Среди дождя » Страшные истории на KRIPER.NET | Крипипасты и хоррор
СЛЕДУЮЩАЯ СЛУЧАЙНАЯ ИСТОРИЯ

Среди дождя

© Олег Кожин
15.5 мин.    Страшные истории    Марго    16-03-2020, 15:14    Источник     Принял из ТК: Helga
Артур Ганин никогда не видел тропического ливня, но всегда считал, что именно так он и должен выглядеть. Бесконечный, низвергающийся с неба сплошной поток. Водопад, прошитый желтыми всполохами молний. Безостановочная барабанная дробь мокрых пальцев по кузову заглушалась близкими раскатами грома — словно Тот, Который Сидит Наверху, набрал щебня в жестяное ведро и трясет им, забавы ради. В Его квартире прорвало трубы, аварийная служба с самого утра увязла в заявках, а Он знай себе сидит, развлекается, разглядывая с безопасного расстояния пресловутые «небесные хляби», и трясет ведром, — шааа-дааах! — пугая маленьких человечков, которые за тысячелетия так и не избавились от суеверного страха перед громом.

Сейчас Артур ощущал себя в самом эпицентре тропического ливня. Только, почему-то, посреди Карелии, которая даже летом мало похожа на тропики. По стеклу без устали сновали взад-вперед захлебывающиеся дворники. Безуспешно пытался пробиться сквозь плотную стену воды ближний свет. Воздух в салоне напитался влагой и озоном, несмотря на окна, наглухо задраенные еще с Питера. Даже руль казался мокрым, хотя Артур прекрасно понимал — это просто потеют от напряжения ладони. Достаточно одного шального лесовоза, чтобы взятый напрокат ярко-красный «опель» превратился в сплюснутую консервную банку. А уж лесовозов на трассе Кола было хоть отбавляй. Потому-то вел Артур предельно осторожно, прилипнув носом к лобовому стеклу. Трасса петляла меж густыми лесами и скалами, и ехать быстрее семидесяти километров в час не получалось при всем желании.

Дай бог такими темпами добраться до незнакомой турбазы под Сумеречами хотя бы к часу ночи. И дай бог нормально разместиться и поспать часов до десяти утра. Иллюзий по поводу сервиса провинциальных турбаз Артур не питал. За девять лет в шоу-бизнесе навидался всякого и знал, что хорошее обслуживание на периферии пока еще скорее исключение, чем правило. Впрочем, если клиент выписывает из Питера ведущего для корпоратива значит, деньги у него есть. Значит и все остальное может оказаться на приличном уровне. Среди коллег по цеху Артур числился на хорошем счету и брал недешево. Особенно по карельским меркам.

— …по словам синоптиков, за два минувших дня в Карелии выпала месячная норма осадков, — монотонно бубнила магнитола.

Блеклый, эмоционально выхолощенный голос диджея навевал тоску. Стоило покинуть Ленинградскую область, как радиостанции начали вытворять чудеса перевоплощения. Там, где обычно ревел «вечно молодой, вечно пьяный» русский рок, поселилась неизвестная карельская станция. Не отрываясь от дороги, Ганин попытался ткнуть пальцем в кнопку автопоиска. Лучше уж «Шансон» или «Радонеж», чем этот занудный тип, жалующийся на погоду.

Палец все никак не мог попасть в нужную кнопку. Пришлось ненадолго оторвать напряженный взгляд от дороги. Но именно эта тысячная доля секунды едва не стала для Артура последней. То ли оскорбленная невниманием дорога подкинула под колеса «опеля» предательскую колдобину, то ли шины потеряли сцепление с мокрым асфальтом, а может просто ослабла хватка на руле — машина подпрыгнула и, взвизгнув покрышками, пошла юзом.

Руки все сделали сами, выворачивая руль в нужную сторону, еще до того как захлебывающийся паникой мозг принялся лихорадочно повторять, — «В сторону заноса! В сторону заноса!». «Опель» завилял покатым задом, мечущиеся фары выхватили вспыхнувший светоотражающей краской знак, странно моргнули и, наконец выровнялись. Только после этого Артур осторожно утопил педаль тормоза. Автомобиль остановился, не доехав до знака метров пять. С такого расстояния надписи отлично читались даже сквозь водную завесу:

Сумеречи 126

Сегежа 198

Автозаправка «ЛУКОЙЛ» 79

Артур облегченно выдохнул. Отпустив руль, закрыл глаза и откинулся на сиденье. Руки подрагивали, рот скривило нервной улыбкой. Несмотря на застоявшийся теплый воздух в салоне, все тело покрылось крупными мурашками. Дыша размеренно и глубоко, Ганин пытался понять, что заставило его так разнервничаться. Местность возле дороги — заросшие травой поляны, плавно переходящие в болота. Ни деревца, ни камня большого, ни фонарного столба. Даже в кювет толком не улететь — съезд на обочину ровный, недавно отсыпанный, с перепадом едва ли в полметра. Мимо не пролетали тяжелые грузовики, даже легковушек не наблюдалось. Не перебегали дорогу дети и беременные женщины. Так отчего все никак не уймутся дрожащие пальцы?

