Кристина — могущественный вампир с неутолимой жаждой, и не только крови! Она снова просыпается в наш век и быстро использует одного или двух мужчин в качестве загипнотизированных объектов для крови и управления над ними. Кто в этот раз готов стать её рабом? Этот старый дом на скале Редмор, в течение многих десятилетий был обойдён людским вниманием. Жителям близлежащих деревень и в голову не могло прийти, какая опасность угрожала их жизни, все эти годы. Сейчас этот дом пустовал и, никто точно не знал, кто жил в нём раньше. Ходили слухи, что там обитали какие-то странные существа, но до поры до времени многие считали, что это всего лишь красивая легенда. Вход в логово этих тварей был хорошо скрыт, даже когда они часто улетали и прилетали обратно с добычей. Их не могла увидеть ни одна живая душа. — Отлично, мои вампиры! Этой добычи хватит, чтобы утолить нашу жажду голода и крови на

Стук каблуков раздавался гулким эхом. Это был ужас, она чувствовала ненависть крестьян, которые совершили налёт на её логово с отчаянной решимостью убить её, или хотя бы нанести как можно больше вреда. — Вот она! — Воскликнул мужчина с горящим факелом в руках, тыча пальцем в удаляющуюся фигуру. Она не могла остаться в замке, ведь солнце ещё не зашло. Она побежала, но не смогла вырваться и тогда поняла, что её время пришло. Толпа разъярённых мужчин с ярко горящими факелами, из-за чего языки пламени были похожи на обжигающие клубы, с вилами, клинками и мачете, от которого блеснул луч света, отражаясь на нём, как белое солнце. Кто-то приподнял огромный по размерам крест. Девушка с пышной грудью бежала со всех ног, придерживая подол красного платья. Мужчины враждебно смотрели, подступая целой толпой. Её загнали в угол рассчитывая убить. Бежать больше было некуда, её просто ошеломили эти

Мир Аркхаллы, могущественной и жестокой Королевы, которая железной рукой правит царством вампиров и людей, до того дня, когда она поняла, что погрузилась в пучины запретной любви. Осмельтесь отвергнуть Аркхаллу и её порочное очарование. Её красота и сила опускали на колени даже самых могущественных мужчин. Посмотрим, сможешь ли Ты сопротивляться ей! *** Зловоние удушает их ещё с тех пор, как они прошли через врата Грейва. Оно сильнее, чем рявкающие командиры, загоняющие их внутрь, и резче, чем огни, что пылают в её обители. На ступенях оно едкое, с оттенком праха. Запах струпьев. Наверху оно источалось из гноящихся ран. Душный, сгущающийся смрад. Внутри оно обернулось в острый запах соли и металла; ужасающе знакомый запах. Так пахнет плоть, когда её режут. Храмовый конвоир не произносит ни слова. Острота его улыбки говорит за него. Остальные менее деликатны. Непристойные шёпоты

Глава 1: Известия 1 Ариадна Бьюмонт стояла у окна своей маленькой лондонской квартиры и смотрела, как дождь барабанит по стеклу. Серое небо, серые улицы, серые лица прохожих — всё это навевало тоску, от которой не спасал даже горячий чай с бергамотом. Ей было двадцать один, она работала в рекламном агентстве, и её жизнь была размеренной, предсказуемой и, честно говоря, довольно скучной. Телефонный звонок раздался в тот самый момент, когда она поднесла чашку к губам. — Мисс Ариадна Бьюмонт? — голос в трубке был сухим и официальным. — Вас беспокоит мистер Скрайвенер, нотариус из Эпплтона. У меня для вас новости. Боюсь, не самые радостные. Девушка поставила чашку на блюдце и приготовилась слушать. Она ожидала чего угодно — проблем с налогами, судебного иска, может быть, штрафа за неправильную парковку. Но то, что она услышала, заставило её забыть и о чае, и о дожде за окном. — Ваша

Глава 1: Образцовое похищение 1 Поздняя ночь окутала Нью-Йорк влажным, душным покрывалом. Где-то вдалеке грохотал гром, и вспышки молний на мгновение выхватывали из темноты силуэты небоскрёбов, острые, как клыки хищного зверя. Воздух был пропитан электричеством — тем особым предгрозовым напряжением, когда всё живое замирает в ожидании бури. Шикарная квартира с панорамными окнами тонула в полусумраке. Отсюда, с высоты двадцатого этажа, открывался захватывающий вид на ночной Манхэттен — море огней, растянувшееся до самого горизонта, и чёрная лента Гудзона, в которой отражались неоновые вывески. На столе, застеленном светлой скатертью, лежали поздравительные открытки — десятки открыток, расставленных веером, как карты в колоде. «Поздравляем с помолвкой!», «Совет да любовь!», «Вы — идеальная пара!», «Счастья вам! Берегите друг друга» — гласили надписи, выполненные золотым тиснением.

