Я нашёл странный дневник в своём подвале и теперь боюсь туда заходить. » Страшные истории на KRIPER.NET | Крипипасты и хоррор
СЛЕДУЮЩАЯ СЛУЧАЙНАЯ ИСТОРИЯ

Я нашёл странный дневник в своём подвале и теперь боюсь туда заходить.

© Setchzev6316
20 мин.    Страшные истории    rainbow666    19-08-2020, 13:47    Источник     Принял из ТК: Helga
Я нашёл дневник в своём подвале и мне стало страшно за себя
typicalacc4848
08.08.2019 в 19:28


Неделю назад я купил новый дом, и сразу же посвятил себя его уборке. В конце концов, я зашёл и в подвал, где нашёл толстую коричневую книгу. Прочёл записи и нахожусь в замешательстве и в страхе, т.к. там описано СОВЕРШЕННО другое помещение. Но это ещё не всё. Прочтите это и напишите, что думаете
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: лонгрид
___________________________________________________________



Мне всегда нравился наш загородный дом. Старый, построенный ещё в бурные двадцатые годы, он как бы являлся живым воплощением слов о том, какая захватывающая история может иметься у на первый взгляд обычных зданий. Пожар в 1950 и ограбление в 90-х не лишили дом загадочности и красоты. Наоборот – проведённый три года назад капитальный ремонт помог не только восстановить здание, но и найти множество интересных вещей – серебряную посуду, люстру, зачем-то убранную под кровать, набор оловянных солдатиков и так далее. Конечно, пришлось забыть о "горке" с фарфоровой посудой и убрать повреждённое трюмо – но кому это нужно в двадцать первом веке? Да, я страстно люблю старые вещи, но в это же время я хорошо понимаю современные реалии, а потому был готов завершить перестройку дома и заселиться в новенький коттедж с бассейном и плазменным телевизором во всю стену – именно так я представлял результаты ремонта в своих мечтах. Ремонт этот, как я уже говорил, длился три года и стоил мне немалых средств – пришлось даже продать свою машину и вновь приучить себя вставать в шесть утра , чтобы идти ловить автобус или маршрутку. Зато теперь, с наступлением летнего отдыха, я смог выбраться на природу и посвятить себя своей страсти – старинным вещам. А именно их классификации, описи и упаковке в специально купленные коробки, которые потом должны были отправиться в мою городскую квартиру – зачем им было пылиться там, где я собирался отдыхать? Я , разумеется, не знал тогда, что среди бесчисленных книг, статуэток, ламп и прочей ценной рухляди я обнаружу такой предмет, который изменит мою жизнь и станет событием, разделившим моё миропонимание на "до" и "после". Вернее, не предмет – Дверь. Именно так, с большой буквы.

Впервые я обнаружил Дверь совершенно случайно. Копаясь в горах вещей, накопленных поколениями моих предков, и отделяя мусор от вполне нужных в хозяйстве вещей, я спустился в старый подвал. Это даже не был совсем подвал: маленькое, вытянутое в длину помещение ниже уровня земли, выполнявшее, подобно балкону, роль склада. Сюда складывали предметы абсолютно разного характера, размера и предназначения. За долгие годы складирования подсобка-подвал оказалась забита так, что от входа оставался лишь узкий выступ свободного пространства, который оканчивался нагромождением старых табуретов. Итак, после освобождения помещения от больших, стеснявших передвижение куч всего, чему в своё время не нашли места, я наткнулся на Дверь. Именно наткнулся: я проводил в этом особняке почти каждое лето своего детства, часто искал по поручению родителей, бабушки и дедушки что-нибудь нужное, что они, по их предположениям, похоронили среди стопок бумаг, фотографий, книг и посуды, статуэток и предметов быта. И за это время хорошо запомнил эти бежевые стены, низкий потолок и свисающую сверху лампочку Ильича, излучающую совсем мизерное количество света. Дверь находилась прямо посреди самой длинной стены, расположившись напротив входа. Но я всегда помнил и знал: никаких дверей в подвальной комнате нет, это было прекрасно видно даже с позиции входа в подсобку. И тем не менее, я был уверен в том, что увидел. А предстала передо мной ярко-белая, кристальной чистоты поверхность двери с блестящей латунной ручкой. Она была бы прекрасно видна сквозь табуреты, которые стояли в светлые времена моего детства прямо перед местом, где сейчас находилась дверь.

Сперва я списал всё на свою память – ведь не могла целая дверь вот так вот взять и появиться из воздуха? Правильно, не могла. Что я вижу? Возможно, переутомился на работе или просто забыл что-то из детства – иногда мозг человека проводит "чистку" памяти от ненужных и малозначительных воспоминаний. Подошёл к двери. Потрогал. Поверхность гладкая, металлическая –возможно, какой-то сплав. Тогда я даже не подумал о том, что таких дверей в Союзе не было и что этот подвал мы так и не ремонтировали, боялись за несущие конструкции дома. Мне оставалось только одно – открыть её. Вдруг там окажется какой-нибудь шкаф или склад? Может, именно туда пропал столовый фарфор и дедушкин посеребрённый портсигар с подписью самого Леонида Ильича Брежнева. Как-никак дед мой был видным партийным функционером и частенько тратил своё время на сбор старинных вещей, зачастую спасая их из рук невежественных клерков и партработников, которые, наверное, перепутали бы даже фаянс с обыкновенной керамикой... Проведя в таких раздумьях примерно пять минут, я решил не откладывать дело на потом и, взявшись за холодную ручку, с силой потянул дверь на себя. Она, на удивление, заперта не была.

