Я сижу в тюрьме общего режима уже полтора года. Осталось ровно столько же. Когда меня только привезли, я думал, что худшее — это потеря свободы. Я ошибался. Настоящий ужас не в том, что тебя могут ударить ножом в столовой. Настоящий ужас в том, что ты начинаешь чувствовать что-то, чего не должно быть. Что-то, что живёт здесь, между стен. Что-то, что дышит вместе с тобой и ждёт. Раз в день нас выводят на прогулку. Полчаса. Общий двор, бетонные плиты, колючая проволока. Небо видно только узкой полосой, и оно всегда серое. На прогулке собираются все. Но даже здесь, среди убийц и насильников, есть тот, кого боятся все. Его зовут Седой. За полтора года он убил четырёх человек. В тюрьме, где за каждым шагом следят камеры. Он убивал так, будто стены для него не существуют. Первый труп нашли в его камере. Сокамерник. Без ногтей. Без зубов. Все кости переломаны. Глаза открыты, и в них застыло