— Христо, бездельник, чтоб тебе повылазило! Ты почистил рыбу? Нет?! Я разве просила тебя полировать чешую или менять седла, я велела просто почистить рыбу! — грозный голос тети Ксаны грохотал как гром, потемневшие глаза сверкали молниями, а сдвинутая набок цветастая косынка и толстые кольца золотых серег придавали ей сходство с пиратом. Рассерженным пиратом, собравшимся кого-нибудь зарубить. Вместо сабли в руке тети Ксаны красовался остро наточенный тесак. — Ты уже считаешь, что старая дама должна вместе со своим радикулитом и слабой спиной сходить на базар, наварить на всех обед и еще переделать твою работу? Могучей спине тети Ксаны позавидовал бы и молотобоец, но Христо решил не возражать. — Сейчас-сейчас, — торопливо зачастил он, отступая от тесака на безопасное расстояние, — туточки ворота облупились, и я… — он продемонстрировал хозяйке банку краски с полузатопленной кистью. — Я

Когда в селах пустеет, Смолкнут песни селян И седой забелеет Над болотом туман, Из лесов тихомолком По полям волк за волком Отправляются все на добычу. Семь волков идут смело. Впереди их идет Волк осьмой, шерсти белой; А таинственный ход Завершает девятый. С окровавленной пятой Он за ними идет и хромает. Их ничто не пугает. На село ли им путь, Пес на них и не лает; А мужик и дохнуть Видя их, не посмеет: Он от страху бледнеет И читает тихонько молитву. Волки церковь обходят Осторожно кругом, В двор поповский заходят И шевелят хвостом, Близ корчмы водят ухом И внимают всем слухом, Не ведутся ль там грешные речи? Их глаза словно свечи, Зубы шила острей. Ты тринадцать картечей Козьей шерстью забей И стреляй по ним смело, Прежде рухнет волк белый, А за ним упадут и другие. На селе ж, когда спящих Всех разбудит петух, Ты увидишь лежащих Девять мертвых старух. Впереди их седая, Позади их

Удалено по запросу правообладателя.

Есть у моего отца близкий друг. Дружба их началась еще со студенческих пор. Виталик, назовем так папиного друга, всегда был крепким, активным и жизнерадостным. Помню, маленькую меня с папой они часто брали то на турбазу, то на рыбалку, то в настоящий поход! Сейчас дяде Виталику 50 лет, и от некогда веселого и сильного мужчины, заводилы и балагура не осталось и тени. Это одинокий мрачный старик с потухшими глазами, тихо пропивающий свое нажитое когда-то немалое имущество. Ни ребенка, ни котенка, как говорится. Виталий — вдовец трех жен. В студенческую пору он был красавцем — высокий брюнет атлетического телосложения, сын обеспеченных родителей, душа компании, занимался хоккеем. От девушек не было отбоя. В группе его училась девушка, деревенская, миловидная, скромная. И по уши влюбленная в популярного парня. Стоит отметить, что девушка та отменно гадала на картах однокурсницам и друзьям,

Эту историю мне рассказывал дед, который всю жизнь прожил в деревне. В бытность его молодым как-то вечером он сидел с друзьями на прилавочке возле своего дома и пил пиво. Деревня, кстати, была небольшой — всего несколько десятков домов. И, как обычно, было поверье, что в крайнем доме живет ведьма. Сидели они, разговаривали, и тут ни с того ни с сего свинья откуда-то взялась. Причем такая немаленькая — не жирная, а просто крупная. И начала она ко всем рылом своим тереться. И так целый час. Парни прогоняли ее, прогоняли — а она ни в какую не уходит. Тут один из друзей взял нож, поймал её, да и отрезал ей ухо. Свинья завизжала и убежала. Больше она не приходила. И всё бы ничего, да только потом пошли слухи, что с той самой «ведьмой из крайнего дома» что-то приключилось — не выходит она из дома, не слышно её, не видно. А потом кто-то на рынке в близлежащем городе её видел с перебинтованным

