначала асфальт, потом гравий, а потом началась эта ебаная грунтовка, где автобус подпрыгивает на каждой кочке, как дохлый кузнечик. За окном — поля, покосившиеся дома, заборы, какие-то сгнившие сараи. Всё это выглядит так, будто мир тут давно сдох, а люди просто не в курсе. Я вспоминал, как в детстве было по-другому. Утро, бабка будит меня пирожками. Дед — здоровый, сильный, с топором, идёт рубить дрова. Мы вместе в саду яблоки собираем. Мне тогда

Впервые Роман Левкин услышал тот стук, сидя на фаянсовом седалище у себя в квартире. Сначала прозвучали три коротких. Тук-тук-тук. Затем три протяжных. Тук. Тук. Тук. В утреннем одиночестве Роман любил поразмыслить о чем-нибудь отвлеченном. Сейчас думы витали в дебрях мультивселенных. О них Роману рассказывала Катя, его нынешняя пассия. Ее тянуло пофилософствовать после секса, о котором Роман также успел подумать. Он почесал за ухом, пытаясь, как кот блоху, поймать потерянную мысль. Тук-тук-тук. Тук. Тук. Тук. Звуки шли снизу. Раздосадованный, Роман постучал пяткой по полу. На минуту все затихло. Еще одна попытка вернуться к мыслям о вселенных, любовных играх с Катей и меню сегодняшнего банкета. Звуки возобновились. Роман вложил в утреннее опорожнение кишечника все накопленное раздражение и покинул уединенное место. Рубашка и брюки были впору — ремень почему-то сопротивлялся все

Алексей нервно ерзал на диване в комнате ожидания новых родителей — точнее говоря, очередных новых родителей. До этого момента судьба дважды оставляла его сиротой. Как говорится, бог любит троицу. Когда-то Алексей изо всех сил старался угодить взрослым, проявлял максимум усилий, пытаясь заслужить одобрение и внимание. Но тяжелое детство, проведенное рядом с матерью-наркоманкой и бесконечной чередой чужих мужчин, называемых "папами", наложило глубокий след на характер мальчика. Детдомовская жизнь тоже оставила заметные следы: постоянное чувство голода заставляло Алексея воровать пищу прямо из холодильника, поедая её тайком под теплым одеялом, незаметно скрываясь от окружающих глаз. Эта привычка сопровождалась кражей еды даже в гостях у знакомых семей, ведь Алексей ещё не научился различать добро и зло — ни один взрослый не объяснил ему элементарных правил поведения. Вечно

— Миш, а правда, что у ваших «ПАЗиков» задняя дверца в конце салона нужна для того, чтобы туда гроб класть? – спросил мой старый питерский кореш Серёга, потягивая пиво из бокала. Он приехал ко мне из своего промозглого Петербурга на несколько дней. Намеревался снять гостиницу, чтобы мне не докучать, но я ему строго запретил – он мой старый друг и мой гость, значит, львиную часть расходов на время его пребывания в моей родной столице Приволжья я беру на себя. Сейчас мы сидели в местном рок-баре и расположились за столиком пивом и нехитрой закуской к нему. А ещё Серёга имел действительно редкое хобби – интересовался общественным транспортом и собирал интересные факты о нём в разных городах. Естественно, что Нижний покорил его нашими легендарными маршрутками Павловского автомобильного завода. Жаль, что старых всё меньше и меньше с каждым годом. В разы душевнее обновлённого дизайна. —

*** Свет был слишком ярким. Ярче, чем июльский полдень и колючие морские блики. Четыре прожектора стояли в углах комнаты, повернутые лампами в ее центр. Комната не была подвалом. Здесь были окна, целых два. А за ними черная, черная ночь. Пенни посмотрела на стекло. Свет подчеркивал грязь и пятна, и следы от ее ладоней. Отпечатки пальцев с кровью, по которым когда-нибудь, через много упущенных дней, ее, возможно, найдут. А сейчас, где бы она не находилась, вокруг не было никого. Никого, кто мог бы увидеть ее в окне, где в свете прожекторов она была как на ладони. Никого. Только комната, Пенни… И он. — Ешь, — мужчина швырнул перед ней миску. Пенни не двинулась. Стоя на коленях, ей не нужно было опускать взгляд, чтобы увидеть — там что-то шевелилось. И вонь. Кошмарный запах разложения, гниение в самом его разгаре, и тяжелые нотки свежей крови. — Ешь, принцесса, — мужчина опустился позади

Домик мне сразу понравился. Место было красивое, если не сказать - сказочное. Дом был большой и просторный, с не менее большой прилегающей к нему территорией. Здесь был небольшой пруд, вытянутый, овальный, примерно метров 20-25 в диаметре, с голубой, немного зеленоватого оттенка водой. На участке не было деревьев, кроме кривой березы на берегу прудика, в основном растительность представляла собой кустики с сочными листьями. Хозяин участка, бодрый пожилой мужчина лет шестидесяти, с почти лысой головой и крепким пузом. Звали его Алексей Александрович, или же просто - Саныч. Двигался он резво, разговаривал четко и вежливо, а глаза у него были весьма честные. Мужичок был добрым, и вся его внешность производила приятное впечатление. Возможно, я сразу бы и купил участок у этого приветливого дядьки, если бы меня так сильно не напрягала столь низкая цена. - Дядь Саш, а почему вы такой райский

Катя Солдатова уже несколько месяцев работала в «Гринлайт Телеком». Официально это был колл-центр, но здесь занимались исключительно мошенничеством – работники звонили доверчивым гражданам и под видом сотрудников банка выуживали у них данные банковских карт, после чего оставляли людей с многотысячными долгами. Наверное, Катя не была особо выдающейся среди отморозков, и какая-то человечность в ней всё-таки присутствовала, но Катерину совсем не волновали переживания обманутых людей. Она считала, что в этой жизни каждый сам за себя и вертится каждый так, как умеет. Да и вообще, внимательнее надо быть, когда тебе звонят или ты договор подписываешь. Стандартный рабочий день. Катя пришла на своё рабочее место – так уж получилось, что компания арендовала с десяток небольших кабинетов в бизнес-центре, в каждом сидело по два-три сотрудника. Катина коллега – Наташа – была на больничном, поэтому

Весной прошлого года Анна с мужем Сергеем и семилетним сыном Михаилом окончательно продали квартиру, решили сбежать от городской суеты и обосноваться в таунхаусе за городом. Дом был уже полностью готов, в мае рабочие окружили участок забором из профнастила высотой метра в три. Выходов с участка было два: основной - с раздвижными воротами, откуда с улицы шла подъездная дорога в гараж, и задняя калитка на задворках - она вела на узкую тропинку, тянувшуюся между кирпичными таунхаусами. В семье как-то было принято всё время запирать этот выход - не то, чтобы опасались воров, но закрытая на засов калитка придавала какой уверенности. Передние ворота впрочем были распахнуты почти всегда - выезд из гаража выходил на освещённый бульвар в английском стиле, с фонарями и скамейками. Всё началось в один летний день: Сергей вызвался помочь соседу с установкой электрики. Вернулся он уже под вечер -