«На море, на Окияне, на острове Буяне сидит Зарница в алом одеянье, Сапфир фаты в угольном небе тает, девица слёзы горькие роняет». Из откровений Арсения Мудрого, 625 Круг Лета С диким воем ветер бросил в окно дождь, так что задребезжали стёкла. Лан поёжился и поправил ворот поддёвки. В нос тут же забился запах сырости, преследовавший юношу. Он был его незримым напарником с тех пор, как Лан покинул белые стены Царьграда. Чем дальше он уходил от столицы, тем черней становилось небо над головой. День сливался с ночью, а Явь с Навью. Нечисть боготворила вечные сумерки, окутавшие здешние места. Но и местные не промах оказались, смекнули, что анчутки да лешие болот здешних боятся, и на поклон к Царице Топи Великой зачастили. Государь разгневался, как так, его народ, да иной Царице перстни целует, повелел отодвинуть границу. На две сажени всего, большего не смеет от владычицы болот

1 Старенький снегоход мягко подбрасывало. Его нос взлетал вверх и тут же опускался, выбивая белоснежные брызги. Рыхлый наст и частые узкие стволы сосенок не давали разогнаться, пушистый снег летел в стороны, разбиваясь на солнце искрами. Нос нырял вниз, лыжи врезались в нетронутый сугроб и разрывали его, оставляя позади отчётливый след. Глаза слезились от света и ветра, Лиса жмурилась, ближе прижимаясь к спине Артёма. Когда оказалось, что именно он повезёт её на снегоходе, девушка обрадовалась, но сейчас, мчась по ледяной слепящей бесконечности, ей почти не было дело до того, на чьей талии смыкаются её потерявшие всякую чувствительность руки. — У тебя что-то тут. — Обвёл Артём пальцем под носом, когда они наконец добрались до крошечного по меркам города, двухэтажного лесного домика. Молясь всем богам, чтобы это был просто иней, а не сопли, Лиса протёрла заиндевевшей перчаткой лицо.

Прабабушке Евдокии было почти 90 лет. Её кожа напоминала старый пергамент, испещрённый морщинами-иероглифами целой жизни. От неё пахло лекарствами, сухими травами и тем особенным запахом старости — смесью пыли, нафталина и уходящего времени. Её правнуки, Ваня и Лиза, часто оставались с ней одни, потому что она почти ничего не видела, и помогали ей, чем могли. Хотя она и сама отлично справлялась, как никто другой в её почтенные годы. «Сердце у меня молодо, вот и живу» — частенько повторяла она, и дети верили, потому что не знали, что это сердце уже давно было пустой камерой, в которой эхом отдавались только удары, но не чувства. Ваня и Лиза всегда с вниманием и интересом слушали рассказы своей бабушки. А она всё вспоминала детство. Голодное и босоногое, начала 20-го века. Это было смутное послереволюционное время. Для малышей эти истории казались сказочными и дикими. Они плакали, жалея

Моря, реки, озёра... Да уж, сколько тайн они хранят. Известно, что океаны изучены лишь на малую часть, но чем отличается любой другой пресный водоем от гиганта планеты? Вы скажете - масштабами, и будете правы, но однако, пресные водоемы, даже сравнительно небольшие или вовсе крохи, могут таить в себе неизведанное... Это был 2013-й год, лето. Я только закончил школу, сдав ЕГЭ и поступив в институт, играл дома в ГТА 4 и ждал осени, с надеждой на новую жизнь: Друзей было у меня немного, я был весьма забитым подростком, а те кореша, что остались, кардинально сменили интересы за последние пару лет, надежда была, что в институте я найду новых близких душе людей. В один из вечеров мой папа приехал домой и сообщил, что друзья семьи купили дом на Селигере, кто не знает, это озеро в Тверской области, и зовут нас в гости на недельку. Это было кстати, ведь в то лето на нашей даче был затянувшийся

Старый лекарь Жильбер Дюбуа сосредоточенно готовился к процедуре кровопускания. Волнение было обоснованным, ибо на кровати лежал сам Шарль де Коссе, герцог де Бриссак, бургомистр Парижа и маршал Франции. В своей обширной практике Дюбуа приходилось лечить даже принцев крови, однако на сей раз перед ним предстал особый случай. Проблема заключалась не в капризности герцога — к своеволию знати Дюбуа привык давно. Главной причиной беспокойства стало медленное и неумолимое ухудшение здоровья. Дюбуа перетянул жгутом правую руку пациента и сделал короткий и точный прокол ланцетом. Из вены побежала багровая струйка крови. Герцог устало откинулся на гору пуховых подушек. Проходящий через узкие витражи солнечный свет ложился на его лицо красными, желтыми и лиловыми пятнами. — Англичане однажды устроили мне кровопускание, но что-то не припомню пользы, — скривился в ухмылке пожилой вояка. —

