Запах сырой земли и прелых листьев въелся в мои легкие. Осень в Молдавии – время увядания, время, когда виноградники сбрасывают багряный покров, а туман стелется над Днестром, словно саван. Я, Адриан, патологоанатом из Кишинева, всегда ощущал эту пору как предвестие чего-то недоброго. Но этот год… этот год обещал быть особенным, и не в лучшую сторону. Меня вызвали в небольшую деревушку, затерянную в Кодрах – густых лесах, покрывающих центральную часть страны. Причина – странная смерть пастуха, Василе. Местные шептались о проклятии, о злых духах, потревоженных в древних курганах. Я, конечно, в эти сказки не верил. Наука, логика – вот мои ориентиры. Но что-то в голосе диспетчера, когда он отдавал распоряжение, заставило меня поежиться. Дорога вилась сквозь лес, словно змея, усыпанная опавшей листвой. Солнце едва пробивалось сквозь густые кроны, создавая ощущение, будто я погружаюсь в

Как только не назывался этот город. Из молодежи мало кто помнит название Прей-Нокор. Некоторые знают его как Сайгон, с тех пор как сюда пришли французы, а затем и американцы. Для других он навсегда остался в памяти под гордым именем Хошимин, после победы, которая изменила судьбы миллионов. Но для меня этот город запомнился как адское место, и именно поэтому я сбежал оттуда быстрее, чем американцы при наступлении генерала Ван Тьен Зунга на столицу Южного Вьетнама. Я Нгуен Куанг Донг, не успел стать настоящим солдатом Вьетконга. Основные боевые действия обошли меня стороной, и я благодарен судьбе за это. Однако после объединения страны сотням тысяч таких, как я, пришлось искать новые занятия и способы выживания. Лично мне повезло: я остался в армии, но моя новая должность заключалась в охране сильно разрушенного и жутко заброшенного здания, расположенного по адресу 727 улица Тран Хун Дао.

Из сна меня вывел настойчивый голос начальника, требующий, чтобы я эти самые глаза немедленно открыл. - Что случилось? – осведомился я, не открывая глаз. Если что-то серьезное, то, наверняка, меня будили бы иначе. Следовательно, произошло нечто не столь серьезное. Кто знает, может получится и откосить? - Просыпайся давай, - не отступал шеф, - на твоей территории чужие. - И что от меня требуется? – один глаз все же пришлось открыть, чтобы в полутьме увидеть недовольное лицо шефа. – Пугнуть их, чтобы до седьмого колена их потомки боялись нос высовывать из дома до совершеннолетия? Или сразу так, чтобы даже телевизора боялись? - Ничего такого… - задумался на мгновение начальник. – Впрочем, если сможешь их пугнуть, чтобы не покалечились, то попробуй. А вообще, просто проследи, чтобы не померли у тебя там. Насколько я помню, у тебя там довольно беспокойно. - На каком именно они объекте? –

Если вы живете хоть в каком-то городе, неважно в большом или малом — там есть заброшки. Некоторые свежие, остальные же стоят в запустении еще с девяностых годов. В моем небольшом военном городке такой заброшкой оказалась поликлиника. В 1988 началось ее строительство, и на выходе мы должны были получить детскую поликлинику, которой уж очень не хватало в городке. Кто ж захочет ехать в другой город за сто, а то и двести километров к врачу, чтобы проверить, как здоровье у твоего тугосери? Но некогда большая страна угасла, и с ней угасло желание достраивать здание. Остался, конечно, определенный каркас: стены, пол, иногда и потолок. В будущем власти обещали обязательно расконсервировать здание и уж точно достроить поликлинику. Но их обещания — дело такое: когда я был ребенком, они говорили, что вот-вот все начнут. Я уже вырос, и, как вы понимаете, теперь чиновники обещают начать достраивать

Добрый день, позвольте мне извиниться за несовершенство моего русского языка. Он, как и многое в нашей жизни, не идеален. Мне пятьдесят семь лет, и я являюсь преподавателем-фольклористом Uniwersytetu Wrocławskiego (Вроцлавского университета), который в те времена носил имя первого секретаря ПОРП, Болеслава Берута. С тех пор, как я защитил диплом на факультете истории и педагогики, меня одержимо влекло к сохранению прошлого. Многое из ушедшего времени уже невозможно вернуть; что-то утеряно случайно, а что-то было уничтожено намеренно. Нам остались лишь крупицы славянской истории, но это не означает, что их следует терять. Я распространил этот текст во многих местах, и не для того, чтобы напугать вас страшилками. Я надеюсь, что вы прочитаете мою историю и сохраните прошлое в своей памяти, а затем я смогу прочитать и сохранить ваши. Ректором в те времена был наш дорогой Marian Orzechowski