Таким образом, я впервые открыл Дверь и удивлённо уставился на то, что увидел за ней. Даже не так – изумлённо. Прямо перед моими глазами вниз уходил земляной тоннель, конец которого терялся в темноте. Отходил я от этого почти весь вечер. Закрывал и снова открывал дверь, щипал себя, умывался холодной водой – ничего не помогало. Проход все так же оставался на месте. Честно говоря, я хотел уже вызывать скорую. Правда хотел. Кто сможет остановить безумие эффективней, чем десяток санитаров и лошадиные дозы галоперидола? Тогда почти не сомневался в том, что сошёл с ума. Остановил меня стыд. Разве может тридцатилетний мужчина добровольно переехать в комнату с мягкими стенами из-за какой-то двери?! Я решил исследовать открывшийся мне тоннель, дойти до его конца. Ведь я ничего не теряю. Всю ночь я не спал, планируя завтрашнюю вылазку в, как мне казалось тогда, глубины моего сознания. Утром я встал, умылся, спешно позавтракал и , прихватив с собой мощный электрический фонарик, отправился в подвал, где меня , как и вчера, ждала белая дверь с латунной ручкой.

К тому моменту, когда я сел писать это, я тысячу раз пожалел о своём странном решении исследовать то, что считал иллюзией, порождённой моим мозгом. Я довольно долго мялся возле неё, взвешивая все "за" и "против". Наконец, убрав все острые предметы в дальний угол подвала, я нерешительно толкнул дверь и зашёл внутрь, за порог. Тоннель встретил меня сыростью и прохладой, как в заброшенных зданиях или складах. Я включил фонарик и довольно долго шёл по тоннелю, который уходил вниз с небольшим наклоном. В нём не было ни корней, ни какой-либо живности – только утрамбованная земля и замшелые кирпичи, причём если поначалу тоннель был полностью земляным, то метров через сто он уже весь был облицован серыми кирпичами, которые были, как мне подумалось, многовековой давности – больно много было на них трещин. После примерно часа непрерывной ходьбы я решил устроить себе перерыв. Присел на земляной пол, немного подремал. Тогда-то мне и пришла в голову мысль , что это порождение моего безумия ( безумия ли?) выглядит чересчур реально. Галлюцинации не могут быть настолько яркими и детальными.

Что если я обнаружил под домом нечто выдающееся? А дверь – откуда она здесь? Может, она была тут всегда, скрытая от меня каким-нибудь массивным комодом или шкафом? И что я увижу когда дойду до конца тонелля? И есть ли он – этот конец? Все эти мысли не давали мне спокойно отдыхать. Я ещё немного полежал, потом снова встал на ноги, размялся и продолжил свой путь. я брёл по тоннелю ещё минут двадцать, время от времени останавливаясь для того, чтобы поразглядывать кирпичную кладку. По моим подсчётам, тоннель был в длину по меньшей мере пять километров. Я уже начинал думать о том, что эта незапланированная прогулка никогда не кончится и что пора поворачивать назад, как понял ( вернее, почувствовал), что кое-что изменилось. Ветер! Теперь я ощущал дуновение ветра – слабое, но вполне ощутимое. Приободрённый этим внезапным открытием я ускорил свой шаг. Ещё пять минут ходьбы – и туннель закончился. В его конце я видел нечто вроде каменной арки со странными статуями, изображавшими быков с крыльями. А в самой арке виделось небо, на меня лился солнечный свет. Свет. Под землёй. Честно говоря, я не очень-то этому и удивился – объяснил всё продолжающимися галлюцинациями. Окончив переход через тоннель, я не почувствовал радости. Скорее наоборот – я испугался. В мою голову пришла мысль, что дверь вот-вот закроется, и что если я не выберусь отсюда, то неминуемо погибну. Глупость, казалось бы, несусветная, но я думал иначе. Охваченный этим внезапным страхом, я развернулся и что есть силы побежал, судорожно сжимая фонарик в своих руках. Я уже задыхался, когда увидел тусклый свет лампочки из моего подвала. Пулей влетел к себе, закрыл злосчастную дверь, для пущей спокойности загородил её массивным комодом. Отдышался.

"Ну всё, с меня хватит. С утра звоню врачам, пусть забирают. " – думал я, когда мой взгляд упал на новенький «Самсунг», который я недавно купил. Точно! Как я раньше об этом не подумал?! Ведь в отличие от глаз электроника не может врать. Компьютеры и смартфоны не болеют психическими расстройствами. Я ведь могу проверить себя при помощи камеры! Взял телефон, включил, для чистоты эксперимента отодвинул комод. Трясущимися руками включил камеру и сфотографировал свой подвал. Открыл галерею. Прямо посередине дальней стены подвала располагалась белая дверь с металлической ручкой. Дело принимало серьёзный оборот... Я был ужасно измотан всеми этими событиями и навалившимися на меня домыслами и догадками, а потому быстро разделся, завалился в кровать и тут же уснул.

Когда я проснулся, на часах было 12:20. Видимо, организм был измотан донельзя, а потому решил устроить себе внеплановый отдых. Я нехотя встал с кровати и пошёл на веранду, чтобы за кружкой чая с горячими бутербродами хорошенько обдумать своё положение. Итак, вот что я решил:

1. Я не болен, а значит всё, что я видел – не бред сумасшедшего.
2. В моём подвале сама по себе появилась новая дверь.
3. Эта дверь ведёт в тоннель, в конце которого есть выход.
4. Тоннель ведёт...куда-то.
5. Я ни черта не понимаю.

Нет, вы не подумайте, я читал фантастику, в детстве увлекался книгами Жюля Верна и Станислава Лема, почитывал Ефремова с Уэллсом. Но чтобы такое? Какая-то мистическая конструкция в моём доме? К такому я был не готов. Никто не был бы готов, появись бы в его доме портал... Для себя я решил назвать это "аномалия" – так было немного спокойней. В самом деле, не называть же это порталом – чай, не в Средиземье живём. Размышляя таким образом, я пытался свыкнуться с произошедшим, как-то объяснить его. Что там говорил Хокинг про червоточины и космические струны? Может быть это – просто большая пещера?... Я решил до поры до времени никому не сообщать о своей находке. Не то чтобы самонадеянность, а какой-то авантюризм просыпался во мне. Слава первооткрывателя, первопроходца не давала мне покоя. Я понял, что должен всесторонне исследовать объект. До вечера я строил шаткие гипотезы и теории, перечитывал научные статьи, найденные мною на просторах всемирной сети. Потом всё же решил выдвигаться.

