Случай на Лосиной Роще » Страшные истории на KRIPER.NET | Крипипасты и хоррор

Страшные истории

Основной раздел сайта со страшными историями всех категорий.
{sort}
Возможность незарегистрированным пользователям писать комментарии и выставлять рейтинг временно отключена.

СЛЕДУЮЩАЯ СЛУЧАЙНАЯ ИСТОРИЯ

Случай на Лосиной Роще

© Олег Новгородов
12 мин.    Страшные истории / Золотой фонд    Hell Inquisitor    13-05-2021, 08:39    Источник     Принял из ТК: Radiance15
Прибыв на работу в восемь утра с копейками, директор кладбища Денис Дерябин был неприятно удивлен наличием на центральной площадке машины "скорой помощи", суетящихся рядом медиков и забинтованного в нескольких местах стонущего тела.

Нет, врачей-то сюда вызывать приходится, тут же с родными-близкими навеки прощаются, не всякий сдюжит. Вон, недавно девку молодую хоронили, прям в медовый месяц окочурилась… Так жениха безутешного здесь и тряхануло: три раза сердце запустили по дороге в больницу, а в реанимации совсем помер. Царствие обоим небесное.

Но нынешним утром никаких траурных мероприятий не намечалось, уж Дерябин-то знал наверняка. Стало быть, ночной турист… Ведь сколько раз твердили миру, что нечего по кладбищу затемно шататься! Во-первых, атмосфера после захода солнца сама собой нагнетается, и даже если ты без нервов и высотным паркуром занимаешься, наверняка что-то да примерещится. Не то памятник башку повернет, не то плита могильная шатнется в лунном свете, не то фигура из темноты проступит… А уж шаги за спиной услышать - это вообще святее святого.

Во-вторых, здесь же последний приют. И очень спорные два вопроса, насколько он последний, и насколько приют. Что было твоим глюком, а что - частью реальности, потом не разберешься, а разберешься - не обрадуешься.

Ну и в-третьих. Бояться надо не мертвых, бояться надо живых, а живых, если тут встретишь, это не к удаче. Ночами на кладбище нормальных, вменяемых живых не бывает - ну, кроме сторожа. А примите еще во внимание, что в жалкой паре километров от западной границы Лосиной Рощи - корпуса психиатрической клиники, и, были случаи, что сбежавших оттуда находили здесь. Маньяки, психопаты, извращенцы - на любой выбор.

…Пострадавшего уже грузили в "скорую", и Денис Дерябин успел лишь отметить, что одежда на нем превратилась в клочья, лицо - сплошной синяк, бинты на голове пропитались кровью, а укутанная во много слоев левая рука заканчивается ниже локтя. Значится, глюками не обошлось. Хлопнули двери, "скорая" развернулась, и шофер газанул с буксами.

Когда осела вздыбившаяся столбом пыль, объяснения директору дал Лева Кисляков, по кличке Контуженный. Он почти не слышал левым ухом и разговаривал медленно, словно пьяный, но пьяным он не был, потому что в принципе не пил. Рядом толклись несколько рабочих, с интересом внимавших Левиному докладу.

- Дело, в общем, такое, старшой, - как всегда, расставляя паузы между словами, рассказывал Лева. - Я это туловище на аллее подобрал, во-он там, где обелиск "Инженерному персоналу". Метрах в полста от караульного. - "Караульным" сотрудники называли вагон-бытовку, снятый с колес и водруженный в шаговой доступности от домика администрации. - Вызвал "скоряк", вызвал милицию, перевязал как мог. Говорить он ничего не говорил. Менты пока не приезжали.
- Да некрофил небось, - сказал Димитрич - нагловатый пацан, курильщик травы и отъявленный лодырь.
- А что некрофилу на Лосиной Роще делать? - хмыкнул Дерябин.
- Ну, как что… У нас товар, у него купец…
- Слышь, товаровед! - разозлился директор. - Пошел вон, и чтоб кусты в сквере достриг! И остальные тоже, че застряли?

