Я увлекаюсь криптозоологией. Многие мои друзья и знакомые обсмеяли меня на эту тему, дескать вот, ещё один, пошёл искать Снежного Человека или Лох-Несское чудище. Вот только им невдомёк, что это вполне серьёзное дело – искать животных по пространным описаниям или косвенным свидетельствам. А ведь многие криптозоологи реально находили различную живность, причём довольно редкую, вроде африканских латимерий. Да и надо постараться понять, что за тварь опишет какой-нибудь очевидец. Бывает, читаешь описание, думаешь, что самого чёрта из ада малюют, а потом узнаёшь, что так описали какую-нибудь пёструю птичку размером с муравья. Да и стоит ли винить людей за ограниченность, интернета-то тогда не было, а с образованием было туго, вот и описывали как есть.

Моё увлечение разделял мой давний товарищ Макс. Помню, мы ездили за три девять земль, чтобы найти какого-нибудь криптида. До сих пор вспоминаю, как мы ездили в Монголию за легендарным Олгой-Хорхоем и в итоге мы бегали от местных змей. Или как мы ездили к далёкому Лабынкырскому озеру ради тамошнего «чёрта».

Однажды Макс мне скинул инфу с форума криптозоологов. Там обсуждали странную тварь, что паслась где-то у Кавказа. Очевидцы утверждали, мол чудище по ночам скот жрёт, а бывало и собак. Вместе с информацией была ещё фотка, где кто-то держал крохотный клочок шерсти, говаривали мол от существа остался. Я особого значения не придал, подумаешь, может там волк завёлся, будто-никогда такого не было. А шерсть? Может тоже с волка или и вовсе шутник какой-то из щётки вырвал и выдаёт за нечисть.

Впрочем, у нас с Максом возникло желание узнать побольше про нашего «Волка». Мы собрали снарягу: палатку, спальники аппаратуру, камуфляж – и на Кавказ.

Дорога нас привела в какой-то глухой аул в Дагестане. Там нас сориентировали к скотоводу, что за ночь не досчитался нескольких голов скота и собаки. Старик нам рассказал, что услышал, как забеспокоились овцы и залаяла собака, но когда он пошёл на шум он увидел, что всё уже успело произойти. От нескольких овец ничего не осталось, а от собаки только ошейник. Он показал на клок вонючей шерсти, что он нашёл в загоне. На ощупь он казался одновременно и жёстким, как ворс из щётки, и мягким, как пух. И цвет у неё был такой будто он от освещения менялся: на солнце он был тёмно-серый, а во тьме он сливался, будто его и вовсе не было.

Макс был полон энтузиазма. Он горел желанием побольше узнать эту животину. Я же чувствовал нарастающее недоумение. Ещё больше я недоумевал, когда мы осматривали территорию этого горе овцепаса. Мы не видели никаких следов, кроме человеческих, и овечьих. Ну, а собачий след от волчьего я бы смог с полпинка отличить. А когда мы осмотрели забор, моё недоумение обернулось ещё более неприятным удивлением. Ладно деревянный, высокий, выше нас с Максом будет. Нет, через такой никакой волк бы не перепрыгнул, будь у него грация кошки. Да и на птицу не тянет, чтобы собак с овцами ловить. Тут даже Макс смекнул, что дело какое-то нечистое.

Когда мы вышли со двора, старик показал нам небольшую рощицу рядом с его участком. Мы быстро осмотрели её, благо, она была совсем крохотной. Но даже в ней мы нашли то, что зацепило наше внимание. Посреди деревьев мы обнаружили кости какого-то животного. На вид они были совсем старые, но стоило нам их осмотреть, так нас зацепила одна деталь – на них не было следов зубов. Мы поначалу подумали что животное просто умерло, но тут Макса будто молния поразила. Потом дошло и до меня, ибо скелет животного был практически целыми. В идеале, если бы оно умерло само, то его бы потом растащили падальщики. А тут он лежит, будто его никто не трогал. И вновь мы почуяли знакомую вонь. Может просто сходство, может нет, но от скелета разило примерно также, как от того клока шерсти, что показал нам старый овцепас. К этому моменту моё недоумение сменилось тревогой. Существо не оставляло следов, воняло, аккуратно преодолевало высоту, не грызло кости.