Откинувшись на подголовник, Артур сделал глубокий вдох, окончательно изгоняя противную дрожь. К чему он оказался совершенно не готов, так это к тому, что в закрытом салоне, посреди пустующей трассы, внезапно раздастся глубокий мужской бас. Вскрикнув, Артур подпрыгнул, ударившись макушкой о крышу, и закричал еще сильнее, на этот раз от боли. А затем, услышав, как трещит эфирными помехами ожившее радио, разразился нездоровым нервным смехом. Пока он воевал с дорогой, умный приемник настроил волну! Глубокий, хорошо поставленный голос успокаивал нервно прыгающее сердце. Передавали какую-то проповедь. Вот уж действительно, просил «Радонеж» — получите и распишитесь!

— …витесь и бодрствуйте, ибо дьявол, противник ваш, бродит вокруг, аки лев рыкающий, и ищет…

Артур выдохнул, помассировал виски, и осторожно тронулся с первой передачи. Только перед этим вновь включил радио на автопоиск. Отвлекаться во время езды, пусть даже на крохотную долю секунды, расхотелось напрочь. В этот раз динамики молчали гораздо дольше. Вымокший «опель» одолел несколько километров по относительно прямому участку трассы. Взбираясь на пологий холм автомобиль вновь подозрительно заморгал фарами. На секунду свет пропал совсем, но тут же вернулся. Одновременно с ним вернулось и радио.

— … Там где вода рисует на земле круги,
Ты слышишь, слышишь шаги, —
Идет дождь!

А следом — мелодичные аккордеонные переливы. Поиск закончился, зацепив самый хвост песни, однако «Алисовский» «Дождь» Артур все же узнал. В финале, в мелодию нагло вклинился бодрый джингл незнакомой радиостанции. Впрочем, Артур даже обрадовался окончанию песни. Вкрадчивый голос Кинчева, призраком витающий над темной пустой трассой звучал жутковато.

…ты слышишь, слышишь шаги…

Едва прекратили вибрировать жужжащие электрогитары джингла, в эфир вихрем ворвался голос ночного радиоведущего.

— …это был Константин Кинчев, с песней, что называется, в тему. Для тех, кто только что к нам присоединился, я сообщаю, что сейчас без двух минут полночь, и с вами я — музыкальный синоптик Анастас Львов, на волнах радио «Нежность». Ближайшие пару часов я буду развлекать вас отменной музыкой, передавать ваши приветы и поздравления, зачитывать эсэмэски, а с самыми удачливыми даже пообщаюсь в прямом эфире. Впереди — Вячеслав Бутусов, группа «Тараканы» и многое другое. Судя по прогнозам моих не музыкальных коллег, дождь зарядил надолго, так что лучший способ переждать его — это оставаться с нами! И прямо сейчас — группа «Семь штук баксов», с еще одной погодной композицией, да-да, вы не ошиблись, конечно же — «Дождь»!

Начало песни потонуло в громе аплодисментов и одобрительном улюлюканье. Благодаря этому звуковому эффекту создавалось впечатление, что диджей вещает из живой студии, до отказа забитой зрителями. В своем воображении Артур живо нарисовал павильон, почему-то напоминающий зал телепередачи «Пусть говорят»: широкий пятачок для ведущего, уютные диваны для приглашенных звезд и амфитеатр для зрительской массовки. Сам диджей представился ему высоким тощим субъектом, в мягком пиджаке вырвиглазной оранжевой расцветки, и узких синих джинсах. Сплетенные в замок пальцы подпирают стильно небритый подбородок. Аккуратно уложенные длинные черные волосы падают на плечи острыми прядями. Возле уголка рта, поднятого в ироничной усмешке, застыла дуга беспроводного микрофона. Вот только самого лица «разглядеть» никак не получалось: всякий раз на его месте возникало расплывчатое пятно, или телевизионная рябь. Конечно, рисовать детальный портрет по одному только голосу — дело неблагодарное. Артур прекрасно знал, что многие радиодиджеи, обладатели шикарнейших голосов, зачастую ничем не примечательные люди. Может этот невидимый труженик радиостанции, с нетипичным для рок-волны названием, в жизни — лысый коротышка с пивным брюшком…

— А-нас-тас Льво-уов! — высокими девичьими голосками пропела заставка. — На радио… «Нежность».

