Когда Света спустилась в подвал, она не испугалась, несмотря на то, что там было темно. Темноты она не боялась, даже в детстве она не испытывала к ней страх. Темнота казалось ей спасительной. В ней она чувствовала себя как дома, по - свойски, ей нигде не было так хорошо как в темноте. Прислушиваясь к звукам подвала, Света успела почувствовать, как знакомая истома наслаждения темнотой подступает к ее телу. Она засмеялась. Смешок прокатился по подвалу гулким эхом. Она смеялась над самой собой. Точнее над своим именем.

- Света,- прошептала она.

Имя Светлана в паспорте, да светлые кудри на плечах.

- Дважды Света,- снова хохотнула она, пробираясь дальше, вглубь подвала.

- Света, Света, светлая девочка, лучик света в темном царстве,- пропела она песенку, которую  мама пела ей в детстве. Пела в ее голове, а не по-настоящему. Все песенки пелись ее сестренке.
- Светлая головка, светлые мысли, вот она моя доченька Света, - снова пропела она, и захохотала. Уже громко. Жители подземелья, а именно - мыши, жуки, кроты, и многие неизведанные человеку существа поежились от страха от такого дикого хохота.
Они очень боялись, когда в подвал спускалась Света.
И не зря.
От такого дикого хохота можно было умереть и оглохнуть.
Света спускалась сюда не часто, а когда ей хотелось развлечений.
Ведь темный подвал была ее стихия.
- Минуточку веселья!- крикнула она.- Сейчас будет свет, но ненадолго!
Она зажгла свет в одном из закоулков подвала. Это тоже было ее тайной. Никто не знал об этом.
Существа подземного мира разбежались, кто куда мог. Они тоже не любили свет. Но все-таки они были не Светой.
- Куда же вы?- расстроено покачала головой Света,- сегодня праздник.
Существа подземного мира наблюдали за ней из углов. Света сняла с плеч рюкзак, и достала оттуда стаканы и вино.
В этом закоулке подвала стоял стол. Он стоял там уже довольно долго. С тех пор как Свету позвал подвал и его сырость, с тех пор как подвал стал ее вторым домом и даже больше. А в доме все всегда собираются за праздничным столом. Все вместе! Да?
И она подошла к столу.
- А кто собирается на праздник дома?- спросила она.
- Семья!- ответила она самой себе.
Света подошла к столу и села с краю.
- А где она?- снова спросила она,- где семья?  И Светины слезы закапали по столу. Одна слезинка упала на маленькую мышку, случайно попавшую под стол по неосторожности, и та от страха юркнула в небольшую норку.
- Да вот же она!- снова крикнула Света, поднимая с соседнего стула полуразложившееся тело. Голова безвольно болталась, как у тряпичной куклы.

- Вот мама,- сказала она, тоном учителя в школе.
- А вот и папа!- сказала она, направляясь к соседнему стулу.
- Но ведь кого-то не хватает,- заметила она,- кого же? ах, правильно, сестренки! Но ничего, исправим.
Она выбежала куда - то вглубь подвала и втащила за волосы тело сестренки. С трудом усадив ее на стул, она выпрямила ее голову, и положила на спинку стула, чтобы та не упала на стол.

- А то некрасиво получится,- рассуждала Света,- праздник, а ты головой на столе. И она снова захохотала. Подземные жители дрожали.
- Мама! Папа!- торжественно сказала Света,- сколько вы уже тут? Дома? Ведь полагаю, вы скучали по Даше? Сегодня день соединения семьи! Сегодня мы все соединимся и навсегда станем единым целым. Как и раньше. Выпьем же за это! И она откупорила бутылку вина. Колбасные закуски, и жареная картошка приготовленная Светой заранее источала приятный аромат, который уловили подземные жители подвала и уже потирали лапки в предвкушении пира.
- Ну что же вы молчите?- спросила она,- вам не нравится что Даша с нами? Отчего же мама? По-моему очень хорошо, что мы снова все вместе.
Тут ее лицо перекосила гримаса злобы.
- Я говорила, что подвал наш дом родной!- проговорила она,- а вы не хотели это признавать, вам не нравился холод и сырость подвала. И темнота. А я ее любила. Пришлось полюбить и вам.
- К тому же,- сказала Света, вставая,- у вас тут появились друзья. И она показала рукой на сидевших на батареях мышей, не успевших спрятаться от нее, на тараканов, проползающих мимо, и на летучую мышь, что висела на лампе.
- А это многого стоит,-  утвердительно сказала она.
- Так что не надо жаловаться,- снова подытожила Света.