Были у меня идеи насчёт того, кого я могу подключить к своим изысканиям, но это потом – когда уверюсь в безопасности прогулок по другому миру, чем бы он ни был. Итак, я на скорую руку собрал рюкзак, взял фонарик, термос с горячим кофе, упаковку сухих хлебцев, и, самое главное – фотоаппарат. Немного погодя положил в рюкзак раскладной нож. Нет, я не боялся, что на меня кто-то нападёт. Просто с оружием было намного спокойнее. Я невольно вспомнил о хоррор-играх, в которых одной из главных причин нагнетаемого страха является полная безоружность героя, осознание его беспомощности. Поход по уже знакомому мне тоннелю дался мне легко – земляной пол был ровным и даже утоптанным, а темнота вокруг исправно разгонялась электрическим светом моего фонарика. Думаю, прошло часа полтора после того, как я вышел из своего дома и достиг арки. Потом долго не решался войти в неё – боялся не столько яркого света и неизвестности за ней, сколько того, что мне придётся покинуть тоннель, к которому я понемногу привык. В конце концов мне это надоело, и я бодрым шагом пересёк арку, оказавшись вне тоннеля и щурясь от яркого солнечного света. Вокруг меня был самый обычный ландшафт: небольшие холмы, покрытые оливковыми деревьями ( я хорошо знал эти деревья, так как в прошлом часто бывал на Родосе), ручей, полянка, окружённая кипарисами. Я бы охотно поверил, что нахожусь в Греции, если бы не понимание всей ситуации. Сделав несколько снимков, я начал идти вперёд, к холмам. Воздух был чистым и свежим, солнце ярко светило, я даже повеселел, решив, что моё открытие было приятным и что мне как мининум причитается почётное членство в местном географическом обществе. Не помню, сколько я тогда шёл – может час, а может все два. По моему мнению, я прошёл километров десять, когда наткнулся на новую странность. Точнее не наткнулся, а увидел. Я тогда поднялся на холм и разглядел внизу что-то навроде деревни. Быстро лёг в кусты, которые росли на вершине холма, взял фотоаппарат и начал наблюдать за группой из примерно десяти-двенадцати зданий, что лежали в долине внизу. Здания эти были необычными, я никогда таких не видел: квадратные каменные домики с плоскими, явно глинобитными крышами. Каждое здание было расписано узором – прямыми линиями и волнами разных цветов, как в античной вазописи. Посередине этого селения ( я думаю, это можно назвать деревней) был отлично виден большой круг диаметром примерно в пятьдесят метров. Круг этот был огорожен плетёным забором. Внутри круга я увидел какие-то фигуры, которые исполняли что-то вроде танца. Я переключил режим камеры на фотоаппарате, приблизил происходящее и понял, что там происходила какая-то коррида без оружия: молодые юноши и девушки, одетые в разноцветные набедренные повязки и рубахи без рукавов, в неком подобии хоровода прыгали вокруг быка, который пытался догнать этих непонятных атлетов. Изредка кто-то из них совершал прыжок через быка, ухватившись за один из рогов животного, на которые были намотаны толстые футляры из дерева и шерсти. За всем детством с деревянного помоста наблюдал старец в богатом одеянии синего цвета и остроконечной золотой тиаре , почему-то напомнившей мне корону древнеегипетских фараонов. Пораженный этим зрелищем, я фотографировал. Мне кажется, сделал я снимков сто, а то и все двести. Потом , не решаясь подходить к тем странным людям, я осторожно спустился по склону холма и пошёл назад, к арке, чтобы вернуться домой. У самого входа в тоннель я заметил один предмет, которого не видел ранее – маленькую, не больше ладони глиняную табличку, на которой виднелись неизвестные мне символы , похожие на иероглифы. Я сунул табличку в рюкзак и уже скоро был дома, рассматривал фотографии. Часть из них получилась смазанной, ещё часть была слишком засвечена солнцем, но некоторые были вполне чёткими. Я радовался тому, что у меня есть доказательства. Теперь, когда я совершил несколько походов туда и вернулся обратно, в моей голове начал вырисовываться план действий. Я не мог больше исследовать своё открытие в одиночку, требовался напарник – не только ради удобства, но и для того, чтобы было кому выговориться, рассказать всё. И я знал такого человека. Взяв с собой глиняную табличку и фотоаппарат, я отправился к метро, чтобы посетить своего старого знакомого – гулять по просторам другого мира в одиночку было уже нельзя.