— Да, да, с вами снова Анастас Львов и мой музыкальный прогноз погоды! Скажу по секрету: в обозримом будущем мы с вами не увидим ничего, кроме сплошного ливня. Так давайте же вместе пройдем сквозь этот библейский потоп или, по крайней мере, утонем с удовольствием! У меня уже скопилось порядочно ваших смс-приветов, самое время передать их по адресу. Итак…

Впереди влажно заблестело тусклое ожерелье фонарей. Через несколько минут машина въехала в первый кружок теплого желтого света. Трасса перестала казаться инопланетной пустыней, стала уютной, и даже какой-то домашней. Мокрый асфальт под фонарями лоснился, точно бесконечный пояс из черной кожи. Мириады капель очертя голову бросались на него в припадке стадного суицида, и красиво разбиваясь, стекали на обочину прозрачной кровью.

Именно тогда Артур впервые заметил ее в зеркале заднего вида. Высокую фигуру в светло-зеленой армейской «химзе», неторопливо бредущую по неосвещенной стороне шоссе. Она шла, как рекомендуют учебники — навстречу движущемуся транспорту, по самой кромке отбрасываемых фонарями желтых кругов, то сливаясь с тенями, то бликуя скатывающейся с плаща водой. Что-то в походке и манере держаться выдавало в одиноком пешеходе женщину. Что-то, чего не смог скрыть даже бесформенный плащ химической защиты, выменянный или украденный у предприимчивых вояк. Фигура эта ворвалась в поле зрения Артура так быстро, что он лишь успел удивиться, как не заметил ее раньше. Возникла шальная мысль — вернуться назад, подобрать незнакомку, но здоровая осторожность перевесила благородный порыв. К тому же, динамики неожиданно произнесли его имя и фамилию.

— … что она все еще ищет его. И вы знаете, лично я очень завидую Артуру. Всегда приятно, когда кто-то ищет тебя в такую непогоду, правда?! И прямо сейчас немного старой доброй классики — песня «Непогода», из кинофильма «Мэри Поппинс, до свидания!», в исполнении Павла Смеяна. Вот ведь как получается: человека уже три года нет в живых, а он по-прежнему с нами, благодаря своим песням. Итак, «Непогода» на радио «Нежность». С-с-слушаем!

Артур прислушался, но не к знакомой с детства песне, а к собственным мыслям. Показалось? Или только что на незнакомом радио, кто-то оставил ему сообщение? Он попытался вспомнить, о чем болтал неугомонный Анастас Львов.

…Так, что там было-то? Какие-то приветы, поздравления, глупые признания в любви… Так. А потом? А потом точно: просит передать Артуру Ганину, что она все еще ищет его. Или не Ганину? То, что Артуру — сомнений нет, ведущий раз десять повторил. А фамилия? Артуров по всей России — вагон и маленькая тележка. Наверняка и в Карелии найдутся. И Ганиных, вероятно тоже. Но чтобы сразу? Да и кто меня здесь ждет? Липняк разве что?…

Сергей Анатольевич Липняк — заказчик Артура, был человеком состоятельным, по-деловому хватким и совершенно не способным на подобные шутки. Он бы позвонил напрямую, без посредника в лице ночного ведущего. Артур покосился на лежащий на пассажирском сиденье рюкзак, в боковом кармане которого находился телефон. Звонить заказчику в первом часу ночи, чтобы поинтересоваться, не он ли отправил ему радиопривет от женского имени — не самая здравая идея. В который раз Артур мысленно обругал себя, за то, что не поехал, как предлагали: сперва на самолете, а после — на такси, прямо до места. Путешествия захотелось. Приключения.

— Вот и приключайся, теперь, — мстительно пробормотал он себе под нос. — Подводник хренов…

Долгая поездка по непростой дороге измотала его — это Артур признавал. А вот в чем стыдно было признаваться даже себе, так это в том, что одиночество начинало его пугать. Как назло трасса точно вымерла — ни встречных, ни попутных машин не было уже очень давно. От этого действительно становилось не по себе, и в старой грустной песне чудился зловещий подтекст.