Хотя директор был низкорослым и худосочным, в дискуссии с ним старались не вступать, ибо все знали: у Дениса Марковича на любое резкое движение отработана связка уход-захват-бросок. Работяги, на ходу делясь нехитрыми гипотезами, разбрелись по участкам, а Дерябин отпустил Леву в бытовку отсыпаться до приезда милиции.

***

После трех часов дня неспешно подкатила милицейская "пятерка", из которой вышли оперуполномоченный капитан Овчарук и молодой парень-дознаватель. К этому времени Лева уже проснулся и обливался водой из шланга. Дознаватель отправился искать следы на аллее (ну чего там найдешь-то?), а капитан Овчарук несильно и лениво попытал Леву, не видал ли он этой или предыдущей ночью других посторонних на вверенной ему территории? Кисляков, натягивая майку, ответил, что нет, не видал, этот был единственный.

- Ворота с калиткой на ночь запираются? - спросил Овчарук.
- Естественно, - ответил Дерябин, который присутствовал при допросе, но не в качестве адвоката, а, скорее, как переводчик: Контуженный спросонья очень невнятно говорит, половины не поймешь.
- Ладно, а еще как сюда попасть можно?

Дерябин объяснил, что по-всякому, были бы смекалка и желание. Есть запасные ворота на северной окраине, так называемый "северный вход", они почти всегда на замке, ключи в администраторской, в сейфе. Но замочек легонький, умеючи - гвоздем отомкнешь. На юге, где от шоссе Петля отводная дорога идет, нет одной секции забора - велком, путь свободен. На западе сплошняком бетонный забор, но первопроходцев из дурдома он особо не останавливал. Ну а вообще, добавил Дерябин, при определенной ловкости где угодно перелезть можно. Если очень надо.

Потом все трое пошли в администрацию выпить по чашечке кофе, и капитан Овчарук, не особо секретничая, поделился служебной информацией. С утра он успел побывать в больнице и допросить потерпевшего.

- Василь Чугуров его величать, - скучным голосом повествовал Овчарук. - Семь лет за колючей проволокой, партийная кличка - Чугур. Освободился пару месяцев назад, жил в поселке, в Калужской области, у кореша. Кореш ему сарай отвел, жратвой делился, ну а тот взамен по хозяйству пособлял. Хотя, руки-то у него под другие дела заточены… точнее, только одна теперь, и то если выживет. Врач говорит - совсем плох. Ну а по прежней специализации он могилы грабил. Начинал в провинции, опыта набрался, обнаглел и в Москву, на Ваганьково заявился. Оттуда его и приняли, там строго. Не в укор вам будь сказано, господа… Здесь он разжиться ничем не успел, ходил, приценивался. Напоролся на каких-то зверей… вроде гопников он имеет в виду… те ему и устроили суд Линча. Руку его собственной лопатой отрубили. Сами куда-то делись. Вот такая вот, товарищи, история. Я тебя, Лёв, чего и спрашиваю: посторонние были, не?
- Не, - покачал головой Лева, сидевший со своей кружкой на высокой стопке документов. - Я не видел. А слышу я… ну вы сами знаете. Плохо слышу.
- Я тоже спросить хотел… - Дерябин шумно вздохнул. - А тот, первый его срок… ты в материалы дела не заглядывал?

Овчарук добавил себе еще кипятку и ложку сахара.

- Заглядывал, че ж не заглянуть. Ну было там! - раздраженно воскликнул он. - Особое мнение следака. Что не только жмуров грабил, но и еще кой-чего проделывал. Ну так сказано - не доказано, косвенных улик и тех не было. Вот и поехал Чугуров вместо принудительного лечения лес валить.

Потянувшись до хруста в суставах, Овчарук резюмировал:

- Но у меня, ребята, людей лишних нет, чтобы раскопки по всем вашим владениям искать. Значит, подождем, пока сами не найдете либо пока кто с жалобой не придет. Классический висяк… Эх, черт! - Овчарук вышел на площадку и заорал дознавателю, топтавшемуся в кустах:
- Ну что, Чингачгук - Зоркий Глаз, выследил оленя? Нет? Хуле, сиди голодный. Ладно, граждане, - он обменялся рукопожатиями с Дерябиным и Левой. - Сто лет бы вас больше не видеть.