Мой друг Григорий Нечволодов – человек очень странный, я бы сказал даже – не от мира сего. Он из тех людей, что окунаются в прошлое, не находя в современности ни красоты, ни удовлетворения. Его alma mater был Московский Государственный Университет, если точнее – истфак. Окончив его, Григорий занялся археологией и историей , благо денег, оставшихся в наследство от состоятельных родителей, было в достатке. Стоит упомянуть и о другом увлечении Григория – он коллекционировал языческих богов, их изображения и фигурки, зачастую скупая их на аукционах за немалые деньги. Фригийские Аттис и Кибела, ацтекская Ицапапалотль, Вотан, Сварог, Залмоксис, Ваал-Хаммон, Гермес, Хуан-Ди, Идзанами, Морриган, Туурунгайт – чьих статуэток только не было в его коллекции! Неудивительно, что он верил в какую-то извращённую форму неоязычества, поклоняясь им всем сразу – если не ошибаюсь, это именуется пантеизмом. Если я в свои тридцать не был женат по причине недостатка финансов ( хотел для начала заработать на содержание ребёнка и достойную жизнь), то Григорий, будучи на пять лет старше меня, оставался холост по другой причине – не желал, чтобы что-то мешало его бесконечным поездкам и экспедициям. Когда я вошёл в его квартиру, то обратил внимание на её бедность и аскетичность. Минимум мебели, простые белые обои на стенах, отсутствие телевизора – всё это говорило о том, насколько владелец квартиры отрешён от реальных забот, отдаваясь своей страсти и растрачивая на неё родительское состояние. На холодильнике висело множество фотографий – тут Григоий во время его визита в Паленке, вот здесь – раскапывает скифский курган, а там сфотографирован на фоне священного дворца Потала. Сначала он, разумеется, мне не поверил. Никто не верит в то, что звучит как вздор. Потом я предоставил ему свой фотоаппарат и отдал глиняную табличку – её он расшифровал примерно за месяц. Это оказалась часть дипломатической переписки между минойским Критом и империей хеттов. Текст я сохранил, вот он: "Мир тебе, царь Минос! Пишет тебе царь Тудхалия, могущественный, Хешми-Шаррума, владыка четырёх сторон света. Я разгромил злокозненную Аххияву, поработил её народ, изгнал её жителей, сокрушил её войска и колесницы. Я разгромил страну Алашию, уничтожил Ассуву, перебил их воинов. Я, сын бога Тешуб-Тарку, могущественный, заклинаю тебя – покорись мне , царь Минос, как покорились мне вожди страны Сеха. Ведь я, царь страны Хатти, могущественный, располагаю войском в сорок тысяч воинов. Мои воины несметны, моих колесниц – как песчинок на берегу моря, мне платит дань Вавилон. Так покорись мне, царь Крита, назови меня, владыку четырёх сторон света, своим господином." За этот месяц я успел несколько раз сводить Григория к Двери и показать ему тоннель – правда, попасть в прошлое и увидеть древний Крит не получилось, арка была закрыта сплошным слоем камнем, хотя лучше называть это монолитной скалой. Пришлось довольствоваться лекциями – о Хеттском царстве и его войнах с Египтом, о конфедерации Ассува, о минойцах и их обряде игры с быком – таврокатапсии, о дани в виде юношей и девушек, которых ахейцы поставляли на Крит в качестве рабов, которые должны были потом принять участие в играх. Григорий, который к моменту расшифровки таблички буквально изнывал от энтузиазма, хотел, чтобы мы как можно больше знали о былых эпохах – кто знает, куда ещё нас может привести тоннель? Кстати, животных, статуи которых я видел у арки, мой друг описал как Шеду – вавилонских духов-защитников.

Однако даже закрытие арки не стало для нас крупной помехой. Спустя некоторое время, мы решили начать исследовать тоннель снова. Это решение было продиктовано не только интересом. У меня и у Григория быстро возникло ощущение скуки по тоннелю, как если бы мы покинули его, проведя там длительное время и привязавшись к нему. Я знаю, что привязанность к тоннелю звучит странно, но иначе это не описать. Сборы прошли быстро: фонарик, пара бутылок минералки, нож, бутерброды для быстрого перекуса, блокнот и ручка. Всё это было упаковано в рюкзак, и мы снова прошли через Дверь. На этот раз мы поставили перед собой задачу картографировать тоннель, для чего и взяли канцелярские принадлежности.

Итак, я держал блокнот и ручку, вместе с Григорием осматривая земляной ход и рисуя карту. Мы шли уже двадцать минут, и за всё это время не встретили ни загороженной камнем арки, ни какого-либо намёка на изменения внутреннего строения туннеля. —Тебе не кажется, что мы уже давно должны были куда-то выйти? — поинтересовался Григорий. Тень недобрых предчувствий выражалась на его лице. —Снял с языка. В прошлые разы я вроде часа за полтора доходил до арки, а сейчас что произошло? —Странно всё это. Не пора ли выходить? Может, мы вошли в какой-то другой проход, который не заметили сначала? —Ну это уже бред, — усмехнулся я, хотя мне было вовсе не до смеха. Мы с другом решили повернуть назад. С тревожными лицами мы внимательно вглядывались в серый камень стен, наивно надеясь обнаружить проход, ведущий обратно, избавиться от тревоги и от неприятных мыслей, что роились в голове. Я принял правильное решение спрятать карту в блокноте в рюкзак. Если бы мы продолжали наивно верить ей и пытаться отыскать прямую дорогу назад, то я, наверное, не писал бы это сейчас.

Потому что когда мы увидели крутой поворот направо, стало ясно, что все планы, схемы и карты бесполезны. Метров на сто-двести вправо уходил длинный коридор, вход в который был шириной где-то метра четыре. Не заметить зиящую чёрную дыру в стене было бы невозможно. Я посмотрел на Нечволодова, он посмотрел на меня. Очевидно, это не было галлюцинацией и мозг каждого из нас силился найти ответы, перебирал различные варианты. Я задал назревший вопрос первым: —Ты помнишь этот ход? —Нет. —Он широкий и достаточно заметный, чтобы его не пропустить. —Пойдём туда? Григорий задумался и, спустя минуту, выдал ответ: —Ну.. Хотя после такого ни один человек не потеряет собственного скептицизма и материализма, я не думаю, что если идти не назад, а вбок, то мы придём туда, откуда изначально сюда вошли. —Звучит логично, но законы логики здесь не работают.. Хотя, пожалуй, ты прав – мы можем наисследоваться в этом тоннеле до такой степени, что больше отсюда не выйдем, — заключил я, выговаривая последние слова несмотря на спазм в горле.

Ситуация становилась тревожной, но мы ещё не знали, что худшее впереди. Только что в стене возник целый проход. Но как только мы уже отвернулись от него и приготовились возвращаться назад, перед нами возникла стена.