— … Никуда-никуда, но знай, что где-то там,
Кто-то ищет тебя, среди дождя…

Вместо привычных кадров из фильма про Мэри Поппинс, перед внутренним взором проплывали жутковатые картинки, складывающиеся в образ некоего существа, рыщущего под проливным дождем в поисках одиноких путников. Не про любовь эта песня, ой не про любовь! Как там сказал диджей?

— …просит передать Артуру Ганину, что она все еще ищет его…

…Кому это понадобилось искать… ладно, пусть не меня, а моего полного тезку? Зачем вообще оставлять такие сообщения? Это же глупо! Ну ищет, и что дальше? Что я… он в смысле, должен сделать, услышав это сообщение? Перезвонить? Кстати, а кто передавал привет?…

По встречной полосе, громыхая и пыхтя так, что было слышно даже сквозь закрытые окна и неумолчный стрекот дождя, пронесся КамАЗ. Кажется, первая машина за последние полчаса. По инерции Артур проводил глазами ее отражение в зеркале заднего вида, и похолодел.

Вдоль обочины, по ободку огибая желтые круги фонарей, медленно плелась одинокая фигура в плаще химической защиты.

Та самая.

Вынырнув из-за скрывшегося во мраке грузовика, она, как ни в чем не бывало, шлепала по шоссе, ставшему одной гигантской лужей. Будто Артур и не обгонял ее десять минут назад. Уверенно шла. Неотвратимо.

Принято считать, что впервые столкнувшись с чем-то анормальным, человек реагирует отрицанием. Когда вокруг реальный мир, в комнате балаболит телевизор, за окном шумят машины, а этажом выше скандалят молодые соседи, трудно поверить в существование чего-то потустороннего. Но ночью, в одиночестве, вдалеке от безопасных огней цивилизации, люди верят сразу и безоговорочно.

Артур поверил сразу.

А еще моментально понял — она ищет его. Как в песне, ищет среди дождя… зачем? Вот в этот момент в мозгу начинали панически скакать образы, окрашенные в тревожный багровый цвет. Разум отказывался думать о том, что может произойти, когда пугающая фигура в плаще настигнет Артура вдалеке от людских глаз.

…Господи, а я ведь едва не подобрал ее! Чуть сам не впустил в салон эту… это…

Как правильно назвать преследовательницу Артур пока не понимал. Твердо знал, чувствовал на уровне подсознания, что встречаться им не стоит. Не сулит ему ничего хорошего такая встреча.

«Опель» вновь магнитом потянуло к обочине. Пришлось на время полностью сосредоточиться на дороге. А когда, выровняв машину, Артур взглянул в боковое зеркало, то почувствовал что сходит с ума. Шоссе оказалось пустым. Мокрая, блестящая и абсолютно безлюдная дорога, ограниченная по сторонам непроглядным еловым лесом. Габаритные огни КамАЗа давным-давно скрылись в ночи, а жуткая фигура… тоже скрылась, сожранная расстоянием, или ее не было вовсе? Нестерпимо хотелось обернуться, или остановить машину и как следует потереть лицо ладонями, отгоняя морок, но Артур боялся выпускать руль из рук. Останавливаться боялся еще больше.

По радио Павел Смеян закончил жаловаться на плохую погоду, конец песни потонул в раскатах грома. Анастас Львов привычно зачитывал смс-сообщения, отпускал плоские шуточки, особо удачные сопровождая звуками студийных аплодисментов. Только теперь Артуру не казалось что это заготовленный звуковой эффект. Не просто заранее записанные хлопки и свист, слышал он, а настоящие эмоции настоящих живых людей, сидящих в настоящей студии.

Или не людей…

Или не живых…

От последней мысли Артур оцепенел. Не осталось в мире иных звуков, кроме сухих шлепков мертвых ладоней друг о друга, кроме шуршания мумифицированной плоти. Даже неугомонный дождь испуганно притих. Воображение, ранее нарисовавшее радийный павильон, мгновенно населило его ожившими трупами. Раздутые утопленники, почерневшие висельники с вывалившимися языками, самоубийцы, красующиеся новенькими разрезами на запястьях, и даже разложившиеся едва ли не до скелета мертвецы — все они яростно аплодировали остротам высокого субъекта в оранжевом пиджаке и тесных джинсах. Свистом и хриплым рычанием поддерживали шоумена, чье лицо Ганин все никак не мог представить.

— …довольно расплывчатый привет, который звучит следующим образом: «Артурчику на красном «опеле»: мы обязательно встретимся!». Тут бы очень в кассу легла песня Дельфина, которая прямо с этой строчки и начинается, но поскольку сегодня я, хоть и музыкальный, но все же синоптик, песни у нас будут исключительно погодные. Или, точнее сказать, непогодные. Еще одна «Непогода», на радио «Нежить»! На этот раз в исполнении группы «Тараканы».