***

- Слушай, старшой, - сказал Лева директору, когда милицейская машина скрылась из виду по шоссе Петля. - Что-то тут не так. С гнильцой тут чего-то.

Дерябин неопределенно ухмыльнулся.

- Да уж, - кивнул он. - Когда на кладбище находят изуродованного живого чела, отсидевшего семь лет за расхищение могил, а вдогонку еще, весьма возможно, любителя экстремального секса, и он утверждает, что его ушатали гопники - это с гнильцой, к бабке не ходи.
- Старшой, а чего тут грабить? - вдруг спросил Лева.

Этот вопрос выбил директора из колеи. Богатеев на Лосиной Роще не хоронят; ну, у кого нательный крестик, или кольцо золотое, но надо ж еще знать, у кого и где! С могил тоже взять нечего: разве что водку допить, поминальщиками оставленную… А ведь и впрямь, не разгуляешься у них. Чистенько, но бедненько. А тогда выходит, что…

- Выходит, не за этим он сюда пришел… - вслух сказал Дерябин. - А вот за тем.
- Не, старшой, и тут что-то не выходит, - возразил Лева. Он смотрел на директора прямым не мигающим взглядом, и Денис Дерябин невольно поежился, догадавшись, что сейчас скажет сторож: - Для "вот за тем" нужен свежий труп. Не знаю уж, какого пола, но свежий. А у нас последнее захоронение - три недели назад, остальные трое после кремации и для утех не годятся.

Дерябин содрогнулся. Он работал на Лосиной Роще почти восемь лет, но так и не привык, что нормальность - понятие условное, и каждую минуту ты рискуешь в этом наглядно убедиться. А вот щуплый, неприметный сторож повидал в жизни куда больше, чем он, и вообще ничему не удивлялся.

- И еще момент, старшой, - сказал Лева. - Когда я его подобрал, уже светало. И культю я рассмотрел хорошо. Руку ему не отрубили лопатой, как он врет. Это не отсечение, я знаю разницу. Рука оторвана. Так отрывают животные, зубами.

…Вечером Дерябин собрал рабочих, пересчитал присутствующих и произнес небольшую речь, от которой так и веяло мраморным холодом.

- Начиная с завтрашнего дня, каждому иметь при себе прочную палку, нож или топор. И быть готовым защищаться. Есть вероятность, что на кладбище приблудился дикий пес или целая стая бешеной псины. - Он помедлил, обводя взглядом работяг, и мрачно добавил: - Также, если кто-то из вас знает о недавно проведенных незаконных похоронах, или даже лично в этом участвовал - лучше сразу колитесь, пока я сам не выяснил. У меня всё, разойтись.

***

Кладбище опустело. Лева Контуженный, облачившись в оранжевую штормовку, заступил на свой пост, а Денис Дерябин сел на мотороллер и совершил небольшой объезд "угодий", высматривая потревоженную или нелегальную могилу. Но ничего такого с дороги в глаза не бросалось, а протискиваться по тропинкам ему не хотелось. Ночь вступала в свои права, и, когда очертания ландшафта начал скрадывать первый, еще не опасный, полусумрак, директор, вывернув на себя ручку газа, поехал обратно к домику администрации.

У него скопилась куча бумажной работы, и он предусмотрительно заварил кофе в два термоса. Нужно было еще позвонить Овчаруку, который наверняка тоже на рабочем месте. Тот и правда находился у себя и что-то жевал, разговаривая по телефону.

- Оторвали, в смысле отгрызли? - переспросил он Дерябина. - Ну да. Мне и хирург то же сказал. Но у Чугурова еще до фига разных повреждений, хотя и тут уже сомнительно… По сути заявления, которое он мне сделал, на него напали хулиганы. Но большинство ранений такого характера, словно он нанес их себе сам…
- Злогребучий случай, да что за бодяга?! Может, он и руку сам себе отгрыз?

Капитан чавкнул в трубку бутербродом.