Туннель, по которому мы шли к арке и по которому надеялись выбраться обратно, оканчивался тупиком. В ужасе я постучал по желтоватой земле, закрывавшей проход, потёр её. Звуки и тактильные ощущения не оставляли и шанса на то, что за стеной было помещение или хоть какой-нибудь ход. Нас охватила паника. Итак, единственное, что оставалось мне и Григорию – идти в новообразовавшийся проход. Я взглянул на своего друга: лицо его побледнело, руки затряслись, лоб заблестел от пота. —Идём? — спросил он, с трудом сглатывая слюну. Видно было, что Нечволодов так же, как и я, испытывает сильный стресс и еле сдерживается, чтобы не перейти на крик. —Делать нечего, пошли, — ответил я.

Пришлось включить фонарики, чтобы развеять тьму. Луч света выхватывал облицованные камнем стены, какие мы уже встречали. Мы шли ни вверх, ни вниз, оставаясь на прежнем уровне. В конце концов мы наткнулись на развилку. Налево и направо длились насколько видит глаз всё такие же тёмные проходы. Немного посовещавшись, мы решили пойти налево, так как примерно в том направлении находился вход, а значит, был шанс выйти наружу. Я также заметил одну странную вещь, которой мало придал тогда значения. А зря...

Чем дольше мы шли по коридору, тем быстрее отступала тревога. Григорий глядел вперёд расфокусированным взглядом, ровно и глубоко дышал. Через три минуты пути я настолько успокоился, что вновь вернулся в бодрое расположение духа. Я решил пошутить и пощёлкал пальцами перед носом Нечволодова. Он подпрыгнул на месте и замотал головой, как будто бы на него вылили ушат студёной воды. —Извини, я...Я задумался...Ты что-то хотел спросить? —Да нет, ничего...Просто, — коротко усмехнулся я.
Фонарики и не думали разряжаться, всё было спокойно. Лишь иногда слышались какие-то заунывные звуки, но их мы списывали на ветер. И всё же мне становилось интересно: как долго мы будем идти? Это был именно что интерес, никакой тревоги или волнения. Я уже хотел было задать другу вопрос, поделиться своими мыслями, но вдруг замер и, схватив Григория за плечо, заставил остановиться.
Впереди слышались шаги. Мои руки вновь задрожали, челюсти свело от страха. Пляшущий луч света выхватил проход, перпендикулярный тому, в котором мы шли, и силуэты. Это были не люди и не звери. Человеские скелеты в старомодных истлевших одеждах и проржавевших панцирях и шлемах медленно шли мимо нас. Каждый шаг давался им с трудом: ноги заплетались, а туловища клонились в стороны, как у марионетки в руках неумелого кукловода. У некоторых из этих чудовищных созданий была кожа. Бледная и тонкая, местами изорванная и изуродованная глубокими язвами, она выглядела как уродливая старая ткань, которую небрежно натянули на твёрдую основу. На месте глаз у "путников" чернели пустые глазницы, окружённые сморщенной кожей. Тонкие, изломанные руки с кривыми пальцами ощупывали камень стен. Первым в этой колонне шло создание в старых доспехах, которые покрывали лишь грудь и голень правой ноги. Металл был тёмно–голубым, отсвечивал зелёным. В панцирях и поножах зияли дыры. Похоже, то, что шло первым, вело всю колонну за собой. За этим созданием шли такие же, правда, одетые в старинные камзолы, ботфорты и высокие сапоги. Замыкали процессию существа в одеждах католических священников с длинными мантиями, с массивными крестами на на шеях. На их головы были надеты побуревшие от времени шляпы с сутанами. Некоторые из тех, что шли в середине, держали на плече аркебузы. Григорий сразу опознал одежды: —Я понимаю, что это звучит как бред, — сказал он шёпотом и сам же нервно хохотнул (потому что воспринимать что-то как бред мы уже вряд ли могли), — но это всё похоже на португальские одежды. Шестнадцатый век. Конкиста. Один из скитальцев, который стоял к нам почти спиной, резко повернул голову назад, на сто восемьдесят градусов. Чёрные провалы глазниц на уродливом черепе с покрытой струпьями и ранами кожей уставились прямо на нас. Мы резко замолчали, почти перестав дышать. Вся процессия также остановилась. Существа замотали головами по сторонам, клацая оставшимися зубами, щёлкая, взмахивая и шаря руками в воздухе в месте, где два прохода соединялись.

У нас с Нечволодовым почти синхронно потемнело в глазах. К горлу подступила тошнота, захотелось провалиться сквозь землю, быть где угодно, лишь бы не тут.

Прошло полторы минуты. По ощущениям для нас они растянулись на полтора часа. Наконец, путники издали утробный, истошный рёв, заскребли руками по стенам. И ушли. Мы с другом сделали осторожный выдох, затем глубоко вдохнули и переглянулись, так и не сказав ни слова. Послышались стоны и неумелые, неупорядоченные шаги мрачной колонны. Так дёргано ходит младенец, падая и снова поднимаясь на ноги.

В полном молчании мы вышли к проходу и вновь повернули налево. Ни у кого уже не было сил и желания задавать вопрос "Что это было?". Тем более, что никто из нас не знал ответа. И вновь довольно быстро мы с Григорием забыли о встрече. Я тогда не придал (да и не мог придать) особого значения тому, что мой товарищ вместе со мной достаточно быстро успокоился. Словно бы он забыл о том, что с нами приключилось пять минут назад. В конце концов мы заметили, что на земле что-то лежит. Григорий поглядел на меня, затем медленно подошёл к находке.