Бодрые панк-рок рифы уже мчали песню в эфир, а Львов все еще говорил.

— А я хочу еще раз напомнить Артуру, что кое-кто до сих пор ищет его. Ищет среди дождя, дорогие друзья, вот так-то!

Звукорежиссер начал плавно выводить музыку на нужный уровень. Но до того как эфир заполнился хриплым голосом Сида, Артуру показалось, что он услышал окончание монолога Анастаса Львова.

— … и найдет, будь уверен, и выгрызет твои внутренности…

Сказано было без угрозы, без дешевого театрального смеха, но так, что Ганина проняло до самых печенок. Сразу стало понятно: действительно — найдет. Со всеми последствиями. Мелко задрожали руки, а затылок съежился, словно его обдало холодным воздухом.

…Артур Ганин. Красный «опель». Не слишком ли много совпадений? А еще эта идиотская оговорочка с названием радиостанции… Или не оговорочка? Диджей действительно сказал «радио «Нежить»?…

— … Кто-то ищет тебя-я-ааа, среди-и-иии дождя!

В колонках ярились неугомонные «Тараканы». Черная скатерть дорожного полотна, прошитая белой строчкой разметки, стелилась под колеса «опеля». Вереница фонарных виселиц осталась далеко позади, отражаясь в боковом зеркале бусинами призрачных огней. Погрузившаяся во тьму Кола уводила машину в не имеющую дна пропасть, заполненную черной ватой. Постепенно исчез грохот разудалого панк-рока, да и остальные звуки как-то поутихли. Исчезли все цвета, кроме цвета ночи и желтого света фар. В этой исчезающей вселенной Артур вдруг почувствовал жизненную необходимость позвонить кому-нибудь. Просто, чтобы убедиться, что весь остальной мир еще существует. Что он не сошел с ума. В конце концов, просто для того, чтобы услышать голос другого человека.

…голос живого человека…

Держа руль одной рукой, второй он зашарил по рюкзаку, вынимая мобильник. Не глядя ткнул двойку и вызов — быстрый набор отцовского номера. Почему-то сейчас ему хотелось поговорить именно с ним. Тягучие гудки длились запредельно долго. Наконец в трубке щелкнуло, зашуршало и из нее донеслось сонное:

— Говорите…

— Пап, извини, что так поздно, тут такое дело, — заторопился Артур, но резко осекся. Отец никогда не отвечал на звонок таким странным образом. Он всегда коротко бросал «да?!». В редких случаях говорил «алло?!». Да и голос… смутно знакомый, но точно не отцовский… и непонятное дурацкое эхо, будто бы звучащее прямо в салоне, это… это же…

— Говорите, вы в эфире, — Анастас Львов продублировал предложение одновременно в колонках и динамике телефона.

От неожиданности Артур выронил телефон. Изнутри, откуда-то из глубины грудной клетки начал подниматься дикий крик. Нестерпимо захотелось бросить руль, заткнуть уши ладонями и орать, пока все это не кончится, или пока какой-нибудь очередной встречный грузовик не раскатает «опель» в тонкий металлический блин, с начинкой из мяса и костей. Но шейные мышцы конвульсивно сжались, и истеричный вопль застрял в пересохшем горле. Оцепеневшие пальцы впились в руль, как в спасательный круг. Тело Артура потеряло связь с мозгом и вело машину на одних рефлексах. А его хозяин, внутренне сжавшийся до размеров маленького перепуганного мальчика, слушал… слушал… слушал…

— Ну, скажите же хоть пару слов! — Анастас Львов резко разбил повисшую тишину. — Вас тут целая студия ждет, Артур…

Холод переполз с затылка на позвоночник. Колониями мелких мурашек лед начал расползаться по всему телу. Ощущая, как крошатся трущиеся о веки ледышки застывших глаз, Ганин посмотрел в зеркало заднего вида.

Она была там. Шла, разрезая падающую с неба воду, словно небольшая лодка. Искала его — Артура, среди погодного хаоса, среди всемирного потопа, чтобы вырвать ему сердце и усадить среди других мертвецов в безумной студии Анастаса Львова…

— …да, в конце концов, Артур, прекратите коверкать мое имя! — возмутились колонки и трубка. — Не Ана-стас. А-на-тас. Без всяких лишних «эс», попрошу!