- Думаю, что свет уже скоро можно выключать,- заговорила она после недолгого молчания.- У меня от него мурашки по коже. Хотя я же должна его любить, я же Света. А вот не люблю. Семья угрюмо молчала сидя за праздничным столом. Их головы понуро болтались.
Света вздохнула.

-  Ну, значит все, я выключаю свет, хватит уже, я и так позволила вам такую роскошь, какую никогда не позволяла. К тому же наши и мои друзья не любят свет, надо учитывать их настроение, раз мы живем все вместе,- сказала она.
- Свет на пять минуток, и выключаем, как в детстве ты говорила, мама,- сказала она.
- Света, Света, Светлая головка,- пропела она снова - как светлы ее волосы...
- И как темна ее душа,- вдруг сказала мама за столом.
- Что?- вскричала Света,- так ты заговорила, ну наконец-то.
- Заговорила, Света,- снова произнесла мама,- пришлось. Какое же чудовище я воспитала. Я бы все отдала за то, чтобы тебя не было.
Света улыбнулась.

-  Да?- усмехнулась она,- и я бы все отдала за то, чтобы меня никогда не было, но, увы, я до сих пор живу.
- Так живи,- сказала мама,- но причем тут остальные?
- Мне было скучно без вас!- крикнула Света.
- Без нас? - спросила мама,- и без них?
И она указала рукой в темноту. Там вдали стояли  люди, множества, целые десятки, с полуистлевшими лицами, все они смотрели в упор на нее.
- Они уже никогда не увидят солнечного света,- сокрушенно сказала мама.
Света молчала.
- Что ты хотела сказать тем беднягам, когда приносила их сюда?- спросила мама.
- Зачем ты убила меня, сестра?- услышала она голос сестренки. Та сидела на соседнем стуле и смотрела на нее.
- Дочка, ты навсегда лишила нас солнечного света из-за своей прихоти,- произнес отец.
- Заткнитесь!- громко крикнула она, и голос снова пролетел гулким эхом по подвалу.
- Это не была прихоть,- сказала она,- лишь тут я вижу настоящую жизнь. Жизнь свободного человека, который не прячется по углам, как таракан. Темнота и сырость не лгут. В ней не видно лица, но видно суть. Вы не хотели принимать меня такой, какая я есть. Один взгляд на меня и всех тошнило и выворачивало наизнанку. А мне как жить? Лишь в темноте, в сырости я ощущала себя дома, такой, какая я есть, и никто, никто не может меня осудить.
Она включила свет. Неяркий, он зажегся, и жители подземного мира снова кинулись врассыпную. Вдали висело старое зеркало.

-  Это для тебя мама,- сказала Света,- ты хоть раз им воспользовалась, чтобы посмотреть в лицо самой себе и спросить у себя, зачем ты произвела на свет урода с таким светлым именем?
Подойдя к зеркалу, Света на минуту закрыла глаза, чтобы мысленно привыкнуть к тому, что сейчас увидит.
Когда открыла,  то ее сердце бешено заколотилось. В подвальном свете лицо казалось еще ужасней, чем на самом деле. Обезображенное, без носа, с многочисленными шрамами оно напоминало ей дьявольскую маску.
- Все видели, надеюсь, все разглядели?- крикнула она, обращаясь даже к жителям подземного мира – им было все равно, они жаждали угощение со стола. - Какая красота. Только подвал может принять меня и мою темную душу.
Ее семья с укором смотрела на нее, нетронутый праздничный ужин остывал. Многочисленная публика из мертвецов уныло смотрела на нее, Свете казалось, что они хихикают ей вслед и шепчутся между собой.
Подземные жители смотрели на нее безразлично, они просто ждали, когда она выключит свет.
- Я скоро вернусь - сказала она, уходя и гася за собой свет.