И в самом деле, перед нами на земле лежал какой-то шлем и большой золотой крест. Шлем был похож на тот, который мы видели на "португальцах" – металлический, с гребнем посередине. Нечволодов достаточно быстро определил его тип: —Морион.. Известная форма, чаще всего такие ассоциируются с конкистадорами. А крест.. Крест тяжёлый, старый, давно тут лежал.. Я думаю, из этого следует вполне определённый вывод. —Какой же? —До нас тут кто-то был. И был ой как давно. А значит, вполне вероятно, что мы тут найдём много таких вещичек. —И вправду.. Но, значит, то были люди? И что же их довело до такого.. —Чем дальше в лес, тем больше партизаны, —пошутил я. Удивительное дело: после такого я ещё шутил! Относился к этому всему с энтузиазмом, чувствовал, как и мой друг, азарт исследователя. Но поверьте, то далеко не наша вина.

Шли дальше мы недолго. Потому что нашли выход. И я, и Григорий отнеслись к этому со сдержанной радостью. Согласитесь, уже много поведенческих странностей? В любой другой ситуации мы бы бегом бежали на свободу, на волю. И уж точно никогда бы больше не совались во всякие экстремальные путешествия.

Но это было не про нас. Неделя прошла в мучительно тяжёлом ожидании выходных. Да, всё верно, мы снова решили отправиться в тоннель. Теперь речь шла не об обычной вылазке, а о полноценной исследовательской экспедиции. О серьёзности наших намерений говорил даже наш список вещей : солидный запас провизии, компасы, две палатки, непромокаемые плащи, инструменты, разнообразное научное оборудование ( от барометра до эхолокатора), несколько мощных фонарей, батарейки, динамо-фонарики, туристические рюкзаки, надувная лодка, альпинистское снаряжение, рации, сигнальная ракетница и, вишенка на торте, два травматических пистолета. Взяли мы с собой и специальные тетради, в которых планировали делать пометки и зарисовки. Собственно, в одной из таких тетрадей я и записываю этот рассказ.

С первого же шага в тоннель мы поняли, что все наши гипотезы подтвердились. Вместо прежде прямого пути сразу за дверью нас встретил крутой поворот налево. Причём этот ход вёл наверх, чего физически быть не могло (ладно под землёй, но не может же существовать такая система в стенах дома!) —Значит, он меняется? — заключил я. —Да, видимо так.. — согласился Нечволодов. —Не повернуть ли назад? —Зачем? — огорошил меня странным вопросом напарник. —Как зачем? А если заблудимся, а тут... эти.. — на втором предложении я, вспомнив, что обитатели этой системы коридоров и тоннелей слепы, сбавил тон. —Ну вышли же тогда.. Значит, и сейчас выйдем!

Я смутился, но не мог же я развернуться и бросить товарища. В этот раз мы, слава Богу, достигли арки быстро и без происшествий. За ней вновь что-то было.

На этот раз никаких оливковых рощ и холмов, а абсолютно другая местность. Обширные луга травы, чистое высокое небо, широкая река, текущая до горизонта.

—Выглядит обнадёживающе! — воодушевился Григорий. —Да. — поддержал его я, — значит, не только тоннель, но и конечная точка меняется, как мы и предполагали ранее.

Мы шли по лугу вдоль поймы реки. По пути нам встречались самые обыкновенные животные: коровы, лошади, лани. В воде плескалась рыба, на редких деревьях ( в которых тоже не было ничего странного – просто берёзы и дубы) сидели воробьи и сойки.

Спустя примерно полчаса на горизонте показался огромный дом. Дом был белым, каменным, словно бы его вырвали из улочек традиционных городов Западной Европы. Нечволодов заметил, что такие дома с фахверком строили в основном в Средневековье – в Германии и в Нидерландах. Никаких признаков жизни не было: дверь была приглашающе распахнута, в окнах не горел свет.
Подойдя ближе мы поняли, что дом этот являл собой один единый особняк на пятерых человек . Внутри было всё необходимое для комфортного проживания – добротная деревянная мебель, печь, доверху заполненная дровница, санузел, душ, столовые приборы в выдвижных ящичках. Словом, дом был готов встречать своих гостей. В тот момент я словил себя на мысли, что этот мир может как-то подстраиваться под нас. Как бы то ни было, мы тут же приняли решение поселиться в нём и использовать в качестве базы для наших изысканий. Так мы провели около двух недель. Днём проводили различные эксперименты и наблюдения, записывали данные, пытались создать карту местности. Вот краткое и неполное перечисление того, что нам удалось установить:
1. Этот мир максимально схож с нашим. Неизвестных растений и животных мы пока не находили.
2. Средняя температура +25 днём и +18 ночью.
3. Луна и Солнце на месте, но звёзды отсутствуют.
4. Физические свойства предметов те же, гравитация в норме.
5. Неизвестных нам веществ или элементов не обнаружено.
6. Сутки длятся 27 часов.
7. Почва плодородна.

По ночам же мы чаще всего отдыхали: играли в настольные игры, что я нашёл на втором этаже дома, занимались своими дневниками или строили теории.

Но не стоит думать, что наше пребывание в этом мире походило на утопию. Произошло как минимум две серьёзные вещи.
Первую мы обнаружили, когда решили пополнить запасы питьевой воды, совершив поход вдоль берега реки к её истоку. Мы вышли из дома, неспеша пошли к реке, и примерно через сорок минут пути заметили, что русло этой реки сужается. Стояла тёплая погода, изредка дул небольшой ветерок. У меня и у Григоря на лицах стояли блаженные улыбки, мы переговаривались о своём. В конце концов, показался высокий холм, у подошвы которого виднелся тоненький ручеёк. Нечволодов подошёл к воде и изучил её, затем набрал в ладони немного воды, отхлебнул и заключил: —Та-ак, чистая, пить можно, примесей нет.. —Прекрасная новость. Мы наполнили фляги, затем оставили на земле непримечательный символ в виде двух воткнтых в неё палок, и уже собрались разворачиваться. Но тут мой взгляд увидел знакомые очертания.