В голове Артура все перемешалось: поставленный голос диджея, вопли гостей, напоминающие визг стада голодных свиней, какой-то далекий утробный рык, нечеловеческая диссонансная музыка, и, отчего-то, голос проповедника, которого он так опрометчиво переключил…

…трезвитесь и бодрствуйте, ибо дьявол, противник ваш, бродит вокруг, аки лев рыкающий, и ищет… ищет среди дождя кого бы поглотить! Выжрать внутренности своей пылающей пастью, аки рыкающий лев! … лев… Львов… Анатас Львов… А-на-тас…

— А-на-тас Льво-уов! — пропели динамики. — На радио… «Нежить».

Буквы диджейского имени сами выстроились в обратном порядке. Подавленный крик продрался сквозь сведенное спазмом горло, и, оказавшись наружи, заполнил собой весь салон «опеля». Утопив педаль газа до самого пола, Артур вслепую понесся сквозь плачущее небо. Вдогонку ему «Неприкасаемые» пели о «Городах, где после дождя дымится асфальт» и неутомимая странница в мешковатом армейском плаще шла по его следу.

Он не мог сказать точно, сколько времени занял этот бессмысленный, заранее обреченный на провал побег. Когда впереди зажглись огни заправочной станции, в колонках играла уже другая песня, стрелка спидометра одержимо рвалась к ста пятидесяти, а жуткая фигура по-прежнему шагала в некотором отдалении, не отстав, но и не приблизившись ни на метр. Перепуганный куда более осязаемой угрозой — вылететь на большой скорости с дороги — рассудок Артура быстро вернул контроль над телом.

Затормозить постепенно не получилось. С проворством деревянного костыля нога ударила по педали. Слишком резко. Слишком сильно. «Опель» завертелся, как фигурист, исполняющий сложную программу. К горлу рванула горькая желчь, в висках запульсировала кровь. Мысленно прощаясь с жизнью, Артур широко распахнул глаза. Выполнив идеальный полицейский разворот, «опель» замер, заглохнув. Замер и его водитель.

От навалившейся тишины звенело в ушах. Лишь спустя несколько секунд сквозь вату пробился барабанный бой капель по крыше. Ганин смотрел на дорогу и отказывался верить глазам. Снова пустая трасса. Только где-то вдалеке с невысокого холма сползают приближающиеся фары. Он суетливо перевел взгляд на зеркало заднего вида, боясь, что каким-то непостижимым образом преследовательница вновь окажется у него за спиной.

…прямо в салоне… она будет сидеть прямо в салоне… она все же нашла тебя среди этого треклятого дождя…

Пусто. Заправка уже совсем рядом. Ее холодные энергосберегающие лампы излучали спокойствие. Они были реальны, как дорога, как окружающий ее лес, как этот чертов бесконечный ливень. Большие буквы «ЛУКОЙЛ» походили на вывеску гостиницы или ночного клуба. Похоже, это была та самая заправка с дорожного знака, в который он едва…

Догадка пришла к Артуру не озарением, не яркой вспышкой. Она по-змеиному вползла в мозг, угрожающе шурша чешуйчатой кожей, роняя с тонких изогнутых клыков капли яда. Холодея от собственных мыслей, Ганин крутанул ключ в замке зажигания. Вместе с гудением мотора в салон ворвалась агрессивная напористая музыка. Какие-то ню-металисты истязали гитары и микрофоны, на два голоса рыча что-то невразумительное. Не понимая большинства слов, Артур знал, что их песня о дожде. Конечно о дожде, о чем же еще…

До предела выкрутив руль, Артур повел «опель» к заправке. Пересиливая себя глубоко вдохнул и посмотрел в зеркало. Даже почти не испугался, увидав уже знакомый плащ. Проверяя догадку, перевел взгляд на боковое. В нем отражалась только темная дорога, лес и падающая с небес вода.

Поворачивая к заправочной станции, Ганин раскладывал по полочкам полученные факты, чувствуя, как начинает успокаиваться. В происходящем появилась, если не логика, то какой-то намек на закономерность. Зеркала, показывая разную картинку, не запутывали ситуацию, а напротив — проясняли. Потому что одно из них, по сути, зеркалом не являлось. Над лобовым стеклом висел небольшой монитор, транслирующий задний вид. Дурацкий аксессуар с кучей ненужных дополнительных функцией типа календаря или плейера. И от этого плясала цепочка Артуровых мыслей. Игнорируя бензоколонку, он подъехал сразу к зданию, служащему одновременно кафетерием, минимаркетом и туалетом для посетителей. Торопливо снял с зеркала видеорегистратор, Ганин выскочил из машины. За секунду до того, как окончилась песня, и девушки с ведьминскими голосами протяжно завыли:

— Раааа-дии-о «Не-жить»!