- Бабушка, расскажи! - Спи давай! - Ну бабушка! Ну пожалуйста, миленькая! - Все, угомонись. Потом как-нибудь. - Бабушка! Ты же обещала! А я глаза закрою – вот! И я честно закрываю глаза, вытягиваюсь в струнку под одеялом и делаю серьезное лицо. Бабушка задумчиво подпирает кулаком щеку. - А как родители придут! - Они к Щербининым ушли. Ты же знаешь, они там всегда долго… - Знаю… Бабушка тихо дышит в темноте. Я своим детским чутьем понимаю, что еще немножко, и бабуся сдастся, расскажет мне нечто, даже сейчас в глубине души пугающее и волнующее ее. И тогда я кидаю последний козырь: - Бабушка, расскажи! Я завтра буду манную кашу есть! Манная каша была проклятьем моего детства. Спросите, почему, ведь многие любят ее? Просто однажды, еще в детском саду, произошла неприятная история. Невкусная. Не к столу будет сказанная. Но если уж честно, то до конца. За маленьким столиком во время обеда

В тот день Ксюша была занята на кухне. Я же сидел за ноутбуком, обдумывая происходящее и выискивая советы в интернете. Почему она не пошла на работу? Этот вопрос больше всего терзал меня, ведь, оставшись дома и не отправившись в университет, я надеялся побыть дома в одиночестве. Прошлая ночь повергла меня в шок, я впал в отчаяние. В первую очередь мне нужно было успокоиться, прийти в себя и трезво оценить ситуацию. Но присутствие дома Ксюши разрушило все мои планы. В комнате стояла гробовая тишина, лишь изредка прерываемая звоном посуды, доносящимся с кухни. «Что она может делать там так долго?» — думал я, вставая из-за стола и подходя к окну. Погода была ужасной: грязь, лужи... Но меня это не волновало. Все мои мысли были здесь, в этом доме, и направлены они были лишь на то, как найти выход из этого кошмара. — Милый, всё уже готово, — неожиданно раздался голос Ксюши за моей спиной. Я

Расскажу вам историю очень печальную. Жила у нас в подъезде одна женщина — Светлана Сергеевна. Весь дом знал о ее трагической судьбе. И я тоже была в курсе. Женщина обыкновенная, в 30 лет вышла замуж за бизнесмена, родила дочку. Жили в достатке, в любви. Доченька росла на глазах у родителей, умная, смышленая. Были они счастливы. Но все начало рушиться. Причиной тому, как потом говорили, стал весьма нелепый случай. Светлана ехала ночью на машине — ехала одна, с дачи. Ну, сами понимаете — ночь, темно, спать охота... Ехала на большой скорости. Тут откуда ни возьмись, вылетает на дорогу собака-дворняга. Светлана ее не заметила, а потом почувствовала удар и резкий вопль. На стекле были капли крови… Тут она поняла, что кого-то сбила. На дорогу выбежала женщина, вся в слезах подбежала к машине и начала стучать в окно. Светлана вышла. На дороге лежала едва дышущая собака. — Что же вы стоите?!

Наша дача стоит рядом с деревней, и летом я провожу часть времени с деревенскими жителями. В этой деревне живёт ведьма — женщина строгая, но добрая, не лезь к ней, и все будет хорошо. И вот как-то раз её дочь её на злую собаку наткнулась, из магазина выходя, та её и укусила. Девушке тогда было около 15 лет, нелюдимая немного, но адекватная. Выжила, все было в порядке, просто шрамы на ноге остались. Вскоре после этого иду я вечером к даче с друзьями. И знаете, как бывает, когда останавливаешься завязать шнурок и отстаёшь. А у меня узел заплелся, и стараясь с ним справиться, я услышал рычание. Гляжу — та самая псина, что покусала дочь ведьмы. Из кустов на меня рычит, а друзья уже за угол завернули. Я шнурки заправил, готовлюсь бежать, и тут слышу крик из ведьминого двора, который рядом расположен. Не на русском языке, а вроде бы на немецком — характерное твердое и грубое произношение.

Есть у меня знакомый, который живет в селе. Он мне лет 6-7 назад подробно рассказывал множество странных историй, связанных с его селом. Много чего из его историй я забыл, но кое-что могу пересказать. Должен сказать, что это село на весь район славится большим количеством живущих там бабок-ведьм. Слышал, что там даже проходят шабаши, но тайно — лишь иногда молодые люди, которые ночью ехали в лесок с девушками на машине, видели эти собрания. Говорят, пугались до полусмерти. Знакомый рассказывал, что у него в селе есть одна небольшая улица, в домах которой на одной стороне улицы не живет ни одного мужчины — только бабушки, мамы и дочери. Сначала там жили нормальные семьи, но в какой-то момент все представители мужского пола начали резко вымирать. Это случилось не в одночасье, а в течение нескольких месяцев. Кто-то заболел и умер (в основном старики), кто-то попадал в несчастные случаи