- Нет, сам себе так не отгрызешь… Но. Синяки, ссадины, ушибы могут быть получены при падении, то есть, при нескольких падениях. То же самое - сломанные ребра. Колотые раны - наткнулся на что-то острое в темноте. Он удирал, понимаешь? Удирал, не разбирая дороги. Башку разбил так же, упав с высоты собственного роста. Ну в общем версия о нападении шпаны или банды психов у меня разваливается, но и на версию о хищных животных я ее заменить не готов. Зубы там были не собачьи и даже не волчьи. Отработали зоопарки и цирки - крупные хищники ни откуда не сбегали.
- А прижать этого Чугурова заново, никак?
- А он помер, - сообщил капитан. - Причем помер, пока хирург мне втирал, что он вот-вот помрет. Короче, Денис, если какие новости, звони. А я, если какие новости, тоже позвоню.
- Ну так же спокон веков заведено… - пробурчал Дерябин и распрощался с опером, оставив его что-то доедать и что-то доделывать. Откуда же ему было знать, что, едва капитан Овчарук проглотил бутерброд, ему снова позвонили. И после этого разговора ему пришлось садиться в машину, прихватив с собой два оставшихся бутерброда в фольге, и ехать в Калужскую область…

***

Утром Лева Контуженный разбудил заснувшего над бухгалтерией Дерябина.

- Старшой, извиняюсь. Семь часов только. Я кое-что нашел.

Протерев глаза, Дерябин увидел, что сторож стоит перед ним с лопатой.

- Ну, лопата… - зевнул он. - Что с ней не так?

Лева щелкнул выключателем на стене. Зажглись потолочные лампы.

- Вот смотри, - он держал лопату горизонтально, так, чтобы директор мог рассмотреть подробности. - Черенок весь в крови, она по нему стекала ручьями. Но на штыке крови мало. Зато он перепачкан землей. Ни на какие мысли не наводит?

С трудом оторвавшись от кресла, Денис Дерябин обошел вокруг своего стола и встал позади сторожа, изучая лопату через его плечо. С этого ракурса было очевидно, что да: кровь текла сверху, но использовалась лопата именно по прямому назначению, а не для нанесения увечий. То есть, некое увечье было уже нанесено… В уме директора промелькнула вереница жутких историй о том, как бандиты заставляют жертв самих копать себе могилы. Но всё это как-то не вписывалось в последнее приключение Василя Чугурова. Что за зверь-каннибал оттяпал ему руку? Бандиты притащили с собой медведя? Да не, бред какой-то… И почему позволили Чугурову сбежать?...

- Надо отдать ее Овчаруку, - сказал Дерябин. - Ты место запомнил, где ее нашел?
- Запомнил, старшой. Я там поблизости огляделся. Но всё случилось явно не там. У меня ощущение, что Чугуров спецом уволок лопату как можно дальше, чтобы мы не нашли, где он ею орудовал. И не потому, что скрывает место преступления. Там что-то, что лучше было бы оставить в покое. А он не оставил и поплатился. Ясно, что гопников он выдумал.

Директор подошел к умывальнику, тщательно вымыл руки с мылом и ополоснул лицо.

- То есть, - промычал он в полотенце, - ты меня хочешь убедить примерно в следующем. Чугуров раскопал могилу, которую нельзя было раскапывать. А, убедившись в своей оплошности, закопал обратно?
- Ну как-то так, старшой, - подтвердил Кисляков, заворачивая лопату в кусок полиэтилена. - Причем ему было неудобно кидать землю одной правой рукой, и он придерживал черенок левой. Тем, что от нее осталось. Половина его левой клешни - в той же яме. Ему было крайне важно закопать могилу… или кого-то в ней.
- Кого, черт бы вас всех побрал?! - взорвался Дерябин. Маленький, плешивый, он буквально задымился от ярости. - Что за дьявол был в той яме, раз Чугуров закапывал его в полторы руки?! И почему он заранее не знал,  ч т о  он раскапывает?!

Лева качнул головой и поднес указательный палец к уху.

- Извини, старшой. Плохо слышу.

