Случилось сие с моим родным дядей из Якутии. Живёт он в сельской местности, работает учителем. Как-то раз осенью он с другом решили поохотиться на уток. Место выбрали дальнее, примерно в 50 километрах от села. Преподав свои учебные часы, он после обеда пешком потопал до условленного озера. Осеннее небо быстро темнеет и холодеет. Друга все не было (как позже выяснилось, его срочно вызвали по работе в соседнее село, и ему пришлось уехать, не предупредив дядю). В азарте охоты дядя не заметил, как уже настал вечер, к тому же начал моросить мелкий дождь. Дядя решил зайти в стоящую на опушке старинную заброшенную избушку. Решил заночевать там и утром отправиться обратно. Разжег огонь в печке, поел, потом залез в спальный мешок и стал готовиться ко сну, как вдруг ни с того ни с сего в его сознание стал проникать страх. Лежа в мешке, дядя не заметил, как провалился в сон... Проснулся оттого,

То, что я собираюсь вам рассказать, уже давно таится в моем подсознании, которое прорывается ночью и воплощается в ночных кошмарах. Я уже тридцать лет пытаюсь забыть ужас, который преследует меня с детства на протяжении всей жизни. Думаю, что если я выплесну из себя это посредством написания истории, то мне станет легче. Я очень на это надеюсь, потому что я устала бояться. Вы не представляете, каково сорокапятилетней женщине бояться сходить в туалет, потому что там темно. Я боюсь темноты и темных углов, потому что я не знаю, какое чудовище меня там ждет или какой жуткий мертвец нацелил на меня свои мутные мертвые глаза. Да, это может показаться бредом сумасшедшего, и я сама иногда думаю, что сошла с ума. Но меня ободряет мысль, что я не одна их вижу — а значит, я не сумасшедшая. Это произошло в 1983 году в глухой деревушке в Центральной Сибири. После описанных здесь событий я так ни

Эта история произошла не со мной, но, тем не менее, когда мне её рассказывали, я не усомнился в её достоверности. Дело было так: летом 2009 года я отправился отдыхать к своей бабушке в украинскую деревню. И там благодаря удачному стечению обстоятельств я познакомился с отличной девушкой Мариной. Она жила в соседнем селе, и мне постоянно приходилось туда ходить. Ещё у Марины был брат размером со шкаф — поначалу он волком на меня смотрел, были даже какие-то угрозы, но в итоге я нашёл с ним общий язык. Алексей — так его звали — оказался нормальным парнем. И в один прекрасный день мы договорились пойти вдвоём порыбачить. В назначенное утро мы с ним пришли на озеро и закинули удочки. В этот день рыба клевала неохотно, комары съедали заживо. Слава богу, Лёха захватил с собой лекарство от скуки — бутылку перцовки, которую мы тут же и приговорили. После этого на рыбу стало как-то наплевать, и

Когда родилась дочка, мы жили вместе с моими родителями, ютясь впятером в небольшой однокомнатной квартире. Было тесно, но нам с грудным ребенком была отдана комната. Ребенок по ночам практически не спал, срываясь на крик, и я укачивала дочь до утра. Вот тут я и стала замечать, что на фруктах или печенье, которое мы оставляли на ночь возле кровати, видны надкусы. Из стакана явно кто-то пил, видны были разводы от молока или несколько упавших на салфетку капель. Я думала, что это делает муж, но как он умудрялся ночью есть, не потревожив меня с дочкой, неизвестно. Так продолжалось месяц, а потом родителям дали двухкомнатную квартиру и мы стали все готовиться к новоселью. Когда осталось забрать последние мелочи, я зачем-то положила на пол отцовскую старую шапку и сказала: — Ну, барабашка ты наш, если уж ты с нами, то залезай в шапку, мы тебя забираем с собой! И унесла шапку с остальными

Есть у меня бабка в Липецкой области, в Кривецком лесничестве, и есть там в лесу болото — называется Яшкина яма. Местные старухи про него страшилки всякие кажут, и оно на самом деле какое-то жуткое. Идёшь по лесу — птицы поют, дятлы долбят, насекомые жужжат и стрекочут, лесная жизнь бурлит, — а рядом с болотом гробовая тишина. Однажды я решил добраться до Яшкиной ямы, сел на квадроцикл и по просеке поехал. Дорога внезапно оборвалась, но это меня не озадачило. Оставил квадроцикл на растерзание лесным зверям — людей в радиусе пяти километров быть не должно, и четырёхколёсному транспорту ничего не угрожало. Я быстро шёл по тропинке. Чем ближе я подходил к озеру, тем тише становилось пение птиц — оно доносилось уже не со всех строн, а откуда-то издалека. Насекомые замолчали и, наконец, всё вокруг затихло. Даже комары, успевшие мне надоесть, куда-то пропали. На мгновение я остановился. От

