Я очнулся в кромешной темноте. Всё тело ныло, будто последние сутки я разгружал вагоны без продыху. Не осознавая себя, я попытался нащупать рядом хоть что-нибудь, что помогло бы прояснить моё текущее положение. Ладони коснулись влажного, холодного пола. Немного поводив ими из стороны в сторону, я не обнаружил ничего, кроме каменной крошки, мелких осколков стекла, которые больно впивались мне в пальцы, и каких-то плиточных обломков. 
Я не понимал, что это за место, не помнил, как тут очутился, более того - я даже не знал, кто я такой. Темнота, холод и сырость - единственные проявления внешнего мира, которые я мог чувствовать на данный момент. Всё моё мироощущение сузилось до этих крохотных, давящих своей затхлой теснотой, рамок.
Меня легонько потрясывало, пропитавшаяся влагой одежда неприятно липла к телу. Попытавшись подняться я упёрся головой в каменный потолок, с которого тот час посыпалось пыльное крошево. Воздух заполнили микроскопические частички, неприятно щекочущие нос при каждом вдохе, в волосы забились комья грязи.
Это место казалось довольно тесным, но немного поводя руками вокруг себя я обнаружил, что чем дальше стена уходит от моего нынешнего положения, тем шире становится пространство... пещеры?
Видимо, я очнулся в каком-то закутке, если продвинуться чуть дальше, то, возможно, хотя бы получится понять, где я вообще нахожусь.
Решившись, я двинулся вперёд. Вокруг была всё та же непроглядная темнота, под ногами хрустели осколки, казалось этот путь ведёт в никуда, но я продолжал медленно идти переступая с ноги на ногу. Не знаю сколько я так бродил по этому тоннелю, но за всё время я так и не обнаружил ни единого ответвления. И вот, когда я уже было отчаялся, тьму прорезал слабый отблеск. Сердце заколотилось и я ускорил шаг, с каждым пройденным метром свет становился всё отчётливее. Наконец я уже мог видеть за краем пещеры очертания неопределённых размеров пространства, которое, тем не менее, было на порядок просторнее той дыры, по которой мне приходилось "ползти" всё это время.
Переступив порог тоннеля, я чуть ли не кубарем вкатился в открывшееся мне помещение. Которое представляло собой огромный купольный свод, возвышающийся на четырёх колоннах. В центре, прямо под куполом, расположился фонтан. Именно этот фонтан излучал то слабое свечение, которое привлекло меня к этому месту, как мотылька, что летит на пламя свечи.
Наблюдая за необычным явлением, я не решался подойти ближе. В воздухе само собой повисло напряжение. Нет, вполне вероятно, что фонтан был чем-то обработан, имел фосфоресцирующее покрытие и всё в таком роде, но сам факт: кроме фонтана других источников света не было. Да и само состояние помещения не сильно отличалось от той пещеры, откуда я какое-то время назад вылез. Всё выглядело запущенным, потрескавшимся и изжившим себя. Грязь, паутина и плиточное крошево - вот что окружало меня. А посреди всего этого апофеоза тленности возвышался, изливая бледный, мертвенный свет, монументальный четырёхъярусный фонтан. Расстояние до него было приблизительно метров десять, и как бы странно, и возможно глупо, это не прозвучало, но именно сейчас, впервые с момента пробуждения в этом странном месте, я почувствовал страх за свою жизнь.
Ладно, в любом случае, я тут не на прогулке. Я нахожусь хрен пойми где и не имею ни малейшего представления как от сюда выбраться. Попытавшись отогнать накатившую панику, я двинулся по направлению к фонтану. Подойдя практически вплотную к каменной ограде, которая окружала злополучный фонтан по всему периметру, я попытался найти глазами хоть что-то, что помогло бы мне понять, где я нахожусь. Как вдруг, совершенно неожиданно, с противоположной стороны ограды раздался тихий смешок. Сердце моё упало в пятки и не в силах пошевелиться я застыл как истукан, судорожно пялясь в то место, откуда, как я был уверен, только что раздавался чуждый здешнему окружению звук. Не заставив себя долго ждать из-за обратной стороны на ограду запрыгнуло маленькое существо, девочка - понял я приглядевшись.
Не могу сказать, что она выглядела очень уж пугающе, но сам факт неожиданности произвёл на меня сильное впечатление, поэтому я продолжал пялиться на неё, стараясь при этом не шевелиться.