***

День прошел без происшествий, хотя Денис Дерябин места себе не находил от беспокойства. Чтобы отвлечься, он пытался выкроить из скудного бюджета деньги на покупку радиостанций. Если раздать рабочим по рации, можно будет проводить переклички, а они смогут сообщить о любой угрозе непосредственно при ее возникновении. А то, что на Лосиной Роще затаилось нечто угрожающее, Дерябин считал свершившимся фактом. И это что-то замаскировано под обычную могилу, а то и вовсе под ровную землю - во всяком случае, никто до сих пор не обнаружил подозрительно перепаханной почвы…

Разумеется, у сотрудников есть мобильные телефоны, но сотовая связь на кладбище почти не работает - старый радиополигон периодически глушит всё от 800 мегагерц и выше. Странное дело, полигон вроде бы вывели из эксплуатации, но вроде бы и нет. Школьники, болтавшиеся по антенному полю, рассказывали, что какие-то люди иногда досматривают оборудование. А на районе то электричество вырубается, то интернет падает, и кому жаловаться - фиг поймет. В префектуре отвечают: вопрос не к нам, а к кому вопрос - тоже вопрос не к нам.

Поздним вечером приехал на собственной "Ладе Самаре" капитан Овчарук. Он привез с собой две бутылки водки, батон колбасы, пару банок кильки в томате и буханку "бородинского".

- Ну, что вам сказать… - устало начал Овчарук, когда они тем же составом - Дерябин, Лева и он сам - расселись за столом в администраторской.

Дерябин хотел продемонстрировать ему найденную лопату с окровавленным черенком, но капитан отмахнулся.

- Съездил я в Калужскую губернию. Пообщался с парнями из угрозыска, у меня там приятель армейский. Заодно показали мне того типа, у которого Чугуров последний свой месяц прожил. Некто Клоков. Тоже урод высшей категории, после восьмого класса на зону загремел - вооруженное ограбление. Там с Чугуровым и познакомился. Тот следак, который дело Чугурова вел, как в воду глядел, но то ли ему начальство команду дало лишние эпизоды убрать, то ли испугался чего-то, но самое интересное в суд не пошло.

Чугурова на зоне не трогали, хотя с такими статьями там как родных не принимают. Каким-то образом он избежал неприятностей, связанных с его "статусом". Чугур и не скрывал, кто он и что он, да и вел себя вызывающе, борзо. Клоков говорит, самому смотрящему грозился - ты, мол, вечно жить не будешь, а я вечный, и, как помрешь, приду тебя в могилке проведаю. И тот отмолчался, на тормозах спустил.

Клоков Чугурова у себя поселил со страху - боялся, что на перо поставит. А Чугур после зоны только и водил жалом, где бы чего… Ну вы поняли, где и чего. Он не убийца, но, вероятно, уже дозревал. И вот у соседей пропала девочка. Первый класс в мае закончила, возраст семь лет. Сначала, естественно, взяли за жопу Чугура, но тот в глухой отказ: похищения детей - не его профиль, а педофилов он сам голыми руками рвать готов. Его алиби подтвердили Клоков и две бабы, которые с ними неделю напролет бухали. Красивые бабы, - задумчиво произнес капитан, - но оскотиненные начисто. От зэков млеют, а мы с участковым пришли, они нас та-акими херами покрыли…

Лева снисходительно усмехнулся, и капитан на секунду потерял нить сюжета.

- Ну да ладно, так или иначе, Чугуров из запоя почти шесть дней не выходил. Тут-то и решили присмотреться к пенсионерам, у которых девочка жила. Она им внучкой приходится. Какие-то они оба - дед с бабкой - испуганные, и показания одними и теми же словами дают, как сговорились. Но девочка-то два дня как дома не ночевала, а они только на третий чухнулись. Даже не они, а соседка тревогу подняла, что Ульянки не видать. Она к Коняевым, старикам этим: куда малую дели, а те: да у подружки, в деревне за речкой… Соседка подала заявление в милицию, и, конечно, в деревне за речкой девочку не нашли. Да и подружек у нее там не было. У нее вообще не было подружек. В школе Ульяну побаивались, и был там один случай… сейчас, чуть попозже.

Не знаю, что за страх она на других детей наводила, а вот между взрослыми слухи ходили. Мать Ульяны залетела от насильника. Банально: вышла в магазин, вернулась вся избитая, ну и остальное тоже… Родители - вот эти самые Коняевы - запретили делать аборт, потому что до фига верующие. Причем упертые такие, потомственные. Перед тем, как рожать, она им сказала: мне родов не пережить, в церкви меня не отпевайте, я дьяволу душу продала.