В зал он влетел, едва не сорвав с петель прозрачные двери, — всклокоченный, помятый, вымокший в долю секунды. Внутри оказалось в меру прохладно, сухо, а главное, играла какая-то нейтральная успокаивающая музыка, как в крупном торговом центре. Хмурый охранник напрягся, не сводя глаз со странного посетителя, и Артур, быстро миновав пустые столики и стойки с журналами, прошел прямо к кассе.

— Доброй ночи, — заученно приветствовала Ганина симпатичная рыженькая девушка.

По ее глазам, по вымученной настороженной улыбке, Артур понял, что выглядит очень плохо. Безумно. Пугающе. Как наркоман при ломке.

— П-простите, — вместо приветствия выдавил он, — а можно у вас где-нибудь вос-спользоваться… — он потряс видеорегистратором и, наконец, закончил, — к-компьютером.

— Лен, все нормально? — охранник подошел со спины.

Артур смотрел на рыжую Лену с мольбой. Губы его подрагивали.

— П-пожалуйста, — прошептал он.

— Да, Сереж, все нормально.

Девушка внимательно изучала ночного клиента. Затем кивнула и вытащила из-за стойки раскрытый нэтбук, зеленеющий полем не собранного «Паука». Перед тем, как пододвинуть компьютер Ганину, она подалась вперед, тихонько спросив:

— У вас все хорошо? Вам чем-то помочь может?

Отрицательно помотав головой, Артур торопливо принял нэтбук. Соединить с ним видеорегистратор удалось не сразу, — тряслись руки. Пока шел поиск устройства, устанавливались нужные драйвера, Ганин поднял глаза на кассиршу Лену.

— С-спасибо… вы и так уже очень помогли. Правда.

Склонившись над экраном, Артур принялся просматривать видео, выискивая то самое место, в котором все началось. Чтобы не слышать голос дьявольского диджея с несуществующей радиостанции, звук он выключил. Очень своевременно. Отмотав наугад бегунок видеозаписи, Артур точнехонько угодил в нужный отрезок времени. В ту самую секунду, когда он опрометчиво отвлекся от дороги, пытаясь переключить станцию. Туда где…

…автомобиль мотнуло влево, через всю встречную полосу затаскивая на обочину. Тонкая фигурка в «химзе» появилась неожиданно, выпрыгнула из-под колес, как чертик на пружинке. Они могли разминуться лишь чудом, на которое уже не оставалось времени. Да и где набрать столько чудес, чтобы хватило на каждого? Широкий передок «опеля» ударил ее по ногам, опрокидывая спиной на капот. Будто пытаясь выполнить недокрученное сальто назад, тело врезалось в лобовое стекло. От удара испуганно разбежались угловатые змеи трещин. Сбитый пешеход скатился с капота и остался позади виляющей из стороны в сторону машины. А потом…

… а потом он остановил взбрыкнувший «опель». Привел нервы в порядок. Переключил-таки радиостанцию и… просто поехал дальше.

Сжав кулак, Ганин до боли вцепился зубами в костяшки. То, что он увидел, казалось таким же нереальным, как вещающий в прямом эфире Дьявол… но это произошло на самом деле. Он сбил человека и скрылся. Воровато оглянувшись через плечо, Артур попытался через прозрачные двери разглядеть прокатный автомобиль. А точнее вмятину на капоте и трещину на лобовом стекле, которые до этого упрямо не замечал. Стер из памяти. Выбросил из реальности вместе с аварией. Как и те три кружки пива, что хлопнул с приятелями в «СПБ» перед самым отъездом…

…трезвитесь! трезвитесь и бодрствуйте, ибо дьявол, противник ваш…

— Молодой человек, вам помощь нужна?

Вздрогнув, он обернулся, торопливо опуская крышку нэтбука. Рыжая Лена смотрела на Артура с сочувствием и опаской. Почудилось, или ее украшенный конопушками носик скривился от запаха перегара?

— Помощь… — шепотом повторил Артур. — Ей нужна моя помощь…

И тут же бросился на улицу, не обращая внимания на крик кассирши:

— Молодой человек, вы забыли!