Произошедшее со мной случилось летом 2010 году, в годы аномальной жары. На тот момент я учился на историческом факультете в Великом Новгороде, и интересовался средними веками. Денег вот только было маловато, и мы с моими друзьями, Петькой, Вовкой и Саней организовали прибыльный, но не очень легальный бизнес. Мы занимались черным копательством, в нашем важном для российской истории регионе можно было сыскать очень много различных артефактов, которые мы сбывали за хорошие деньги. Так и наживались, до поры до времени. После успешной сдачи сессии, стало понятно, что нам нужны деньги, и по этому решили в кои-то веки выехать за пределы Новгорода, в соседнюю Псковскую область. Маршрут, который мы выбрали, шёл к Чудскому озеру, где в 13 веке Ледовое побоище случилось, мы решили, что здесь-то и можно найти очень много злаковых артефактов. Так мы и отправились в путь, палатки, консервы,

Я прибыл в Инсмут в разгар лета 1927 года, а точнее, прибыл – это слишком громко сказано. Меня, скорее, высадили, как ненужный груз, на пыльной обочине, в паре миль от города. Автобус, громыхая и испуская клубы удушливого дыма, умчался прочь, оставив меня наедине с удушающей жарой и гнетущей тишиной, нарушаемой лишь назойливым жужжанием каких-то мерзких насекомых. Инсмут… само это название отзывалось болезненным скрежетом в моей душе. Я, Артур Пим, энтомолог, известный в научных кругах, прибыл сюда не по своей воле и уж точно не в поисках уединения. Меня привела сюда навязчивая идея, жгучий интерес, переросший в нечто, граничащее с одержимостью. Меня привели слухи. Слухи, блуждающие в кругах моих коллег и между студентов университета, обрывки газетных статей, полные нелепых суеверий и пугающих намёков. Меня привели слухи о бабочке-павлиноглазе. Не просто о бабочке, а о Insmouth

Кажется, они заблудились. На узкой просёлочной дороге старенький уазик забуксовал, издал натужный хриплый рык и затих. - Приехали, - процедил водитель, мрачный молчаливый мужик, - конечная станция, все на выход. - Как приехали, что значит приехали? - визгливо вскрикнула с заднего сиденья раскрашенная под матрёшку Наталья. - Мне в город срочно надо, у меня билет, я на море собираюсь! - Ты куда нас завёз, водила? - фальцетом поддержал её сидящий рядом Анатолий. Водитель обернулся и равнодушно мазнул по ним взглядом: - Вы, уважаемые, потише - я не глухой. Похоже, мы пропустили нужный поворот и заехали не туда. - Ты уж не деликатничай, - бодро сказал Сэм. - Не мы, а я пропустил. Хотя…- он потряс картой, - здесь сразу за Дарновой балкой показан только один поворот, ведущий к основной дороге. На него мы и свернули. - Всё из-за тебя! Ты же вроде спец, экскурсии водишь не первый год. И с

Гаер, гаер уходи Встретишь ты его - замри! Шевельнёшься, он убьёт, Твоё сердце заберёт. Детская считалочка. Историю, которую вы сейчас прочитаете, рассказывает о трагедии, постигшей группу из пяти молодых людей. Их молодость лишь усугубило трагизм ситуации. Но если бы они прожили очень, очень долгую жизнь, они не могли бы ожидать и не пожелали бы увидеть столько безумия и жестокости, сколько им пришлось увидеть в тот день. Для них идиллический летний день превратился в кошмар... Внедорожник мчался по просёлочной дороге. Погода была жаркой, даже кондиционеры не справлялись с такой жарой. У молодой компании начались выходные и их больше ничего не волновало, лишь бы побыстрее поразвлечься. - Снимает она трусы, садится на лицо Пиноккио и говорит: Пиноккио соври! – Молодой парень заржал как ненормальный. - Чувак это нереально смешно. – Смеясь сказал Виктор. - Да Лёха умеешь ты анекдоты

После того как мы спустились, мы начали слышать быстрые шаги, смех, крики. Это очень давило на нас, но мы продвигались вперед и вперёд, Не зря же мы готовились к этой вылазке, мы не могли бросить это. Мы решили найти ту группу людей; фото их мы нашли и сохранили в галерее. Мы увидели силуэт, который вышел на развилку и, как мне показалось, он пялился именно на нас. После этого мы ринулись к выходу, но когда мы пришли, дверь была как будто заварена и не поддавалась. Мы принялись ловить связь, но так ничего не добились. Но мы не падали духом! Я достал из кобуры пистолет и снял с предохранителя, и мы двинулись дальше. Как вдруг резкий крик пронзил наши уши и мы повернулись на звук. Олег стоял сзади мы обернулись, а его нет. Он не успел бы убежать! Мы кричали и звали его, но он не откликался, и мы отправились его искать. Так ничего не найдя, мы решили дойти до того места где был тот