С этими мыслями мы с Максом разбивали наш импровизированный лагерь на границе с лесом. Он тоже выглядел потрясённым, хотя и старался держаться бодро. Огонь мы не разводили, не хотели чтобы нас заметили. Когда уже основательно стемнело, мы оделись в камуфляж и стали следить за пространством между рощицей и участком старика овцепаса. Дежурили мы поочерёдно.

Когда я дежурил, времени было уже пол первого ночи. Я осматривал территорию сначала тепловизором, потом прибором ночного виденья. Было темно, слышно было только сверчков и немногочисленных птиц.

Мои глаза потихоньку начали слипаться и болеть от постоянной смены визоров. Когда на часах было 02:00, сквозь зелень ПНВ я заметил какое-то шевеление. Я потёр глаза и вновь уставился. Но мои глаза меня не обманывали.

Кромку леса осторожно, словно по минному полю, пересекало какое-то тёмное облако. Здоровенная чёрная масса медленно и бесшумно перекатывалась по земле. Я осторожно потормошил Макса. Тихо матерясь, он подполз ко мне и я дал ему визор.

- Снимай! - шепнул он. Он не отрывался от ПНВ, будто приклеился к нему. Я же достал камеру для ночных съёмок.

Ползучее облако замедлило свой ход, пока и вовсе не остановилось. Оно растянулось и стало походить на здоровенное бревно. Потом оно приподнялось. И обернулось к нам.

Мы вжались в землю и замерли, как мышата перед змеёй. Моя рука дрожала, но я продолжал снимать. Оно смотрело в нашу сторону и стояло истуканом. Его глаза мелькали вспышками. Два маленьких огонька рыскали по пространству. Нам казалось, что они задерживались на нас.

Только сейчас я стал понимать, что это никакое не облако. Это было живое существо. Криптид, которого мы и искали. Но это осознание не успокаивало нас. Мы чувствовали, как кровь в жилах обращалась в лёд. Мы не то что шевелиться, даже издать лишний раз вздохнуть боялись. Удушливый страх давил нас, царапал изнутри.

Время тянулось для нас как резина, казалось, что протекла вечность. Наконец, криптид отвернул от нас то, что у него было головой. Он вжал в себя своё бесформенное тело и продолжал перекатываться как шарик. Шерсть скрывала всё тело, делая его ещё менее определённым. Будто она шевелилась сама по себе, а не просто покрывала его.

Как завороженные, мы продолжали смотреть на него передвижение. Мы увидели его перед самым участком овцепаса. Сначала он остановился перед забором. Потом он прислонился к нему. И стал подниматься к нему. Знаете, как если бы кусочек шерсти прицепился к липучке, примерно так это и выглядело. Спустя какое-то мгновенье существо умыкнуло через забор.

Когда тварь исчезла из виду, мы с Максом долго смотрели друг на друга. Макс на моей памяти был наверное самым бесстрашным. Он и змей палками отгонял, и в холодный Лабынкыр бросался щучкой. Но стоило нам обоим увидеть не легендарное существо, а животное реальное, что могло в теории нас заметить, от этого весь авантюрный дух как рукой сняло.

Тут до нас донёсся отдалённое блеяние. Макс вновь вглядывается в ПНВ и меня дёргает:

- Снимай! Вона, выползает!

Я вновь достал камеру и принялся снимать криптида. Оно медленно перебиралось через забор, осторожно, как гусеница. На этот раз оно было уже крупнее и не походило на шарик. Оно уже было размером с собаку, но очень большую. И двигалось оно осторожно, но с такой лёгкостью, что даже забор ни разу не заскрипел. Это нас ещё сильнее впечатлило. Мало того, что оно способно всячески растягиваться, дабы уместить добычу, так ещё и двигается так аккуратно.

К рощице оно уже двигалось чуть торопясь. Когда оно растворилось в деревьях, я закончил съёмку.

Оставшуюся ночь мы не спали. Мы быстро собрали наш лагерь и двинулись подальше не то что от рощицы, вообще от этого проклятого аула. На рассвете мы пересмотрели весь наш материал. Надо сказать, что нас о впечатлил, но не так как мы ожидали. На миг я позволил себе мысль, чтобы лучше бы это была шутка.

Когда мы вернулись из Дагестана, мы загрузили наше видео в обсуждение на форуме.  Естественно, интернет эксперты ополчились на нас, мол это всё монтаж и мы тут дурью маемся.

Но меня волновало только одно – что это было за существо. И если это не пришелец из иного мира, какие ещё тайны хранит наша планета? Но главное – стоит ли разрушать пелену неведенья преждевременно?