Это произошло в 1989 году в одном из самых глухих и труднопроходимых районов сибирской тайги. Наша геологоразведочная партия вела изыскательские работы на юге Якутии. Якутское лето быстротечно, поэтому мы работали по двенадцать часов в сутки, чтобы уложиться в сезон. Тем не менее, через две недели усталость заставила группу сделать выходной. Каждый проводил его по-своему: кто рыбачил на ручьях, кто занялся стиркой, кто играл в шахматы, а я взял карабин и поутру ушел поохотиться на склонах хребта. Я продвигался по склону, обходя стороной сплошные леса-завалы и глубокие овраги ручьев с надеждой на встречу с горной козой: за две недели всем нам изрядно надоела консервированная пища, и свежее десятикилограммовое филе пришлось бы очень кстати. Часа через полтора моих блужданий я вышел на почти ровное пространство, поросшее густо стоящими молодыми даурскими лиственницами. Вот тогда и

Когда мне было лет тринадцать и я жил в якутском селе, мне рассказывали историю, случившуюся той осенью с людьми из нашего села. Накосило семейство за лето стог сена в поляне-аласе в лесу. И вот в один день глава семейства со своим младшим братом отправились на тракторе в алас, чтобы завезти стог к себе. Загрузили всё на прицеп и под вечер двинулись домой. Доехали в сумерках до взгорья на выезде из аласа, и тут трактор остановился. Не то чтобы сломался или заглох — просто не двигался дальше. Мужчины давят на газ, мотор ревёт — и никакого эффекта. Младший брат решил выйти посмотреть, что не так, но не прошло и пары секунд, как он влетел обратно в кабину, бледный, как смерть. На вопрос старшего он пролепетал, что на верхушке стога, загруженного на прицеп, кто-то сидит. Старший не поверил и сам выглянул — действительно, на сене расположился гигантского роста человек, выглядящий в вечерних

В Якутии боятся мертвецов. Конечно, их все боятся, но по якутским поверьям, если покойник в любом виде (во сне или в реальности) привидится живым людям, в особенности родственникам, то можно быть уверенным, что его дух «тянет» души живых на тот свет. Исключения, конечно, есть — например, если во сне недавно усопший родственник передаёт какую-нибудь просьбу, — но обычно видеть покойников не к добру. Следующая история связана с этим. Жил в селе старик-пенсионер. Дом у него был большой, а у него никого не было, и он решил сдать комнату практикантке, которая проходила стажировку в местной больнице. Отношения между хозяином и девушкой были ровными, никто никому не мешал, иногда только по вечерам вместе болтали о том о сём. Однажды зимним вечером девушка возвращалась из больницы. Входя во двор, она услышала где-то на той стороне двора хруст снега под ногами человека. Темнота не позволяла

Эту историю мне рассказал мой дядя. В детстве он с сестрой (моей матерью) и мамой жил на самой окраине деревни. Но окраина — это еще легко сказано! Их дом располагался за два, а то и три километра от заселенной территории. Дорогу до их дома окаймлял густой, дремучий лес. Зимой в Якутии очень рано темнеет, где-то в четыре часа дня, и им часто приходилось возвращаться из школы уже в полной темноте. Дальше рассказываю со слов дяди. «Бывают такие лунные ночи, когда становится очень светло. Тогда можно разглядеть каждую веточку дальнего кустика. В такие ночи луна играет против тебя: ты видишь все, и ВСЕ видят тебя. Каждый листик, каждая веточка отбрасывает зловещие тени. Всякий сугроб кажется черной дырой, ползущей к тебе. Всякое дерево гоняется за тобой. Все существа леса ведут на тебя охоту... В одну такую лунную ночь мы с твоей мамой возвращались с учебы домой. Она шла впереди. Вдруг у

Историю рассказал мне мой дядя Альберт. В ту осень он и его знакомый Сергей условились съездить на охоту (последний всегда охотился где-то между Ленском и Сунтаром в Якутии). Сергей выехал на место раньше Альберта, ну а дядя приехал в хижину спустя две недели. Вечером первого же дня, уже лёжа на топчане, дядя увидел, как в хижину зашла какая-то молодая русская женщина довольно потрепанного вида (напомню, дело происходит в глухой тайге). Она сразу подошла к столу и стала есть то, что осталось после ужина. Довольно быстро Альберт уразумел, что это СОВСЕМ не человек, и в панике шепнул Сергею, который лежал на соседнем топчане и спокойно смотрел на это действо: «Я не знал, что у тебя бывают такие гости». На что Сергей тоже шёпотом ответил: «Их, вообще-то, две, только вот я вторую уже два вечера не видел». После такого дядя Альберт на следующий же день навострил лыжи обратно в Сунтар. Если