Я куковал в аэропорту: рейс откладывали уже второй раз, и настроение ухудшалось с каждым часом. Веселый дедок, сидевший напротив, увидев мою тоску, подмигнул и протянул мне яблоко. — Что, паря, застряли? — Застряли, дед, — яблоко оказалось кислым, вырвиглаз. — А делал-то в наших краях чего? Командировочный али отпускной? — На охоту ездили, — я поднял руки и потянулся так, что хлипкое сидение чуть подо мной не треснуло. — Ребята остались, а я вот раньше еду. Еще пару раз отложат, глядишь, вместе с ними обратно полечу. — На кого ходили? — заинтересовался дед. — На лося? Я скромно ухмыльнулся. — Медведя я взял. Килограмм на пятьсот. Заднюю лапу на трофей оставил, мужики потом привезут. Я ждал, что дед заохает или хоть головой покачает уважительно, но он почему-то смотрел на меня жалостно, словно я ему рассказал, что медведь меня задрал. — С пятизарядки, — добавил я, словно оправдываясь. —

Я стоял у ворот церкви. Подумать только — я, заядлый атеист, стою у ворот церкви и ожидаю встречи с батюшкой. Это была небольшая церквушка, с давно облупившейся краской и требующая реконструкции. За забором были видны старухи, судачащие между собой о чём-то и периодически перекрещивающиеся. Подавляющее большинство пожилых людей, оставшись одни, на старости лет уходят в религию... Я пришёл сюда, потому что устал. Два долгих года сижу в кабинетах разных врачей, веду тупые беседы, прохожу бестолковые обследования — и никаких результатов. После всех мытарств поход в церковь стал моим единственным шансом избавиться от этого кошмара. Сигарета истлела и стала слишком горячей, я фактически докуривал бычок. Что-то я задумался, одернул я себя. Быстрее начну, быстрее закончу. В глубине души я всячески пытался избежать похода в церковь, считая это бесполезной тратой времени с присущим мне юношеским

Раньше мы жили в небольшом православном городке. Там родились, выросли и никогда особо далеко не выезжали. Я росла ребенком довольно-таки непоседливым и хулиганистым. И все эти запреты и наказы уже в печенках сидели, а уж неприязнь к служителям церкви — это вообще отдельный разговор. Для нас, детей, все эти монашки выглядели старыми злыми морщинистыми старухами, которые одергивали нас по каждому пустяку и вечно что-то ворчали себе под нос с недовольной миной. И мы их очень боялись. И вот как-то раз (мне было примерно 11-12 лет) родители уехали в гости допоздна, и я осталась одна дома. Время было примерно час ночи. Я сидела на кровати и читала книгу, как вдруг услышала какой-то очень тихий шорох. Отрываю глаза от книги и вижу — в углу комнаты стоит маленькая (примерно полметра ростом) старуха в черной рясе, повернувшись лицом в сторону угла. Она стояла ко мне спиной и не поворачивалась.

Такие прохладные ночи редко выпадают летом. Дул резкий холодный ветер. Он пригнал с собой туман, такой же холодный и очень густой. Фары не могли пробить его: дорога виделась лишь на несколько метров, да и то смутно, будто сквозь матовое стекло. Этот туман был каким-то необычным, он налипал на стекла машины, словно клочья пены. До поселка оставалось километров пять, когда я всерьез стал опасаться, что заблудился в тумане. Шоссе в этом месте сильно петляло, и можно было очень легко потерять его и заехать в какой-нибудь овраг. Луна расплывчатым пятном проглядывала сквозь белую пелену. Сегодня первая ночь полнолуния, вспомнил я. Покойный дед непременно добавил бы, что нечистая сила обретает в это время полную свободу. Впереди из тумана вдруг возникли человеческие фигуры. По обочине шла женщина, ведя за руку девочку лет пяти. Девочка прижимала к себе свободной рукой огромную, почти с нее

Речь идёт о событиях, которые произошли в Якутии в ранние годы советской власти — где-то в 30-е годы. Было два брата — старшему около тридцати, младший лет на пять моложе. Оба были кадровыми охотниками и пошли осенью поохотиться месяц-другой в дремучие леса, где дичь ещё не распугана человеком. У них это был не первый совместный дальний поход, так что они уже были привыкшие, лес для них — что дом родной. Устроились возле какой-то безымянной речки в лесу, быстро построили временную хижину и приступили к охоте. Дичи было много — за пару-тройку дней настреляли немало. Где-то на четвёртый или пятый день пошёл первый снег. В тот вечер братья сидели в хижине после охоты и ужинали, когда вдруг услышали, что возле хижины кто-то ходит. Сначала схватились за ружья — вдруг медведь? Но шаги были вполне человеческими, и женский голос вдруг произнёс: «Бр-р, холодища-то какая!». Тут братья оба впали в