Участковый говорит, орали они друг на друга, аж весь поселок слышал. "Да как ты смеешь такое, нечистого всуе поминать, господь - твой заступник", и так далее. А она им отвечает: думаете, я шучу? Вот посмотрите.

И действительно, родила дочку и умерла.

Что дочь душу дьяволу продала, Коняевы всерьез не восприняли - она после того случая совсем изменилась, на весь мир смотрела с ненавистью. И отпевание, хоть с опаской, но заказали. Только вот, едва гроб перед храмом поставили, навес входной группы рухнул, священника насмерть раздавило. Так и похоронили не отпетую.

Дерябин вытаращился на капитана Овчарука.

- У нас, что ли?!

Тот выпил еще водки.

- Нет, не у вас. Там, около поселка, свое местное кладбище. Но вы слушайте дальше. В общем, старики внучку сами растили-воспитывали, но видно было, что мучаются с ней. Что-то в девочке было не так. То ли гены папашкины бунтовали (так его и не сыскали, кстати), то ли другое что… А уж когда в школу пошла, все увидели - очень странный ребенок. И еще. Старики всеми правдами-неправдами - конкретно, при помощи взятки - сдали Ульяну в школу без медицинской справки. Хоть бы кто проверил, но нет, никому ничего не нужно, никто ни за что не отвечает!

Это был крик души человека, который сам не столь уж давно был четким пацаном и ни за что не отвечал. Дерябин и Лева сочувственно поцокали языками.

- Так вот, милиция разбирается, каким образом Ульяна на третий день каникул оказалась в хозблоке повешенной. Не то сама про себя что-то узнала, что жить ей расхотелось, не то Коняевы сделали какие-то выводы и петлю ей на шею накинули. Сами они утверждают, что просто нашли внучку и решили изобразить, будто она исчезла. По какой-то причине для них это лучший вариант… Старик в том же хозблоке наскоро сколотил гроб, они его в машину засунули на заднее сидение, а сверху ящики с рассадой поставили - типа, по огородным делам едут. Но был один человек, который всё понял - чутье у него на такие вещи.

Чугур. Конечно, он не приближался к дому Коняевых, тем более не проникал на участок, но он видел все насквозь. Две живые, на все готовые, бабы для него интереса не представляли, а там, в хозблоке - то, что ему надо. Он взял у Клокова ключи от мопеда и проследил, куда повезут. И следующей же ночью - отсюда уже мои соображения - поехал "навестить могилку". Брошенный мопед наши ребята нашли, пока я из Калужской области перся - в канаве за Петлей валяется, как раз на юге, где у вас забор порушен.

Лопату он привез с собой, расположение могилы знал, дальше дело техники и навыков. Но чего он не знал - в середине учебного года покончила с собой медсестра школы, в которой училась Ульяна. Тогда шептались, что девчонка, мол, на нее порчу навела, а, мне кажется, было всё совсем не так. Просто в какой-то момент Ульяна не то в обморок упала, не то кровь у нее пошла, но медсестра ее осмотрела… И не стала ничего никуда сообщать, а просто съехала с катушек и вены себе вскрыла вдоль.

Короче, мужики, я понятия не имею, как мать Ульяны договаривалась с дьяволом, и не хочу даже себе это представлять. Я вам только скажу: этот мудак Чугуров раскурочил крышку и полез под юбку. А у нее там не как у людей, там - еще одни челюсти. Чугуров рыпнулся, хотел руку отдернуть - а уже всё, нету руки-то…

Овчарук встал из-за стола, разлил по стаканам остатки водки, выпил, не закусывая, и сказал:

- Мне должны позвонить насчет могилы. Чугур умер, но пенсионеры-то знают, где внучку схоронили. Будем эксгумировать…
 
***

Супругов Коняевых доставили на Лосиную Рощу под конвоем и в наручниках. Овчарук объяснил Дерябину, что им пока не предъявлено обвинение в убийстве - только в намеренном сокрытии факта смерти ребенка. На вопрос, зачем повезли на кладбище, почему не в лесу, от хоженых троп подальше, Коняева ответила: ну она ж не тварь какая бездушная…, - и осеклась. Дальнейшая их судьба зависит от того, что обнаружит судебный патологоанатом: было это убийство или суицид.