Это была арка. Но вместо прохода в туннель нашему взору предстала огромная отёсанная глыба. Блестящие каменные грани, слово стороны бриллиантового камня, отражали солнечный свет. И вновь я почувствовал смутное ощущение тревоги. Мне стало дурно. Я осознал, что стал пленником этой чуждой мне земли, осознал, что не имею больше возможности к возвращению домой. В глазах потемнело. Вся окружающая картина размывалась и превращалась в мутные цветастые пятна.

Ноги сами понесли меня к арке. Я начал изо всех сил бить по проклятому камню, не ощущая ни боли, ни ни страха, только гнев. Когда костяшки пальцев стёрлись до крови, я начал бить глыбу головой, ногами. Я пытался толкать всем телом перегородку снизу. После я со всей силы ударился всем телом об камень, но лишь отлетел в сторону и, обессиленный, упал на землю и потерял сознание. Так я пролежал минут пять–десять...Очнувшись, я ощутил ужасную боль по всему телу. Голова раскалывась, будто бы по ней били молотом. Перед глазами плясали мушки, некоторое время я не мог пошевелить ни ногами, ни руками. По конечностям разлилась ужасная усталость. Однако спустя минуту–две боль и изнурение начали отступать. Я всё же смог приподняться на руках и осмотреться. Вокруг никого не было. Посмотрев на поверхность камня, я не обнаружил там никаких царапин и никаких признаков изменения его положения. Это было странно: я как только мог пытался убрать глыбу, но почему же не осталось никаких следов? Впрочем, переведя взгляд на землю под камнем, я понял, что произошло. Там виднелась лужа крови, причём не на том месте, где я стоял. От запёкшейся на солнце крови шла прерывистая и непостоянная цепочка следов, рядом с нею алели мелкие капли. Очевидно, они принадлежали Нечволодову. Значит, его охватило то же помешательство?

Следы вели куда-то в сторону, но затем терялись. Я встал и решил проследить, куда пошёл Григорий. Шаги давались мне тяжело. Я шёл минут пять, но так никого и не встретил. Лишь вдалеке показался человекоподобный силуэт. Он бесцельно бродил в траве, периодически падая, затем снова понимаясь, наклоняясь вперёд и выкидывая ноги за туловищем. Прямо как те фигуры в тоннеле. Уже тогда в моей голове появился примерный ответ на вопрос "Что тут происходит?"

С того момента, как я вернулся домой, моя жизнь в этом доме стремительно полетела под откос. Днём и ночью мне казалось, будто бы за мной кто-то смотрит. Каждый раз, когда я набирал воды, мылся или просто гулял около дома (я боялся совершать вылазки дальше знакомых рубежей), я чувствовал чей-то взгляд. Взгляд злобный, хищный и выжидающий. Слышал, как за моей спиной трещат ветки, оборачивался, но никого не видел. Кроме удаляющихся теней.

Дальше становилось только хуже. Хотя физиологические последствия того похода к истокам реки давно прошли, я всё чаще испытывал горечь от своего заточения в этом мире. Всё чаще мне вспоминались дни, когда мы с любопытством первооткрывателя исследовали тоннель, когда шли по его извилистым ходам, чувствуя приятный мандраж. Возникла самоподдерживающаяся спираль: с каждым днём я всё больше замыкался в себе, уединялся в одной комнате на чердаке, пустым взглядом смотря в угол, тоскуя по старой жизни. И от этого моё самоощущение ещё более ухудшалось, порождая всё новые и новые волны апатии и меланхолии.

Вчера я впервые за долгое время посмотрел в окно и обнаружил там Нечволодова. Это даже не вызвало у меня удивления или радости: я пустым взглядом смотрел, как тень моего друга, яркой личности с незаурядным умом и огромным багажом знаний, пытается сделать шаг и не упасть. Менее недели назад он строил гипотезы касательно того, как появились подземные ходы и этот мир. Сейчас же то, что было когда-то Григорием Нечволодовым лишь изредка хрипел отдельные фразы и слова: "арка", "вернуться", "хочу домой".
Сейчас двадцать первый день нашего пребывания здесь. Григорий ходит вокруг дома, периодически с улицы доносятся его стоны и хрипы. Войти внутрь он не решается, да и я больше не хочу его видеть. Слишком серьёзное напоминание о том, как мы жили ещё неделю назад. Я пишу это всё от желания хотя бы на время разрядить обстановку вокруг себя. Да, ещё несколько вещей. На нижних этажах неспокойно. Там как-будто кто-то ходит (дверь закрыта), быстро взбегает на лестницу и так же быстро спускается. Иногда до меня доносится шёпот. Со вчерашнего дня я стал различать отдельные фразы. Разные голоса – мужские и женские, высокие и низкие – шептали, что зря мы сюда явились, что в этом доме я найду свою смерть. Мне было всё равно. За окном периодически также мелькали странные силуэты, из темноты иногда появлялись мелкие красные огоньки. Словно чьи-то глаза, они смотрели на меня. Этот мир с самого начала был ловушкой. Наверняка мы не первые, кто стал его жертвой. Вспомнить хотя бы тех мертвецов из тоннеля. Наверняка они являются одними из тех, кто побывал в этом мире. И кому "посчастливилось" вернуться.