Между тем девочка вела себя довольно странно: сидя на корточках она водила головой из стороны в сторону, принюхиваясь своим маленьким носиком, как какая-нибудь собачка, глаза её при этом были плотно закрыты. И чем дольше я вглядывался в её лицо, тем несостоятельнее становилось моё недавнее утверждение. Девочка не просто вызывала у меня страх своим поведением, в её лице тоже было что-то неестественное, что-то животное.
С каждой секундой напряжение нарастало, я нервно сглотнул, и кажется девочка учуяла меня, моё волнение.
Она перестала слепо водить головой и обратила лицо точно на меня, после чего тихо хмыкнула.
Медленно, будто стараясь не спугнуть, она начала улыбаться: сначала одними только уголками губ, потом всё шире и шире, пока улыбка не достигла того предела, когда губы уже должны были разомкнуться. После чего она открыла свой рот, полный острых, натурально собачьих зубов, и протянула: "Й-а-а".
Оцепенение сменилось животным ужасом, я резко развернулся и побежал не разбирая дороги. Единственное, что я успел заметить - туннель тут был не один. Прежде чем забежать в самый широкий из проходов, я заметил как минимум с десяток подобных пещер по каждую сторону. Я нёсся отбиваясь руками от висящей то тут, то там паутины, глотал и плевался пылью, но продолжал бегать в полной темноте. Не знаю сколько времени прошло, но вскоре, я заметил впереди слабый свет. Я даже не успел ни о чём подумать, как уже вылетел в центр просторного помещения - того же самого помещения, с купольным сводом и фонтаном под ним. Я попытался затормозить, но опрокинулся на спину и на полном ходу впечатался в ограду. Сердце бешено колотилось, я лежал на земле и глотал ртом воздух. На какое-то мгновение я вновь забыл обо всем, что меня окружает: я не понимал где я, не помнил, как тут очутился, и всё ещё не знал, кем являюсь.
Но это мгновение длилось не долго, переведя взгляд, я заметил её, заметил её руки, что тянулись в мою сторону.
Я бежал, бежал не помня себя, не разбирая дороги. Всё тело болело, будто я несколько суток подряд разгружал вагоны. Одежда была мокрой от пота и неприятно липла к телу. Кажется я видел тот фонтан ещё несколько раз, точно не помню.
Совсем выбившись из сил, я решил отдохнуть прямо в тоннеле, в кромешной темноте, окружённый грязью и осколками плитки. Присев на корточки, я опёрся спиной о стену и погрузил лицо в грязные ладони, через какое-то время ноги подкосились и я сполз вниз. Кругом была тишина, абсолютная, гробовая, и только сердце колотило мне по вискам, заставляя сильнее жмуриться. Просидев так бог знает сколько, я убрал ладони от лица и открыл глаза. Вокруг была всё та же непроглядная темнота, но краем глаза я заметил какое-то белое пятно, которое виднелось по правую сторону тоннеля. Повернув голову, я стал всматриваться в него. Пятно неумолимо приближалось ко мне, становясь больше и осязаемее с каждой секундой. Вокруг было холодно и сыро, пятно двигалось всё быстрее и вскоре я смог разобрать аккуратные, девичьи черты лица. Где-то в глубине моей души возникла тревога, но у меня не осталось сил даже отвести взгляд.
Лицо приблизилось ко мне вплотную и улыбнулось, обнажая свои собачьи клыки.
- Па-па, - произнесло существо, после чего раскрыло глаза.
Я с трудом открыл старую деревянную дверь и прошёл в слабо освещаемую комнату. Всё вокруг было до боли знакомо: надёжная но потёртая советская мебель, скрипучая кровать. Стол с разложенными на нём учебниками и тетрадями, настольная лампа.
Посреди комнаты, спиной ко мне, сидела маленькая рыжеволосая девочка. Услышав моё приближение она развернулась и уставилась на меня своими большими чёрными глазами. В глазах этих искрились и танцевали звёзды.
- Папа, зачем ты убил меня? 
- Я?.. я не знаю...
- Папа, зачем ты убил нас?
Я отшатнулся, нащупал рукой дверную ручку, при этом не отрываясь смотря в глаза этой девчушке.
- Мы есть всё и мы есть ничто, мы пустота и мы бесконечное множество, мы это ты.
Я развернулся, отпер замок и шагнул в пульсирующую темноту дверного проёма...
Время текло нестерпимо медленно, я неподвижно сидел прижав колени к груди, вслушиваясь в ничто. Неожиданно до моих ушей донёсся какой-то шорох, я открыл глаза и заметил приближающегося ко мне из темноты побледневшего и запыхавшегося мужчину. Я одобрительно хмыкнул, губы непроизвольно расплылись в широкой улыбке, обнажая острые зубы.