В тёмную комнату попадают истории, присланные читателями сайта. Если история хорошая, она будет отредактирована и перемещена в основную ленту. В противном случае история будет перемещена в раздел "Бездна".
Настроить сортировку
Возможность незарегистрированным пользователям писать комментарии и выставлять рейтинг временно отключена.
Меня зовут... забудьте. Запомните лучше вот что: в деревню Б***и жить нельзя. Если вас туда везут, смотрите на водителя. Если он не смотрит вам в глаза, а его пальцы судорожно сжимают руль — либо топите ногой в пол, заставляя остановиться, и бегите куда глаза глядят, пока не кончился день, либо смиритесь. Потому что обратный билет стоит дорого. Чтобы уехать отсюда навсегда, нужно отдать душу...
Андрей помнил запах. Не тот, что въелся в одежду, в кожу, в легкие – тот был въедливый, металлический, с нотками горечи и чего-то неуловимо сладкого, как гниющие фрукты. Нет, он помнил другой запах. Запах больницы. Стерильный, с примесью хлорки и чего-то еще, что он теперь ассоциировал с болью и страхом. Прошло два года. Два года с того апрельского дня, когда небо над Припятью раскололось, а мир...
Здравствуй, мой дорогой и незримый друг. Если ты читаешь эти строки, то знай, что перед тобой исповедь человека, чьё тягостное и невыносимое существование в скором времени наконец-то прекратится. Прежде – до того, как умерла моя маленькая Олеся – создавалось впечатление, будто мы с женой бежим куда-то вперёд самой жизни, наматывая на колёса семейного вездехода светлые эмоции, впечатления,...
Сергей проснулся посереди ночи. Проснулся резко, как от толчка или громкого звука. Попытался снова заснуть, но сразу же понял, что не получится. Сон пропал, вместо него наоборот появилась неуместная бодрость, хотелось встать с дивана, пойти. Какое-то время он лежал, прислушиваясь. Было тихо. Даже чересчур тихо. Сергей сел на диване, ощутил ногами холодный пол. Отчего же такой холодный? Наверное,...
На Монмартре, в четвертом этаже дома 75-бис по улице Оршан, жил-был замечательный человек по фамилии Дютийель. Замечателен же он был тем, что обладал завидным даром проходить сквозь стены, не испытывая при этом ни малейшего неудобства. Он носил пенсне, маленькую черную бородку и работал мелким чиновником в министерстве регистрации. Зимой он добирался до работы на автобусе, а летом надевал...
Это было в начале 2000-х годов. С очень необычным для меня явлением я столкнулся благодаря старому знакомому, Сергею. Правда, несмотря на возраст в тридцать пять — сорок лет, его иначе как Серёга никто не называл. Серёгу я знал давно, ещё когда он трудился машинистом тепловоза при одной промышленной станции в Нижнем Тагиле. В то время я по роду своей профессии часто пользовался услугами...
Как же тут воняет! Прокисшей едой, потом и, кажется, мочой. Свет едва освещает сальную скатерть да табуретки, покрытые, чем-то вроде смеси грязи и воска. Носки липнут к полу. В углу рядом с хлебницей стоит большая икона. Новенькая. Сверкает красным и зелёным лаком. Удивительно яркая, на этой серо-жёлтой кухне. Рядом, среди крошек, огарки тонких церковных свечей. — Вот отсюда она лезет! — бабка...
1906 Пожелать удачи экспедиции явился, казалось, весь Петербург, пристань была забита народом. Всем миром деньги по подписке собирали – кто десять тысяч, кто рубль; всем миром и проводить пришли – дамы в шелках и домработницы, офицеры в мундирах и приказчики, разнорабочие и гимназисты. Все были веселые, возбужденные, студенты держали большой плакат «Вперед, к Северному полюсу», детишки сидели у...
Я курю у панорамного окна и смотрю, как небо истекает маслянистым трупным гноем, как бурлит его сукровица и упругой артериальной струей бьют водостоки. Так любовник, исполосовав запястья, с горделивой нежностью протягивает их неверной возлюбленной, заливая кровью хохочущее лживое лицо. Кровь неба черна в набегающих сумерках. Я думаю, что бог мертв, и дожди – соки разлагающейся плоти. Не глядите,...
Даша еще раз вывернула карманы пальто. В сумме – двадцать семь рублей. Даже двадцать семь пятьдесят, если это имеет значение. Пару монеток она сегодня подобрала у метро: потопталась рядом, подождала, пока народ разойдется, и присела, типа ей надо перевязать шнурок. На гладком сапоге до колена, ага. Уши тогда чуть от стыда не задымились. Хотя стесняться-то теперь чего? Поздно стесняться. Тридцать...