Да, и ещё. В ручке заканчиваются чернила. Кроме того, писать длинные куски текста мне уже не под силу
я пишу это уже час или два потому ч. каждый раз отвл. на минуту забываю о чём пишу

∗ ∗ ∗* * * 22 д.
очень хочется спать но мешают звуки
попытаюсь уснуть
∗ ∗ ∗* * * 23 д.
проспал часов 10 но устал ещё сильн.
сейчас сижу и ч. усталость смотрю в угол
∗ ∗ ∗* * * 25 д.
всё время после пред. записи спал
произошло важное событие
решил зач.-т. спуститься на первый эт. когда спустился обнаружил что все звуки пропали тишина значит всё это были галлюцинации?
∗ ∗ ∗* * * 26 д.
перечитал записи за 22 23
понял что ничего не помню из событий тех дней и всё как-б. в тумане
что произошло? за окном тихо и спокойно
∗ ∗ ∗* * * 27 д.
немного вернулась память
я действительно несколько дней находился в каком-то забытье! помню как думал о самоубийстве и постоянно вспоминал прошлое
прошлое а что там было то?
каждый раз когда мы спускались в тоннель он менялся мы чуть не заблудились встретились с мёртвыми и всё равно продолжали туда ходить!
не болен ли я? может это всё приступ бреда? а может это просто какое-то обострение имевш. бол?
∗ ∗ ∗ 28 д.
я понял что мне ни в коем случае нельзя приближат. к Арке
разве просто из-за нахождения тут Г. стал себя так странно вести и впал в пом-тельство?
нет я впервые за долгое время убрался в доме привёл себя в порядок даже сходил в баню все странности пропали
но я видел Г. он ходил недалеко от дома выворачивал голову в раз. стороны как буд-т. что то искал
значит что то мне не привиделось?
да и заживающие раны ещё видны
∗ ∗ ∗ 29 д.
живу как жил раньше и ничего меня не заботит но я много о чём думаю
в ближайшее время придётся перейти на что то другое например найти карандаш или н. ручку
сч. что все мои предст. об этом мире нуждаются в полнейшем пересмотре
начинаю понимать что на самом деле худшее что я могу сделать это пойти к арке то что создало эти тоннели и арку или даже сама эта система она изменяет поведение человека
я начинаю понимать почему мы раз за разом шли в тоннели как светл. на свет
если вы вдруг найдёте этот дневник и поймёте о чём я говорю
ни в коем случае не проходите через арку
вернитесь домой любыми методами заколотите Дверь и живите спокойно
(все записи до этой перечёркнуты карандашом, но различить можно) порылся в наших вещах и нашёл огрызок карандаша пишет плохо зато сокращать не надо но я уже так привык писать без зн. препинания..
∗ ∗ ∗ 30 д.
(здесь и далее карандашом) плохие новости для меня голоса вернулись, а вместе с ними я чувствую волну апатии
на нижний этаж снова верн. голоса
∗ ∗ ∗ 31 д.
задумался об арке и о том что происходит в этом мире
всё же моя гипотеза недостаточно верна и думаю не имеет прочных оснований
∗ ∗ ∗ 32 д.
я снова чувствую состояние безнадёжности и апатии но ничего не могу
с этим поделать
надо выбираться отсюда
∗ ∗ ∗* * * 33 д.
после перерыва в несколько дней снова вышел на улицу и пошёл по знакомому маршруту к истоку реки..

АРКА ВЕРНУЛАСЬ
ГЛЫБЫ БОЛЬШЕ НЕТ Я ДОЛЖЕН КАК МОЖНО СКОРЕЕ УЙТИ (написано беспорядочно)
∗ ∗ ∗
34 д. весь прежний день был на ногах столько времени сколько уже не был давно
чувствую бодрость и свежесть
собрал все вещи, пора уходить
∗ ∗ ∗ 35 д. прошёл в АРКУ И НАКОНЕЦ-ТО оказался в тоннеле
теперь предстоит путь домой
брожу тут уже полчаса, но всё ещё безмерно счастлив
∗ ∗ ∗* * * какой-то (40?) д.

очень долго сюда не писал
опять чувство будто пробудился ото сна
перечитал свои прошлые записи и понял, что смертельно ошибся
слышу стоны раздающиеся по коридорам
посмотрел на себя обнаружил что ужасно похудел
кожа иссохла и обтончала
губы трескаются но я не чувствую жажды
я около 5 дней бродил по тоннелю и не видел выхода
понял что всё моё пребывание в том мире можно разделить на "просветы" и "забытьё"
в первой фазе я находился сейчас и близко к 30-у д.
во второй всё остальное время
попытался вспомнить родных (не вспомнил), имя Нечволодова (не смог без дневника) и своё собственное (не вспомнил)
обнаружил страшное
постепенно я теряю память
я уже не могу без дневника ничего вспомнить из самого начала а что вспоминаю тут же забываю

я также теряю рассудок
не помню при каких обстоятельствах, но около двух часов назад я получил кучу синяков по всему телу, особенно болят кулаки
догадываюсь что что-то я ими бил
уже отчаялся найти выход
осознаю что я обладаю хоть какими-то остатками разума и памяти пока пишу этот дневник (на бумаге крупные пятна от жидкости)
когда я допишу это я встану, положу дневник куда-нибудь и буду надеяться, что его найдут
а затем отправлюсь в своё вечное путешествие
такое же как и у тех существ каких мы видели
и которых я мельком встречал, насколько вообще могу помнить
прощайте
и помните
если вы вошли сюда через дверь у вас ещё есть шансы

если через арку, то уже, скорее всего, нет

____________________________________________________
UPD: сегодня, когда я зашёл в подвал, я чуть не заблудился. Клянусь, там буквально появилось несколько новых проходов! Мне страшно.
под землей другой мир необычные состояния странные люди
2 123 просмотра
Предыдущая история Следующая история
СЛЕДУЮЩАЯ СЛУЧАЙНАЯ ИСТОРИЯ
3 комментария
Последние

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
  1. Estellan 14 августа 2020 05:18 /
    Кто-нить прочитал? О чем тут? А то я глаза сломал. 
  2. Дроу 14 августа 2020 13:59 /
    Прочла. Видимо так сходят с ума... 
    1. Estellan отвечает Дроу 15 августа 2020 02:09 /
      Ну я что-то такое и предположил...
KRIPER.NET
Страшные истории