В далеке стоял Он.Я видел Его не в первые так,что могу сказать,что это существо у меня вызывает лишь отвращение.Во-первых,Он очень худой и высокий.У него пустые глаза,абсолютно ничего не выражающие.А Его улыбка в виде месяца усеяна острыми зубами.Он появился очень давно,когда я был ещё маленьким.Помню как увидел его пустой взгляд и испугался,так как он мне показался жутким и безжизненным.Потом помню шёл в школу и увидел Его вблизи отчего так заорал,что учителя,а затем родители не могли меня долго успокоить.Но самое страшное,что после этого Он стал появляться чаще.Помню,как увидел Его в новый год и жутко перепугался так,что меня чуть в психушку не положили.Тогда меня моя мама посадила на антидепресанты ненадолго.Вот тогда я Его не видел.Но через какое-то время опять началось.Теперь я стал Его видеть постоянно.Я чувствую,что скоро мне хана.

Герой просыпается в доме. В огромном доме. Его задача-выбраться из него,возможно,не в буквальном смысле. И возможно,что герой в доме не один. Герой исследуете дом. Пытаетьтся понять как он в нем оказался. Но все тщетно. Герой сам не понимает что именно ему нужно найти. Герой просто ходит по дому,пока в один момент ему не начинает казаться,что дом это сплошной лабиринт. К нему подкрадывается мысль о том,что комнаты в этом доме одинаковые. У героя появляются мысли о том,что он уже заходил в эти комнаты ранее. Где то вдалеке дома кажется,что то упало. Герой не уверен,был ли вообще этот звук или ему просто мерещится. Не громко тикают часы. Шорохи и скрипы по всему дому. Ветер дует на улице,или это чье то дыхание. От усталости и отчайния,герой пришел в очередную комнату и сел на стул. Он просто сидит на нем,и возможно,чего то ждет. Вдруг взади доносятся скрипы половиц,кто то вошел в комнату

Меня зовут Алексей. Уже несколько лет я работаю в небольшом местном архиве — вроде бы скучная работа, но именно она дает мне возможность уединиться, подумать и разобраться в себе. День за днем я пополнял свои знания о заброшенных документах, старых газетах и фотографиях, которые никто больше не обращает внимания. Жизнь моя почти не отличалась от серых будней: вставать рано, работать, возвращаться домой. Вроде бы ничем особенным не выделяюсь, не люблю суету и шум. Любимая моя затея — вечерние прогулки по городу и чтение странных историй, которые я нередко находил в интернете. Но есть одна особенность: я с детства увлекался крипипастами. Эти страшные, мрачные, порой — безумно реалистичные истории, породившие тысячи легенд и слухов. Читал их в темноте, ночью, под одеялом. Иногда казалось, что они словно становятся частью меня, начинают жить своей собственной жизнью. Именно благодаря этим

Я никогда не любил экзамены. Для меня это всегда было скорее испытание нервов и терпения, чем шанс что-то доказать. Все эти тесты, контрольные — это просто мучение. Но эту ночь с этим экзаменом я запомню навсегда. Она осталась в памяти как самое страшное испытание в моей жизни. Юра проснулся рано утром в четверг. За окном было еще темно, небо окутано тяжелыми облаками, и только слабое мерцание фонарей освещало улицы города. Время было около пяти утра — большинство домов еще спали, и весь город казался заблудшим в тишине и мраке. Легкий ветер колыхал деревья, создавая жуткие тени на пустых тротуарах. Юра знал, что завтра у него важные экзамены, и сейчас самое время подготовиться. Поэтому он решил сегодня особенно сосредоточиться на учебе. Он быстро встал, умывся, переоделся и позавтракал. Время было раннее, и он решил не терять времени — лучше сразу отправиться в школу, чтобы

Ни один из местных жителей не осмеливался приближаться к старому заброшенному дому на окраине маленькой деревни. Говорили, что там давно случилась какая‑то ужасная трагедия, и что теперь в этих стенах обитает нечто зловещее. Но для тех, кто был ищущими приключения или стремился проверить свою смелость, этот дом становился вызовом, который нельзя было игнорировать. Однажды, в холодную дождливую ночь, группа из пяти подростков решила проникнуть в этот дом. Их звали Аня, Олег, Иван, Катя и Игорь. Ветер гудел между деревьями, словно шептал проклятия, а в воздухе пахло влажным мхом и чем‑то древним, будто сама земля хранила в себе тайны ушедших веков. Когда подростки подошли к входу, дверь скрипнула, будто кто‑то давно замкнул ее и забыл открыть. Она медленно распахнулась, издавая протяжный, цепляющий звук, словно взывая к ним. Внутри все было покрыто толстым слоем пыли, а воздух казался