О том, что еще, кроме следов убийства или суицида предстоит обнаружить патологоанатому, Дерябин и Овчарук промолчали.

Коняевы вели сотрудников милиции тоже молча, не глядя по сторонам, а лишь себе под ноги. Казалось, собственное будущее их абсолютно не волнует - их страшило что-то совсем иное. Но, когда старик, всё так же глядя вниз, указал пальцем - здесь - устрашились все, даже самые непробиваемые пэпээсники.

В том месте, на которое показал им старик, зияла воронка, словно земля взорвалась изнутри, разлетевшись комьями в радиусе десятка метров. Кроме этих комьев, можно было увидеть обломки досок и клочья ткани от платья, перемешанные с мелкими щепками…

***

- Лева, что скажешь? - спросил Денис Дерябин сторожа. Оба отошли в сторону, предоставив капитану Овчаруку принимать участие в следственно-розыскных мероприятиях.

Кисляков - единственный из всех - сохранил абсолютную невозмутимость.

- Они сейчас думают, что там была мина, - ответил он. - Но это не мина. Можешь на меня положиться, старшой, я знаю, о чем говорю. Но не знаю, что это было на самом деле.
- Они закопали ее живой, вот что это было, - ошеломленно выговорил Дерябин. - Просто взяли, законопатили в ящик и закопали заживо. А шизоид Чугуров ее откопал и…

Лева Контуженный качнул головой.

- Ты же видишь, что яма не раскопана. Знаешь, на что похоже? Будто-то что-то или кого-то вырвали с корнем. Какой-то плод. Чугур потому и торопился закопать всё обратно, чтобы… чтобы это дальше не пошло. Можно сказать, что в последние минуты он проявил заботу о… о себе подобных.
- Ну и кто всё это сотворил? - угрюмо осведомился Дерябин, будто Леве Контуженному полагалось знать всё на свете. Порой директору кладбища казалось, что он и знает все на свете, просто притворяется.

Но Лева только пожал плечами.

- Овчарук нес какую-то галиматью про договор с дьяволом. Якобы покойная мать Ульяны выпросила у него вторые зубы для дочери. Но такие подарки будущим детям не делают "чисто на всякий случай". Проще и практичнее - выдать ребенку газовый баллончик или электрошокер. Ну или отдать на курсы самообороны.

Непьющий и некурящий Лева жестом попросил у Дерябина сигарету, достал из кармана штормовки спички, прикурил и продолжал:

- Да и какой же это подарок?! Это проклятье! Врагу не пожелаешь, а уж родной-то дочери… Это было задумано как месть максимально возможному числу мужчин. Насильников или нет - наверное, неважно. И дьявол - хотя я и не верю в дьявола - эту задумку одобрил. И вся проблема в том, что  э т о  впущено в мир надолго. Потому дьявол сам пришел и достал свой "сюрприз" из могилы, в которой его хотели скрыть глупые люди.

Лева глубоко затянулся, и, когда сизое облачко дыма растаяло над его головой, негромко пробормотал:

- А ведь она теперь где-то сама по себе… Может быть, она не помнит своего имени и своего прошлого, но помнит, для чего она здесь. Каким-то образом она вырастет, сохранив свою тайну. И тогда она будет искать… Помилуй бог тех, кого она найдет.

странные люди странная смерть нечистая сила существа кладбище следствие
18 578 просмотров
Предыдущая история Следующая история
СЛЕДУЮЩАЯ СЛУЧАЙНАЯ ИСТОРИЯ
3 комментария
Последние

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  1. Яна 14 мая 2021 07:37
    Фильм был такой,ужасти к
  2. KKK 12 июня 2021 21:07
    3.14зда с зубами? Остроумно.
    1. Parabellum отвечает KKK 11 июля 2021 22:04
      Vagina dentata))
KRIPER.NET
Страшные истории