«Глава 1: Место убийства» Утро в Нью-Йорке выдалось серым и промозглым. Низкие тучи, тяжёлые, словно налитые свинцом, висели над небоскрёбами Манхэттена, и мелкий, противный дождь моросил уже третий час подряд, превращая улицы в зеркальные полотна, отражающие неоновые вывески и свет фар. Воздух был пропитан запахом мокрого асфальта, бензина и горячего пара из вентиляционных решёток метро. Броуди Ламонт придержал тяжёлую стеклянную дверь, пропуская напарницу вперёд. — После вас, Турино. Не хочу, чтобы вы обвинили меня в отсутствии манер. Кэти бросила на него короткий взгляд — в её серых глазах промелькнула искра привычного сарказма. — Ламонт, если бы я ждала от вас манер, то состарилась бы ещё в прошлом году. — И всё же вы здесь. Значит, я не безнадёжен. Они вошли в просторный, залитый холодным флуоресцентным светом холл. «Департамент особых расследований» — гласила свежая табличка на

«Глава 1: Полицейский участок» Инспектор Джейд Руссо устала. Не той обычной усталостью, что проходит после чашки крепкого кофе и восьмичасового сна, а глубинной, въевшейся в кости усталостью от большого города. От вечной сирены полицейских машин за окном, от неонового света, пробивающегося сквозь жалюзи даже ночью, от запаха выхлопных газов и дешёвого фастфуда, от бесконечной череды лиц — подозреваемых, свидетелей, коллег, — которые сливались в одно размытое пятно. Ей нужен был перерыв. Настоящий. Италия встретила её ослепительным солнцем и лазурным небом, которое, казалось, простиралось до самого горизонта, сливаясь с бирюзовой гладью моря где-то вдалеке. Маленький арендованный «Фиат» бодро катил по извилистому горному серпантину, и каждый поворот открывал новый, захватывающий дух пейзаж. Слева возвышались величественные склоны, покрытые изумрудной зеленью — пинии, кипарисы, оливковые

«Пролог» Её зовут Келли Стэнфорд. Стильная, модная блондинка, которой двадцать с хвостиком, ещё и работает стилистом на крупной киностудии, ведь её жизнь всегда была пропитана запахом лака для волос, пудры и дорогих духов. Она знает, как превратить обычную актрису в диву с обложки, как скрыть мешки под глазами после бурной ночи и как заставить костюм сидеть идеально. Её руки привыкли к кистям и расчёскам, а не к оружию и отмычкам. Но история, которую она собирается рассказать, изменила всё. Она началась в одно солнечное утро, когда она планировала всего лишь выспаться. «Глава 1: Побег» POV Келли Солнце только начинало золотить крыши многоэтажек, когда в моей спальне раздалась трель телефона. Старомодный звонок, который я забыла сменить на что-то более мелодичное, ввинтился в уши, разрывая остатки приятного сна. Я нащупала трубку на тумбочке и поднесла к уху, даже не открывая глаз. —

«Глава 1. Вечерний разговор» Закатное солнце тяжело висело над портовыми кранами, окрашивая ржавое железо и серый бетон в мягкие абрикосовые тона. Сейнер «Святой Николай» лениво покачивался у причала, уставший после трёх дней в море. Пахло солью, машинным маслом и свежим уловом, который уже перекочевал в холодильные камеры рыбзавода. Виктор, высокий и сутулый мужчина с обветренным лицом и вечной сигаретой в углу рта, закреплял последний канат. Его напарник, Андрей, коренастый, с рыжеватой бородой и хитрым прищуром, сидел на перевёрнутом пластиковом ящике, ковыряя ржавчину на старом багре. — Ну и хватит с нас на неделю, — проскрипел Виктор, сплёвывая за борт. — План дали, премию получим. Можно и пивка. Андрей не ответил. Он задумчиво смотрел на тёмную, маслянистую воду, где в отражении дробились огни порта. — Слышь, Вить, — вдруг оживился он. — А ты как думаешь, русалки бывают? Виктор

«Глава 1. Свет неоновых огней» Дождь моросил уже третьи сутки, превращая улицы мегаполиса в зеркальную гладь, отражающую неоновую рекламу и свет фар. В этом городе люди исчезали, как сигаретный дым на ветру. Сначала бездомный с Восьмой авеню, потом бухгалтер из офисного центра, затем студентка художественной академии. Никакой связи, никакой логики, только пустые квартиры и безутешные родственники в полицейских участках. Дела пылились на полках, списывались в архив. Дарви Хьюгон не списывал ничего. Его офис на третьем этаже старого кирпичного здания пропах табачным дымом и дешёвым виски. На столе — гора фотографий, исписанный блокнот и пепельница, полная окурков. Широкополая фетровая шляпа лежала на углу стола, длинный плащ цвета мокрого асфальта висел на спинке продавленного кресла. Дарви стоял у окна и смотрел, как капли дождя сбегают по стеклу, искажая огни ночного города. Информатор