В спешке Артуру показалось, что машина тронулась сразу с третьей передачи. Выехав на шоссе, он быстро переключился на пятую, и дальше ехал, не снижая скорость. Ему чудилось, что летящий на пределе своих возможностей «опель» пробивает в стене дождя тоннель, как роющий землю крот. Сбитые капли растекались по лобовому стеклу, слезами, которые никак не могли стереть черные пальцы дворников, противно скребущих по ветвистой трещине. Радио то ревело электрогитарами, то тихонько бренчало акустикой, — только про дождь, все время про дождь! — бесновался безликий Анатас Львов, рычала населенная мертвецами студия. Поглощенный забегом наперегонки с чужой смертью, Артур их почти не слышал. Каким-то невозможным образом ему удавалось разминуться со всеми встречными и попутными машинами, не вылететь с трассы, не перевернуться на повороте. Расстояние, которое он преодолевал почти час, в обратную сторону уложилось в пятнадцать минут.

Он обнаружил ее там, где и рассчитывал, — недалеко от указательного знака. Нашел только потому, что знал, где искать. Сперва ему показалось, что сверкнувшая молния выхватила из темноты груду мокрого тряпья, лежащего далеко на обочине, среди высокой травы, потускневшей от выхлопных газов. Плащ химзащиты сослужил своей хозяйке плохую службу, укрыв не только от дождя, но и от взглядов проезжающих мимо водителей.

Выскочив из машины, Артур бросился к телу. Без колебаний опустился на колени, прямо в глубокую, бурлящую лужу, — он и так уже вымок до нитки. Задрожал всем телом, но все же вцепился руками в тонкие плечи и перевернул ставший реальностью кошмар. Смывая кровь и грязь, тугие струи ливня принялись хлестать неподвижное разбитое лицо, будто пытаясь привести девушку в чувство. Она оказалась миленькой, даже симпатичной, и нисколько не страшной. А еще невесомо легкой.

Уложив ее на заднее сиденье, Артур насколько сумел, расстегнул застежки плаща и убедился, что девушка дышит. Мельком ужаснулся, представив, как будет возвращать машину в автопрокат. Салон вымок и перепачкался грязью чуть ли не до потолка.

— Плевать. На все плевать, только выживи! Я тебя очень прошу… — прошептал он, и в порыве странной нежности убрал с бледной щеки выбившуюся мокрую завитушку черных волос.

Оббежав автомобиль, Артур плюхнулся на сиденье. По-гонщицки лихо рванул с места, пытаясь нагнать упущенное время. Стучал по крыше дождь, вечный, как само время. Скрипели усталые дворники. Отмеряя минуты, размерено бухало сердце. Громко работала магнитола, по-прежнему настроенная на волну радио «Нежить».

— Вы молодец, Артур! Вы даже не представляете, какой вы мо-ло-дец! — умилялся Анатас Львов. — Эти аплодисменты, вы слышите их? Они ваши! Заслуженно!

Голос ведущего на время потонул в гуле безумствующей студии. Мертвецы ревели и кричали на грани экстаза, топоча ногами от избытка обуревающих чувств.

— Вы все-таки нашли друг друга, Артур! Среди этого с-с-сучьего дождя, вопреки всем преградам и препятствиям — нашли! И как говорили пираты — разрази меня гром! — это надо отметить! Специально для вас, Артур, можно сказать именная песня! Как всегда, на радио «Нежить»!

— Я придумал тебя, придумал тебя,
От нечего делать, во время дождя…

Краем уха Артур слышал песню. Даже узнал «Наутилус Помпилиус» и неосознанно шепотом подпевал знакомые слова. Но мысли его уже унеслись далеко вперед, в будущее. В светлую приемную больницы, куда он приедет, непременно приедет, успеет привезти эту незнакомую девчонку до того, как…

— Ты стоишь у порога, в белом плаще.
С черных волос на паркет стекает вода.
Слишком поздно пытаться тебя передумать назад…

Спрятанное за переломанной грудной клеткой сердце конвульсивно дернулось в последний раз, и затихло. За спиной Артура медленно поднялась темная фигура, закутанная в покрытый грязью плащ химической защиты. Округлая макушка капюшона, скрывающего лицо в глубокой тени, смялась о крышу. В пол глухо стукнулись тяжелые раздвоенные копыта. Но за шумом дождя Артур просто не услышал этого страшного звука.

— Ты уйдешь вместе с тем, кто придумал тебя… — пророчески пело радио.
видения дорога нечистая сила призраки
2 286 просмотров
Предыдущая история Следующая история
СЛЕДУЮЩАЯ СЛУЧАЙНАЯ ИСТОРИЯ
0 комментариев
Последние

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Комментариев пока нет
KRIPER.NET
Страшные истории