Дело было еще в 90-х годах. Я тогда работал водителем грузовика в Якутии, доставлял продукты из одного населенного пункта в другой. Я еще не успел много наездить, когда меня отправили в мою первую дальнюю поездку. Я выехал примерно в 9 часов утра. Путь у меня лежал до посёлка Майя — это часов 8-10 езды (правда, все зависело от состояния самой дороги). Еду я уже 10-й час, 11-ый, нормальная грунтовая дорога кончилась, но поселение все не показывалось. Все, думаю, приехал. Хорошо хоть карта с собой была. Посмотрел я на карту и понял, что, скорее всего, не там повернул. Нужно было возвращаться обратно на грунтовую дорогу. Сел за руль, развернул свою фуру и поехал в обратном направлении. Уже стемнело, а грунтовка все не начиналась, да и спать уже хотелось жутко — как-никак 14-й час за рулем сидел. Остановился я немного подальше от дороги, решил устроиться на сиденье и смотрю — вдалеке вроде

Как рассказывают, это произошло в советское время в Якутии, в небольшой деревушке, средь бела дня. Человек по имени Семён был местным колхозником. Летним вечером он возвращался в деревню после сенокоса. Грунтовая дорога шла по пустырю, было солнечно и жарко. Семён идёт и в какой-то момент замечает, что навстречу ему по дороге идут три человека. Тот, кто в центре, повыше ростом, остальные ниже. Семён тогда воспринял их как взрослого и двух детей. Он начал думать, кто бы это мог быть, и пришёл к выводу, что это некий местный житель Никитин со своими сыновьями. Но когда те подошли ближе, он заметил, что тех, кто идёт по бокам, детьми не назовёшь — они были лишь немногим ниже центрального. Потом Семён обратил внимание, что очертания у идущих очень странные — они были в одинаковых серых одеждах, и грузные фигуры под этими одеждами спускались до земли, расширяясь книзу — то есть по форме

Говорят, в нашем городе Якутске призраков пруд пруди. Периодически за столом рассказывают страшные истории про «абасы» (злых духов), не дающих людям спокойно жить. Я в привидения не верила. Категорически. И над такими историями лишь посмеивалась. Никакого впечатления они на меня не производили. Но однажды мой непробиваемый материализм не выдержал испытания жизнью и дал течь. Дело было так: срочно надо было снять квартиру. И так удачно подвернулась одна малосемейка. Ну знаете, наверное, такие дома, похожие на муравейник: девять этажей, нашпигованных квартиренками. Лилипутского метража для одного человека вполне достаточно, а многолюдие меня, тогда еще студентку, не смущало. К тому же малосемейка эта была почти в центре города, из окна видна церковь — пасторальный такой пейзажик, и дешево, как в сказке. Сдавала ее молодая семья, которая по каким-то причинам предпочла жить не там, а с

Очередную архетипичную страшилку из Якутии, как правило, связывают не со злыми силами, а с вполне нейтральными и даже благожелательными духами природы, которых иногда при особых обстоятельствах человек может узреть. Впрочем, для неподготовленного человека подобная встреча всё равно может оказаться довольно жуткой. Молодая девушка проводила лето в якутской деревне. Начиная с июня в средней полосе Якутии стоят белые ночи, и заснуть летом иногда становится проблемой, особенно когда погода душная. Вот и девушке как-то раз вечером не спалось совершенно. Ворочалась она в постели несколько часов, перепробовала все способы погрузить себя в сон: читала книгу, считала овец, переворачивала подушку — всё без толку. Когда время перевалило далеко за полночь, она сдалась и решила выйти на улицу, чтобы проветриться. Дом, в котором жила девушка, находился на окраине деревни. Дальше было только поле, а

Когда я была маленькой, мы жили с мамой в частном доме на краю одного якутского села. У нас все время обитали какие-то люди, никогда без гостей не обходилось. И вот однажды зимним вечером к нам постучалась какая-то женщина. Село было небольшое, все друг друга знали. Вот и эту женщину, хоть и не разговаривали с ней, но видели не раз. Звали ее Катерина. Они с мамой просидели на кухне всю ночь, о чем-то толкуя, и с этого дня она начала жить с нами. Я уже привыкла к такому обороту дела, потому несильно удивилась. Только вот странная она была, Катерина. Ночами не спала, ходила по всему дому, что-то шепча себе под нос. Внешность у нее тоже была примечательная: высокая, худая, некрасивая. Малюсенькие глазки с обвисшими веками, ресницами природа ее обделила, кожа грязновато-серого света, длинное унылое лицо, к тому же почти полностью отсутствовали зубы, остались черные обломки, что не